Эротическая сказка
Гарри Поттера и его мир придумала Д. Ролинг. Я просто играюсь с персонажами. Гермиона и Джинни проснулись рано: толком выспаться помешали трусики слизеринок, засунутые им во рты. Они поспешили достать такие кляпы. Гермиона вылезла из-за полога кровати, прокралась к умывальнику и тщательно прополоскала рот. - Что будем делать? - тихо спросила её подошедшая сзади Джинни. - Я не знаю, - печально ответила Гермиона. - Малфой как-то раздобыл рабский контракт с нашими подписями, но я не знаю, как. И мы даже не можем никому рассказать: он запретил нам. - Я бы и так никому не решилась рассказать, - призналась Джинни. - Лишь бы Гарри и Рон ничего не узнали. Может, Малфою со временем это надоест? - Сомневаюсь, - ответила Гермиона. - Давай одевайся, пойдём в библиотеку. Попробуем там что-нибудь найти о контрактах. Они оделись в школьную форму, но нижнее бельё не стали надевать: иначе бы им пришлось в конце дня постирать его собственными ртами. Это был один из приказов Малфоя.
Ты стояла голой и босой. В степи, в открытом поле, обдуваемая горячим, южным ветром. Он был порывистым и не сбавлял давления на тебя ни на минуту. Обволакивал. Нежно невидимыми пальцами массировал твою кожу, не упуская ничего. Горячий. Обжигал самые нежные твои места, заставляя потеть. Закрывая руками лобок и грудь, ты касалась руками возбужденных сосков, и медленно, будто нехотя соскользнула второй рукой к возбужденным губам. Закрыла глаза. Теперь ты была не просто одна. Закрыв глаза, в темноте, нежно лаская себя, ты стояла отрешенная от всего мира, сама в себе, чувствуя только облегающий ветер, горячий и желанный.Горячий и желанный. Больше него хотелось только холода, обжигающего, проникающего в самое нутро, прогоняющего горечь и жжение, нестерпимый зуд желания, разошедшийся по всему телу неудержимой волной. И он пришел. Кто-то. Кто-то холодный. Его ладонь легла на твою спину, шею плавно скользя по ней на плечо, а с него на руку до ладони левой руки и пальцев нежно перебирая, словно струны.
Одна история в Олениче. Часть II. Продолжение. Воля отца.Глава III.Но вечера я не дождался...Я лежал в бане, на нижней полке, закинув руки за голову, и жмурил глаза от удовольствия. Ну, ещё бы... Мамка-то ведь старалась во всю..Голая, она стояла на четвереньках на полке, между моих широко разваленных в стороны ног, и старательно ласкала языком и губами мою возбуждённую булаву, не забывая и о яичках..Да, я был на верху блаженства..Чёрт, а ведь мой брат во всём был прав... С матерью мне давно уже следовало везти себя, как зрелому мужу с женщиной, а не отроком... И надо сказать, в своей новой ипостаси мама была мне люба гораздо более, чем раньше... Началось всё утром. Я мылся в бане, когда скрипнула дверь и вошла мать с тюком нестиранной одежды в руках. Я так и замер, голый и мокрый, с мочалкой в руках, а мать, увидев меня, отчего-то густо покраснела и застенчиво, словно невинная девица, опустила глаза в пол. Она была босиком, и на ней был только простенький домашний сарафанчик с расстегнутым до груди воротом. С
(Я не планировал продолжение, но на меня посыпались просьбы и пожелания продолжить! И продолжить от имени главной героини! Хочу предупредить, для написания этой части рассказа я привлек знакомую девушку, многое написанное почти полностью передано с ее слов. Получилось интересно, надеюсь, вам чтение принесет удовольствие! Всегда ваш Алексей Драгунов!)До того дня перевернувшего наш мир, я была стеснительной девушкой. Сказывалось пуританское воспитание. Меня воспитывали в строгости и в скромности, то что касалось темы секса и половых отношений было запретом. Причем самым строжайшим, табу! Однажды в 14 лет я случайно увидела мастурбирующую девушку. Это произвело огромное впечатление. И я как наивная спросила об этом у матери! Что потом было просто не описать словами. Я выслушала 4-х часовую лекцию о морали, о том, что так ведут себя лишь проститутки и развращенные женщины. И если я буду делать так же то никогда не выйду замуж.
... Что первое я отчётливо помню? Палаты жрицы. Как я не напрягаюсь, всё до того распадается на отдельные фрагменты. Тот момент, когда она забрала меня к себе, остаётся более-менее отчётливым, но всё, что было раньше, тонет в тумане.Я медленно шла через зал к каменному помосту, чтобы занять своё место в кругу, и насладиться дурманом чёрных роз. Сколько раз это происходило? Не знаю. Мне казалось, так было всегда: туман в голове, запах дыма сгоревших чёрных цветов, сплетающиеся в любви тела. Мыслей и памяти почти не было. Я едва помню, как меня под руки взяли двое служителей, выхватив из цепочки других женщин. Я не сразу поняла, что это за мной. Я чувствовала смутную обиду. «Меня могли бы взять в любое время, или же им подошла бы любая другая. Сейчас же моя очередь вдыхать сладкий дым. «Следующий фрагмент моей памяти, это уже галерея по кругу зала. Сквозь привычный туман в голове я смутно осознавала, что происходит что-то необычное, но не могла сформулировать, что именно.Жрица с верхних уровней казалась чужой з
Рассказ содержит сцены futanari on male. Кто не в курсе — заходить на свой страх и риск.В дороге принц Ричи и его спутницы уснули под размеренный монотонный шум стальных повозок гномов. После напряженного дня, полного выматывающих скачек, они могли, наконец, себе это позволить. В подземном тоннеле можно было не опасаться непредвиденных встреч с валидийскими наемниками.В конце пути их разбудил пробивающийся в окна свет. Тут рельсы выходили на поверхность, прямо в городе гномов.Об их прибытии сразу же доложили правителю города, лорду Дорану. Он, конечно же, пригласил принца остановиться в его скромном замке на пару дней, пока не уляжется шумиха, поднятая фееричным побегом из Инкора. Доран был уже в курсе последних событий и даже успел это обговорить с Королевством трех роз.Гномы хоть и создавали невероятно сложные подземные ходы и укрытия, но жили все же на поверхности. Город Дортонвилл располагался в долине, окруженной со всех сторон высокими горами.Низкие каменные домики для людей выглядели крайне непривычно,
— Вставайте хозяин, скоро будемДонесся голос Прохора сверху. Андрей до этого спокойно дремавший нервно вздрогнул. В карету уже проникали первые лучи пылающего солнца, бившие в глаза Андрею, от чего ему приходилось постоянно переворачиваться с одного бока на другой. Он немного приоткрыл заспанные глаза, за окном пылало красным сиянием — заря. Протерев глаза он стал всматриваться в картину за окном: изогнутые деревянные крестьянские избушки разбросанные то тут то там, со времен его уезда совсем не изменились, разве что появилось несколько новых, а так все осталось как было, так же с зарей деревенские мужики выходили на покос и их говор доносился до самой дороги.Экипаж подъезжает ко двору. Взглянув на поместье, он увидел тени быстрого движение домашних. Значит, его уже ждут. Он попытался, как можно спокойнее и достойнее войдя в дом, показав всем, что эти пять лет пока он был в столице не прошли даром. Он взяв всю волю в кулак, как это было при сдачи экзамена, вошел в дом.Дальше описание пойдут более сумбурнее и
Глава 5 КлэрКлэр бессильно дернулась в цепях, оплетающих ее запястья, щиколотки и шею. В этот раз король хорошо позаботился о ее пленении. На окнах и двери ее комнаты стояли решетки с большими массивными замками, единый ключ от которых был при его Величестве. Кроме него к обнаженной девушке никого не пускали, чтобы она не сумела задействовать свое коварство. Даже пищу ей приносил сам король.Так девушка и провела целых два дня, лежа или сидя на постели, пытаясь найти путь к спасению. Но ни одной лазейки, казалось, не было. Цепи позволяли Клэр свободно перемещаться по комнате, но у двери они жестко натягивались и не позволяли девушке даже коснуться решетки.— Будь ты проклят, — прошипела она, снова вернувшись к мыслям о короле.Теперь пленница отдала бы все лишь бы перерезать глотку этому тирану. Пусть для нее все бы закончилось плачевно, но это все же лучше той участи, которой ее предадут в скором времени.Клэр присела на кровать и уронила голову в руку, чуть не начав плакать, пока никто не видит ее слабость. Ино