Групповой секс
... Его жаркое дыхание впивалось в мою шею, горячие руки не выпускали из плена мои груди с затвердевшими сосками... Откинув голову назад я отдала себя его поцелуям... Краем глаза заметила Кэт, оказавшуюся под напором Макса... Она с ним, и значит я могу поддаться этим губам, рукам...Он подхватил меня на руки нежно, шепча ласковые слова... И бросил на кровать грубовато, я теперь его добыча...Как кролик на удава я смотрела на него. Белая майка поползла вверх, обнажая гибкое тело... Щелкнула пряжка ремня... Еще считанные секунды — и вот он как тигр, угрожающе, завораживающе надвигается на меня... И куда-то в неизвестность поползли мои брюки вместе с трусиками... Мы соприкасаемся горящими телами. Он нежно, но требовательно переворачивает меня на живот. Я чувствую его поцелуи на своей спине, они оставляют пылающие следы... Кажется, они останутся на всю жизнь. Он проводит пальцами, еле касаясь кожи, по моему позвоночнику. Мелкая дрожь пробирает меня до костей. Это игра — и мне придется принять эти правила и, скорее
Последующие два месяца мы прекрасно вместе проводили время. Нам никто не мешал, и чувство благодарности, у моей учительницы, похоже, переросло в привязанность, преданность, и некоторую разновидность любви. Я тоже к ней питал определённые чувства. Это не была любовь и даже не влюблённость. Скорее, обострённое чувство власти и собственности. Мне нравилось ею повелевать, располагать и обладать. Татьяна Викторовна приняла мои правила, и полностью подчинилась мне. Но она не безвольно подчинялась, просто предоставляя мне своё тело. Она всячески проявляла инициативу, и была небезучастна во всех наших сексуальных играх.Время шло. Я набрался опыта в постельных делах, усовершенствовал свою «технику молодёжи», и порядком насытился телом Татьяны Викторовны. Наши свидания всё чаще стали приобретать банальные оттенки. Пришёл-поговорили-чай-потрахались-поговорили-ушёл. И однажды, я понял, что надоело. Захотелось новых ощущений, нового опыта.Шла зима, улицы были завалены снегом. Я, со своим другом Колей, шли домой со школы.
Я стоял у дверей, пытаясь открыть замок. Сегодня я не думал идти к Татьяне Викторовне. На улице была плохая погода, да и по дому нужно было сделать много дел. Вернувшись домой, со школы, я увидел на пороге квартиры чемоданы. Оказалось, это отец срочно собрался в командировку. Выдав мне «ЦУ», через три часа он уехал на вокзал, оставив меня одного дома. Я досадно подумал про себя, что если бы знал заранее, пригласил бы учительницу к себе домой. А так, придётся идти к ней. Я давно мечтал с ней переспать, в прямом смысле слова. И я всё ждал, чтобы отец уехал. Но он всё не ехал, и не ехал. И вот, наконец-то свершилось.Двери открылись, и я вошёл в помещение. Татьяна Викторовна, застёгивая на ходу халатик, выбежала меня встречать. — Ой, привет Антош. — Привет! — Что-то ты сегодня поздновато пришёл, — сказала она, обнимая и целуя меня. — Не ждала? — Ну, как сказать...Тут из комнаты вышел Коля, в одних джинсах. — Привет, Тоха!С того момента, как я их познакомил, прошло больше двух месяцев. Наступила весна, и днём было
Возможно это был единственный и самый лучший и спокойный день из всех совместно проведённых с Хозяевами. Больше поблажек и послаблений ему не давали. Каждый день был на пределе и за пределами. Каждый день был полон осознаний о том, что он переступает грани себя, всё дальше и дальше. Каждый из дней ломал его и всё внутри. Подчинение, без права на ошибку, без права слова, без права отдыха. В короткие часы снов это не отпускало и там. Дрессировка, как собачка, как робот, он только исполнял приказания, без права на сострадание. Мысли о побеге медленно терялись в этом непрекращающемся кошмаре. Боль стала неотъемлемой частью чувств и заняла лидирующее место. Тело постоянно украшали новые шрамы и рубцы, он выполнял всё по приказам, не смея ослушаться, если результат не удовлетворял Хозяев, его строго наказывали. Лишение еды и воды, пытки током, водой и огнём, плети, стеки и даже кнуты, наказание всегда было изобретательным. Били плетями и для профилактики, каждый день. Язык тоже украсил прокол. 3 дня ему после этого
— Вот так. Держишь, удачно устроился? — спросил отец у младшего сына. Они только что втроем перевернули сопротивляющуюся девушку на живот, заломили руки за спину и усадили Питера на нее, чтобы держал. — Вот и оседлали лошадку. Ха, это было не трудно! — Гады! Трусы! — Ой, да ладно, детка! Ты не особо сопротивлялась — тебе ведь понравилось? — Да пошли вы! — Можешь врать нам, но себя не обманешь! — старик не переставал измываться. — Будто не ты только что просила себя трахать и сосалась со мной с упоением! — он встал сзади перекинутой через алтарь жрицы и стал гладить ее попку, потом спустился ниже, просунул руку меж бедер девушки и начал снова ласкать ее мокрую от выделений киску. — Прекрати, сейчас же... пожалуйста, хватит! — Ну-ну, успокойся, милая, мы это уже проходили, сейчас тут поработает Джо... Поймешь, что его зовут Большим не только из-за роста, но и за прочие размеры. — Нет, прошу вас, не надо! — Сынок, подойди сюда, поковыряй ее тут, а я пока займусь ротиком! — Ух, бля, ну наконец-то. Не волнуйся, я
Глава 1Пары наконец закончились. Я с удовольствием вышел из душного здания своего универа на свежий воздух, где ярко сияло солнце, пели птицы, в общем май играл всеми своими весенними красками.Путь мой лежал на автобусную остановку. Добираться из универа домой было моим самым нелюбимым занятием в учебные дни ибо это представляется мне абсолютно пустой тратой драгоценного времени. Благо есть телефон, который и читалка, и плеер, но тем не менее 40 минут предстояло провести в раскаленном автобусе, обливаясь потом. Жара стояла скорее июльская.На остановке я снова встретил её. Эту девочку я видел достаточно часто, мы постоянно ездили на одном маршруте, только выходила она раньше. Она была довольно миловидна: высокая, стройная, с красивой высокой грудью, круглой попкой и каким-то еще наивным детским личиком. Скорее всего она была первокурсницей, в их глазах еще нет того выражения матерости, которое появляется у студентов старших курсов. И вот в этот день она стояла снова. Причем сегодня на ее лице, кроме обычной на
«Битва за Днепр». Анальная версия. Недосказанное.(Продолжение. Начало читайте в: «Битва за Днепр». Анальная верси)Почти сразу же дверь тихонько приоткрылась, и в комнату заглянула довольная рожа моего товарища. Он оценил представшую взору картину, и иронично поаплодировал мне. Жестом пригласил выйти на балкон покурить. — Нормально ты её уделал. Не ожидал я такого финала. Моя в спальне примерно в такой же кондиции валяется. Ток не связанная, — сказал он, закрывая за собой балконную дверь, закуривая. — Не хочешь к ней, кстати, наведаться?Я тоже закурил, задумался, и высказал сомнение: — Думаешь даст?Он хмыкнул: — А кто её спрашивать будет? Зашел и взял, тебе не привыкать, я смотрю. Эта, вон, (кивнул на Марину, сквозь окошко в двери, видневшуюся на полу) по ходу, тоже не сама ноги расставляла. Тебя ж это не остановило?Не остановило, — согласился я. — Так вперед тогда! Прочь сомнения! И не затягивай, а то скоро отлежится, выйдет из спальни, и тогда всё, «кина не будет», — Серега настойчиво гнал меня вперед. — И э
«Что же со мной происходит?!» — вот главный вопрос, который задавала себе Шана Хеллфаер-Бладблейд сидя в карете. «После того случая в лесу... Боги, этот Каин все понял! То, как он старался не замечать... Ох! Это так унизительно! Сколько же времени я зализывала раны, нанесенные этими варварами?! Ходила как... как... Ужас! А потом, что на меня нашло на той реке?! Я никогда еще не делала такого... То есть, я ласкала себя там, но не днем! И при этом не представляла как меня... эти чудовища... Впрочем, и не добивалась подобных результатов... О Боги, о чем я только думаю!? С тех пор, как они меня изнасиловали я просто места себе не нахожу, стоит забыться в ванне, как руки сами собой оказываются между ног. Теперь я делаю это каждый день... и все равно хочу еще... Вчера даже в попку засунула пальчик... Я испорчена! Нет, огонь стал сильнее, но я плохо его контролирую. Подсознательно хочу чего-то большего. Хочу еще... Ну что со мной не так?! Только когда мама позвала к себе, я смогла отделаться от Лейлы... которая, пох