Экзекуция
Oднo прикoснoвeниe, и чувствa взoрвутся цeлым рoeм эмoций, oсядут пoд кoжeй. Сoстoяниe слaдoстнoгo пoлубрeдa-пoлуяви. В гoлoвe прoскaкивaют тoлькo инстинкты, кaк взять этo прeкрaснoe юнoe тeлo, кaк выпить ee дo пoслeднeй кaпли, слoвнo бoкaл игристoгo винa.Ee руки связaны и зaкрeплeны нaд гoлoвoй, тaк, чтo eй прихoдится стoять нa нoсoчкaх, глaзa зaвязaны ee жe шaрфoм, с вшитыми цвeтaми. Oнa eщe нe нaгa. Хoлмики груди, и сaмoe сoкрoвeннoe прикрывaют бeлыe лиф и трусики, слoвнo пoдчeркивaя ee нeвиннoсть. Oнa прoгибaeт спину, сoздaвaя идeaльныe изгибы жeнскoгo тeлa. A я чувствую влaсть, нo вмeстe с влaстью и oтвeтствeннoсть. Мнe в кaкoй-тo мeрe тяжeлo прoдoлжaть эту игру, я гoтoв сoрвaться и вoйти в нee, грубo, сильнo, бeз лишних прeлюдий, нo этo нe тo чeгo мы oбa хoтим, этo нe тo, чтo нaм нужнo.Я пoднoшу к ee губaм, бoкaл, шaмпaнскoe причудливo искрится в луннoм свeтe, прoникaющeм в мoe oкнo. Oнa пьeт, жaднo, нa стeклe oстaются слeды пoмaды, яркo крaснoй, сaм дeлaю из бутылки нeскoлькo бoльших глoткoв, шaмпaнскo
Дверь открылась. Алекс не услышал, а скорее почувствовал, как Клодия тихо проскользнула в комнату и остановилась за его спиной.Всякий раз как она видела его у нее внутри, все сладко, замирало. Вот и сейчас она стояла и смотрела на него, впитывая в себя каждую его черточку и изгиб его тела. Нет ну невозможно просто, быть таким красивым!Он обернулся и впился в нее своим пристальным, обжигающим взглядом. На ней было легкое белое платье, рыжие волосы распущенны и свободно спадали по плечам, на губах играл блеск, да и все ее тело просто сияло. Она была ослепительна.Алекс шагнул к ней, приподняв ее за подбородок, посмотрел в ее зеленоватые глаза. Она тяжело сглотнула, его близость лишала ее воли и сил. Он поцеловал ее в губы, наслаждаясь их мягкостью и нежностью.Он начал медленно расстегивать замок ее платья. Не отрываясь от ее губ, он жадно и страстно обследовал ее рот своим языком. Клодия все обмякла в его объятьях не в силах противиться его напору. Ноги практически отказывались слушаться ее, сердце готово было в
LEONID(продвинутый) 2003/06/02 01:35 Сатанинские глубины [re: Anfisa] Это начало моего романа о проститутках и наркоманах. В нем я хочу описать всех девушек по вызову и торчёвых девчонок, с которыми я когда-либо сталкивался по жизни. Это по иной теме, но раз здесь такие рассказики пишут, то отчего бы и мне не попробовать? "Ну как, тебе хорошо? А, девочка? Слыш!? Хорошо? А, а как тебя зовут? Наташа? Нет? Зоя? А. Прости, забыл. Ну ведь в самом деле хорошо? Чего? Страшно? Блевать хочется? Э, да ты явно перебрала. Нормально. Сходи, поблюй, я тебе чая дам сладкого. Да не паникуй, милая, 30--40 минут - и все плохое пройдет. Главное - пропотеть тебе. Страшно? Ничего страшного. Ты знаешь, что ты видишь? Мы с тобой сходим вместе с глубины сатанинские. Тебя благословит Мать девяти чертей. Да ты не бойся, все будет хорошо! Если не испугаешься, ты в полночь увидишь солнце в зените. Ты увидишь черное солнце. Дойдешь до врат преисполней и поклонишься инфернальным князьям. Они благословят тебя благословением бездны. Мать д
Мой муж — бабник. Безудержный, необузданный, своенравный альфа-самец. Он готов трахать всех особей женского пола от 16 до 35 лет вне зависимости от их места жительства, социального положения, наличия интеллекта, интересов, цвета волос и прочего. Все девушки хоть с минимальным процентом симпатичности автоматически попадают в этот список.В общем, когда я узнала об этом, было уже поздно: я в него влюбилась. А он, встречаясь со мной, параллельно пудрил мозги еще нескольким девочкам. Я пригорюнилась и стала думать, что же с этим делать... Впервые за все свои 18 лет я узнала, что такое настоящая ревность. Это отвратительное, отравляющее все вокруг чувство. Оно, как напалм, выжигает внутри все дотла, все хорошее и плохое, все другие чувства и эмоции, уничтожает любые зачатки здравого смысла и холодного разума.Запрещать тогда еще малознакомому, но уже полюбившемуся парню я ничего не стала. Просто не было смысла это делать. Так я только построила бы железобетонную стену вражды между нами, а мне это абсолютно не нужно.
Рано утром я выезжаю на своем стареньком Мерседесе. Ты на своей Ауди. Совсем не от туда, но туда же. Встретиться мы должны через час. И только там. Сердце колотится. Я пулей влетаю в широкие стеклянные двери гостиницы на час "Пододеяльник". Ты, выйдя из машины и подняв лицо, ловишь холодные капли освежающего дождя и стараешься дышать глубоко, чтобы вернуть утраченное после всех приключений душевное равновесие. Хорошо хоть все позади. Интересное вышло приключение, но не стоит на нем зацикливаться. Все уже закончилось, но ты хочешь продолжения. И я хочу продолжения. Шампанское на столе. Тихо. Задернуты шторы. Мы уже в душе. Жарко и влажно. Быстро сброшена одежда и мы с тобой под очищающими струями воды. Лицо омывает благодатный поток. Все происходит в одно мгновение - Анири прижимается ко мне, и вот я уже в ее объятиях, и она прижимает меня к груди. Я вдыхаю его чистый, живой аромат. От него пахнет свежевыстиранной льняной рубашкой и дорогим гелем для душа. О Боже... Голова идет кругом. Я глубоко вздыхаю. Пальц
Как-то раз в ресторане в Питере я встретила старую подругу. Свою любовницу. Я красивая стройная блондинка, рост метр 73. Мне 28. А моя подруга Даша тоже блондинка лет 27. Когда-то мы вместе учились в универе, и любили вместе покувыркаться. А теперь мы встретились спустя 7 лет. Мы сидели, пили вино и обсуждали нашу жизнь тут. Даша рассказала, что у неё есть своя секс рабыня, и она предложила вместе её отъебать по полной. Я, не раздумывая, согласилась. Мы поехали к ней домой, я разулась и прошла в зал. Тут Даша выводит сваю рабыню, и говорит мне, что её зовет Пизда. Это была стройная симпатичная брюнетка ростом, примерно, с меня. На её шее был строгий собачий ошейник с поводком, за который её вела Даша. На ней были кожаные трусики чёрного цвета и лифчик. В её рту был кляп-фаллос, который полностью заполнял её горло. Я сняла с неё лифчик и стала мять и выкручивать её сиськи, особенно соски. Потом мы с Дашей поставили её на колени, сняли с неё трусики, и стали очень сильно лупить её ладонями и кулаками по заднеце
- Ваша шлюха на коленях перед Вами, мой господин! - Насте наконец удалось стянуть с попки трусики и она разговаривала с господином как полагается - стоя на коленях и обнажив свои прелести. - Да, конечно, господин... Алексей хорошо знал, что нужно делать. Более того, он даже хотел этого, и напрягшийся член недвусмысленно выдавал его возбуждение. Но, в отличие от жены, он с трудом отдавался своим чувствам, путаясь в обрывках рефлексий и безнадежно пытаясь осмыслить происходящее. Настя подсказывала ему, жестами свободной от телефона ладони как бы придавливая мужа к полу. Покраснев словно школьница, Алексей опустился на колени и, стараясь не смотреть на жену, униженно приспустил джинсы и трусы. - Слушаюсь, мой господин! Разговор был недолгим. Настя бодро поднялась на ноги и стащила ненужные теперь трусики. - Раздевайся, Лешенька - скомандовала она и поспешила в ванну. Возбуждение захлестнуло Алексея с головой. Что предстоит ему на этот раз? За последний месяц господин столько раз удивлял их своими приказами, что
IЯ не высокая, во мне всего сто семьдесят сантиметров, но, как выража-ется Светка, - и мне не хочется ей возражать, - в мои семьдесят (понятно - без ног) сантиметров "вместилось столько прелестей, что и половины хватило бы на покорение полмира мужчин". О ногах разговор особый и приятный, наде-юсь, не только для меня, но и для той половины мужчин, о которой говорит Светка. Мои ноги - не только средство передвижения, но и предмет моей гор-дости. Их истоки, конечно же, не в окрестности ушей, как это часто приходится слышать от людей, склонных к гиперболам, а там, где и положено им быть, и стекают они мягкими, плавными изгибами, будто постепенно испаряясь по длинному пути к земле. Венчает это чудо природы (да не упрекнут меня муж-чины в нескромности, ведь я знаю, о чем говорю!) изящная стопа тридцать восьмого размера с тонкими длинными пальчиками, уложенными аккуратным рядком. Вот так увлечешься, и будешь рассказывать о дивных пальчиках с розо-выми полированными ноготками, а на все остальное не останется време