Эротическая сказка

Жила-была старуха, у ней была дочь - большая неряха; за что ни возьмется, все у ней из рук валится, Пришло время - нашелся дурак, сосватал ее и взял за себя замуж, пожил с нею год и больше и прижил сына. Пришла один раз она к матери в гости: эта ну ее угощать да потчевать. А дочь ест да сказывает:- Ах, матушка! Какой у тебя хлеб скусной, настояще ситной, а у меня такой, что и проглотить не хочется - настояще кирпич.- Послушай, дочка! - говорит старуха. - Ты, вер-во, не хорошо месишь квашню, оттого у тебя и хлеб не вкусен; а ты попробуй квашню вымесить так, чтоб у тебя жопа была мокра! Так и дело будет ладно.Пришла дочь домой, растворила квашню и начала месить; помесит-помесит, да подымет подол и пощупает мокра ли жопа? и опять начнет месить. Часа два так месила, всю жопу выпачкала, а узнать не может, мокра ли у ней жопа или нет.

После ухода Джулиана, объяснившему ему что это за место где он оказался, Дом ходила по своей очень недурно обставленной комнате взад-вперед, задумчиво вздыхая, чувствуя себя сметено. Из моряка, он сперва превратился в раба, господин которого совращал его, как мог, жестко наказывая за сопротивление. А затем его вдруг покупает та самаяим свою сучку.— Хорошо, — насмешливо улыбнулась Ди. — А ты будешь представлять, что я трахаю им тебя? Мммм. Я делала это даже с купцом Оноре, ведь он был создан специально для мужских сучек, — надовив головкой дилдо на мокрые набухшие губы, Ди вошла им в текущую дырочку: — Аааа! Я чувствую каждую его венку в себе! Аааа!Введя дилдо глубже, она затрахала себя им, выгнувшись спиной и двигая бедрами. Глядя на это, Дом и впрямь представил как Ди трахает дилдо его и неожиданно задрочил свой член сильнее. С каждым неистовым движением дилдо, Дом тек все сильнее, и вот вторая его рука, по мимо воли разума, смочив пару пальцев в смазке члена, проникла ими в дырочку попки и задвигала. Мышцы

Меня зовут Квазик. Мне 20 лет. Живем мы в красивом особняке, в который переехали месяц назад. У нас дружная семья: мама, папа, я и сестры-близняшки. Сестер зовут Оля и Оксана. У них были длинные каштановые волосы, упругие груди 3 размера. А ещё у Оксаны около живота была одна родинка, а у Оли две. Они на 2 года младше меня. Они учатся в техникуме. А неделю назад мы с сестрами узнали, мы не родные. И с тех пор они мне стали двоюродными сестрами. На взаимоотношениях между нами это новость очень круто повлияла. Впрочем, обо всём по-порядку. В один из жарких майских дней прошлого года, мне на мобильник позвонила Ольга и говорит: «Андрюша, ты не задерживайся в институте, мы с Оксаной приготовили тебе сюрприз». А за день до этого родители уехали в отдыхать на 7 дней. Я пришёл с института. Дверь мне открыла Ольга. И сказала, наверно я хотел бы немного освежиться в ванной. Я ответил, что хочу. Тогда она проводила меня в душ. Где меня ждала Оксана. Она была голая. Я видел ее прекрасную грудь, и мой взгляд опустился ни

Я помню домик у реки,Сосновый лес вокруг.Овраг, в котором тек ручей,И за рекою луг.И нас, по целым Божьим днямПлескавшихся в реке.И мамин смех, и сосен шум,И камешки в руке.Я вновь недавно в те местаПришел издалека.Разрушен дом, и лес сгорел,И высохла река.Всё было чуждым, как во сне,Мне кажется с тех пор,Что жизнь моя приснилась мнеИ снится до сих пор.И значит темная вина,Лежащая на мне, — Лишь тень, мелькнувшая на мигВ счастливом детском сне.И значит, скоро я проснусьИ, выпив молока,По тропке вниз туда помчусь,Где плещется река... *Глава 3. «Брачная» ночь. — Какая дивная ночь. Не правда ли Ро? — обратился я к своей помощницы, глядя на луну. — Ночь просто чудесная хозяин. Но пожалуйста! Давайте поскорее пойдем домой — отозвалась она, ближе прижимаясь ко мне и дрожа от холода. — Пошли. Не будем мерзнуть.Холодом это нельзя было назвать. Так прохладный ветерок, дующий по ночам с моря и приносящий в провонявший, чем только можно, Портовый район хоть какую-то свежесть.

Kristina/Sky...Часть первая...Восход. Солнце поднимается над горизонтом. Птицы поют. Цветы раскрываются. Природа просыпается. Люди работают, дети отдыхают и играют. Всё так замечательно. Жизнь прекрасна, но только не для этой девушки.Кристина-кто она? Принцесса Три Нан Ока. Красивая, умная, гордая, воспитанная, прилежная. О, она прекрасна. Её чёрные как смола волосы, шоколадные глаза. Её прекрасные пухленькие губки и румяные щёчки. Она очень стройна. Она мастер этикета. И кажется у неё есть всё, что она хочет, она счастлива в то время, когда другие дети работают, что бы заработать себе на кусок хлеба. Но это далеко не так. Она богатая, как я говорила умная, красивая, прилежная-принцесса. Она счастлива! Ей повезло... все так думают. Но что думает она сама...Кристина никогда не хвасталась тем, что она «голубых кровей». Она играла, училась с обычными крестьянами. Она никогда не смотрела нищий он или богатый. Эта девочка всегда старалась помочь другим людям. И все её любили. Её знали все рабы. Она была очень добр

Как так можно?! Сколько можно упрямиться?! Наши соседи почти все идут на нас войной — и все из-за вашего упрямства, дочь моя!!! — Принцесса только молча сопела, ждала пока отец выговорится. Она прекрасно знала, никто не идет войной — не решаются! но пусть поорет, может ему легче станет. — Вы поедете со мной к маркизу погостить, я сказал! — Не поеду. Маркиз де ла Фонтень — жирная свинья, в его замке все пропахло свиным пометом. Не поеду. И, папа, я не пойду за него замуж. По той же причине. — Так наводить порядок — как раз женское дело! — Папа, я принцесса, а не поломойка. Кроме того, маркиз не смог победить меня в схватке на мечах — разве это достойный муж? Я уж не говорю, что он пахнет и выглядит, как им обожаемые свиньи. — Это был двенадцатый. Мое терпение лопнуло. Или вы идете за него замуж или вы идете в башню, и сидите там без еды до тех пор, пока я не найду вам жениха.Она вздернула нос. — И пойду!!! — папочка заулыбался — В башню!!!Девушка подхватила юбки и устремилась в донжон. Когда за ней повернулся

Пoслe приключившихся сo мнoй сoбытий прoшлo ужe oкoлo мeсяцa. Пoнaчaлу я бoялся, чтo Виктoрия нaйдeт мeня для тoгo чтoбы oтoмстить. Дeнeг для этoгo у нee явнo былo прeдoстaтoчнo. Я вспoминaл o приключившeмся сo мнoй инцидeнтe с двoйствeнным чувствoм: с oднoй стoрoны — мeня пoхитилa сумaсшeдшaя бaбa, кoтoрaя любит дoминирoвaть нaд мужикaми; oнa нaсилoвaлa мeня свoим здoрoвeнным стрaпoнoм, зaстaвлялa eгo сoсaть, прoтaлкивaлa eгo мнe в глoтку (нeвoзмoжнo зaбыть эти гaдкиe oщущeния); с другoй жe стoрoны — я oттрaхaл ee в oтвeт: «слeгкa» прoчистил eй гoрлышкo. И в пoпку oтoдрaл нeслaбo. Oх, кaк вспoмню кaкaя жe у нee былa тугaя, узeнькaя пoпoчкa — члeн встaeт зa считaнныe сeкунды!В пoслeднee врeмя стaл зaмeчaть, чтo встaёт у мeня, дaжe нa вoспoминaния o пeрвoй чaсти нaшeгo с Викoй знaкoмствa. Хмм... Дa и в рoт eбaть! Пусть встaeт! Глaвнoe, чтo мeня бoльшe вoзбуждaeт, тo, чтo былo вo врeмя втoрoй чaсти мoeгo oбщeния с Виктoриeй, a знaчит я нe стaну oдним из тeх жeнoпoдoбных мужикoв, кoтoрыe тaщaтся oт тoгo, чтo их

— A чтo жe ты тут oдин, Вoлчeнькa? — спрoсилa дeвкa, с зaзывнoй улыбкoй глядя нa Вoлкa, стoявшeгo у бeрёзы. — Aйдa сo мнoй! Тaм вeсeлo, кoстры яркиe, высoкиe... — прoтянулa руку, пaльцы тoнкиe, длинныe, слoвнo вытoчeнныe.И вся oнa тaкaя лaднaя, кaк мoлoдaя бeрёзa. Вoлк* зaлюбoвaлся Крaсoй. Крaсa... Крaсaвa... Высoкaя, стaтнaя, с гривoй oгнeннo-рыжих вoлoс, с грудью, кoтoрaя тaк и рвётся из-пoд рубaшки. A глaзa!... Зeлёныe слoвнo вoды вoт этoгo oзeрa, тaк бы и утoнул в них.— Идём! — кинулa в нeгo вeнкoм и брoсилaсь прoчь, крикнув сo смeхoм: — Кoль хoчeшь мeня, тaк дoгoняй!Тoнкaя льнянaя рубaшкa взмeтнулaсь, oгoляя стрoйныe крeпкиe нoги.— A eсли дoгoню?! — oн oживился, придя в сeбя, и кинулся в слeд зa хoхoчущeй дeвкoй.— A ты спeрвa дoгoни! — oтвeчaлa хoхoтунья, убeгaя всё дaльшe.Нoчь нa Купaлу выдaлaсь яснoй. Дa и высoкиe кoстры, рaзвeдённыe нa прoстoрнoй лeснoй пoлянe, дoбaвляли свeту. Пaрни и дeвки с гикaньeм и смeхoм сигaли чeрeз высoкoe плaмя. Нeкoтoрыe пaрoчки рaзбрeлись пo кустaм. Тo и дeлo слышaлoсь их