Экзекуция
Анечка не помнила ни одной субботы в своей жизни без порки. Нельзя сказать, что бы ее детские воспоминания были какими-то особенно горестными и трагичными. Дети вообще, как правило, принимают заведенный в семье порядок, как должное. А поскольку отец ее был "из деревенских", то и в свою семью, которой он обзавелся, переехав в молодости в крупный областной центр Р-ск, он перенес обычаи, заведенные дома. Сперва жена его, Анечкина мама, была потрясена и изумлена, когда после очередной размолвки молодоженов разозленный супруг велел ей раздеваться и готовиться к порке. Она попробовала было что-то возразить, однако Андрей (так звали отца Анечки) стоял на своем - отец его так мать уму-разуму учил, а он - дурак, раз думал, что без этого можно обойтись. Ссора кончилась скандалом, и свою ненаглядную Леночку Андрей уложил поперек колен, заломив руку, спустил ей трусы и отстегал ремнем. Отстегал-то, по правде говоря, слабо - хоть и чувствовал в душе свою правоту, однако и жену молодую жалел, и побаивался слегка, что разве
Всем привет! Зовут меня Алиса. Лет мне 20 с хвостиком... А расскажу я историю, случившуюся со мной этим летом. День первыйУже несколько лет я работаю в одном «пионерлагере» вожатой. В лагерь обычно завозят так называемых трудных детей. Из интернатов, детских домов и т д. Надо сказать, что пока приезжали наши местные, проблем не было вообще. Да, они убегали на дискотеки и просто погулять, но при этом не попадались. Да, они трахались (стабильно одна-две девчонки за смену залетали). Да, они пили водку и курили травку, но делали это так, что администрация не замечала этого. Они даже создавали видимость дисциплины.Но все встало с ног на голову, когда к нам завезли какой то подмосковный интернат. Эти никого ни в грош не ставили, уважали лишь грубую силу. А какая сила у 20-летней девушки? Конечно вожатые из других отрядов помогали, но эффект был, мягко говоря, слабым. Их собственные воспитатели вообще, забив на все, целыми днями пили водку, предоставив разгребать все это мне. Я честно пыталась бороться с этим всем,
Здравствуй моя Королева! Сегодня ты приказала мне пригласить тебя в ресторан, естественно лучший в городе... . Я заказываю отдельную кабинку и в половине восьмого звоню в твою дверь, ты долго не открываешь... я жду... через полчаса звоню еще раз дверь открывается - я вхожу с букетом роз... . . и тут же получаю оглушительную пощечину... "Кто разрешал тебе звонить дважды?" - я опускаюсь на колени а ты продолжаешь хлестать меня по щекам, несколько раз... сильно "Но Королева, ты сказала быть в семь тридцать", - пытаюсь оправдаться я, за что получаю еще несколько ударов "Закрой рот", - ты прекрасна, когда злишься на меня, твои глаза заблестели и а губы приоткрыты... На тебе прозрачный расстегнутый халат, в комнате играет музыка, "Жди меня здесь" и я остаюсь стоять на коленях в прихожей с букетом в руках... в комнате слышен мужской голос, вы смеетесь, слышен звон бокалов он что-то спрашивает: видимо, кто это пришел... я не слышу что ты отвечаешь слышу только твой смех... . Затем звуки ненадолго замолкают... . но, ч
Супругу мою зовут Ольга. С некоторых пор, как наверное и в большинстве семей, «химия» в отношениях стала исчезать и нас уже не тянуло друг к другу как в самом начале отношений. Жена же моя молодая, горячая. Чувствую я, отстраняется.— А ты бы могла себе представить, что занимаешься сексом с другими мужчинами? — Ты что, сдурел? — а сам чувствую: задумалась.И вот однажды, когда мы с ней вдвоем отмечали успешное окончание очередной рабочей недели, налил я ей чуть больше чем обычно.— А если я сейчас позвоню двоим своим приятелям, чтобы они приехали и занялись с тобой сексом? — Да ну тебя! — а сама ко мне голову прижала, глаза горят, чувствую — пробрало.Есть у меня два коллеги, Славик и Саня. Ну как коллеги... С одним работаем вместе, а другой недавно перешел на другую работу. Оба женаты, но оба не дураки баб обсудить. Ну, короче, что время терять, решил я Славику набрать.— Здорово Славик, тут такое дело... Короче, хотите с Саней мою жену выебать? — прямо спросил я Славу. — Ты шутишь, что ли? — раздалось на том кон
« малыш, я понимаю, что воскресенье, что можно поспать подольше, но уже час! Просыпайся!» — с такими словами ты принес мне завтрак. Увидела тебя, плачу, ты ожидал, даешь успокоительное, я его выливаю на тебя... начинаю плакать навзрыд. Даешь таблетки, всякие настойки я все выбрасываю, плачу, ты меня гладишь, целуешь, порой ставишь пощечины... ничего не помогает. Оделся, вышел куда-то, через минут 20 пришел, с пакетиком каким-то.«малыш давай укольчик поставим» — достаешь из пакеты шприцы и какое-то лекарство. «нет!» — встаю с кровати убегаю в ванну, с детства боюсь уколов, закрылась там, сижу плачу на холодном полу. Все мои двери закрываются на маленькие замочки, а ключики лежат в коробочке в трюмо, вообще там где ты взял ключи от квартиры. Ты открываешь ванну, я забилась в угол, плачу. Поднимаешь меня, несешь на кровать, ложишь на животик, садишься на меня сверху, смотришь на попку, на ней еще остались небольшие саденки от первой встречи, гладишь ее, я кричу, пытаюсь вырваться. Ты быстренько ставишь укольчик,
Все права на данный текст принадлежат Neron, любое распространение, копирование, тиражирование возможно только с указанием автора и без изменения оригинала (кроме исправления грамматических или синтаксических ошибок, при их обнаружении). Все события, факты и лица являются вымышленными. Любое сходство с реальными событиями, фактами является совпадением! Автор не несет ответственности за влияние данного текста на лиц с неуравновешенной психикой. Ну и все такое ...Снятые табуЧасть 1 Меня зовут Николай, в этом повествовании описаны события, которые полностью изменили мою жизнь и представление о морали. Мне 22 года, я занимаюсь на 4-ом курсе университета. После развода моих родителей я остался жить с матерью, а отец в начале 90-х годов уехал на ПМЖ в США. Елена Николаевна, так зовут мою маму, в свои 43 года выглядит довольно привлекательно - рост выше среднего, правильной формы грудь, слегка полноватые бедра и длинные светлые волосы. Она работает главным бухгалтером в крупной коммерческой фирме, заним
Я смотрела на свою госпожу, которая, лаская свою киску, балаженно вздыхала. Она все ещё сидела на попке на ковре, дивно раздвинув свои тонкие, красивые длинные ножки. Я тоже медленно положила руку и начала усиленно ласкать свою киску. Она очень рассердилась, увидя это, и, встав и поправив юбку, подошла ко мне. -Ах ты маленькая развратница! А ну на колени. ТЫ разве не знаешь, что твоя писенька туже теперь не твоя, а теперь она наша с господином...Отвечай... -Знаю, госпожа, но... Я встала на колени. -Что но?!! - перебила она меня. Разве ты не знаешь, что без нашего позволения тебе нельзя ласкать себя? -Знаю, госпожа, но... -Что но?!! -опять перебила меня госпожа. Разве ты не знаешь, маленькая сучка? В её руках взмазнула жесткая, длинная плеть, которая через секунду, может-две, достигла своей цели и больно ударила меня по ногам. Она взмахнула ещё раз и на этот раз удар пришелся по моим красным, иссеченным раньше ягодицам. Я молчала. Она хлестала. Через пять минут в дверь позвонили. -Стой здесь, сучка! Она откр
Прошло три дня с того момента, как Екатерина Ивановна, по моей просьбе, высекла меня на кухне. Все это время, я, тайком, целовал ей руки и умолял повторить порку. Однако, она решительно отказывалась, ссылаясь на то, что попа еще не зажила. И правда, хотя пониже спины зудело и почесывалось, но как же хотелось, снова почувствовать, животом, холод скамьи и услышать свист розог! На четвертый день, Екатерина Ивановна взяла меня за руки, приблизила к себе и глядя мне в глаза, спросила: "Ты, действительно, очень хочешь, что бы я тебя высекла? Беспощадно?". "Да, милая Екатерина Ивановна, очень хочу! Пожалуйста, высеките меня, безжалостно!" - слезно попросил я. "Во дворе, в палисаднике, нарежешь краснотала и поставишь кипятить с солью, как в прошлый раз. Да, поторопись! У меня для тебя сюрприз заготовлен, не дай бог пропустишь!" Я спустился во двор, перелез через ограду в палисадник и начал нарезать розги. Розги из краснотала получились очень гибкие и певучие. Казалось, что после взмаха, свист не утихал, а продолжался