Инцест
Про мою мать — похотливую блядь!!!Часть 1. Начало трудового путиЯ родился в обычной советской семье, в Подмосковье, за 100 км от Москвы. Как и все мальчишки того времени я рос обычным пацаном. Но речь пойдет не обо мне. Речь пойдет о моей семье. Имена и фамилии всех действующих лиц изменены, кроме имени главной героини, моей матери. Делаю я это потому что хочу, что бы все узнали истинное лицо моей мамочки. Скажу сразу, что все, что я буду описывать, происходило в действительности, даже если это покажется невероятным. Часть описанных событий я видел лично!, часть я описал по рассказам людей, которые в них участвовали и не доверять этим людям я не могу. У меня ушло немало времени и средств для того, что бы узнать как на самом деле жила и чем занималась моя мать. Итак, для начала давайте я познакомлю вас со своей семьей. Главным действующим лицом во всех будущих рассказах будет моя мать. Зовут ее Галина Александровна. 34 года. Ее я опишу поподробнее. В то время это была женщина среднего роста (рост 170 см), немн
РОМАНТИКА ПОХОТИ. Анонимные воспоминания. Классика викторианской эпохи.Перевод Ю. Аксютина. Т. 1 — гл. 6 — младшая сестра Илайза.Мои сестры постепенно развивают свои формы. Мэри особенно. Её бёдра делаются выпуклыми, а задница, твёрдая и выпуклая, обещает быть ещё более заметной. Волосы на её манде разрастаются в довольно очаровательную обильность завитков. У Илайзы также начинают обнаруживаться растущие малыши, а холм Венеры увеличивается и становится мшистым.Приближается лето, и вот-вот наступит полнолуние, Мэри жалуется, что ощущает подавленное настроение и очень большую склонность к нытью и слёзам. Я пытаюсь успокоить её и, полагая, что мои усилия в этом направлении лучше всего увенчались бы успехом, если отъебать её, увлекаю её спуститься со мною в сад, Мы входим в летний домик, и я сразу приступаю к действию. Она же, напротив, не хочет: — Не могу сказать, почему, но у меня какое-то инстинктивное нежелание.Правда, уступает моим мольбам, и я ебу её, но не замечаю обычного для неё в таком случае возбужден
15.02.2011Мы сидели рядом, я на диване, он в кресле... Развод — это всегда сложно, особенно, когда тебе только чуть за двадцать. Кажется, жизнь теряет смысл, и он никак не хочет понять, что завтра будет новый день. И... новая жизнь. Зачем мучить друг друга и дальше, если можно начать жить с чистого листа.Ему — чуть за 20, мне — чуть за 40. И я тоже пережила развод... Бурный и тяжелый. Но я тогда ощущала лишь пьянящее чувство свободы! А он... Ему было тяжело... Хотелось прижать его к себе, погладить, успокоить, передать это чувство свободы... Как разговор зашел о сексе, я не очень хорошо помню, но это было логично... В такие моменты всегда хочется тепла — физического и ощутимого. Всё началось в туалете — мы пошли покурить, вдвоем. Сидели на полу, и мои колени были между его ног. Искра вспыхнула внезапно — он потянулся ко мне и начал искать мои губы, они раскрылись навстречу... Целовался он классно, проникая глубоко в рот языком, снизу поднималось тепло, мы оба были как взведенный курок. «Пойдем», — тих
Нда, как быстро взрослеют. Моя первая мысль когда увидел свою четвероюродную (или какую там по счету) сестренку... теперь ей уже 20 (мне лет на 10 больше), невысокая, с приличной грудью 2—3 размера, для ее невысокого роста кажущейся прилично большой в достаточно открытом декольте. Не видел уже тысячу лет, а тут... вот так встреча, на сборище родни. Вижу, тоже рада встрече, обнялись, чмокнулись — по мне будто искры пробежали. Вида разумеется не подал, еще не хватало ухлестывать за своей сестренкой пусть и весьма дальней. Сели рядом, типа поухаживаем друг за другом... Ну и сидим, выпиваем по чуть, болтаем... черт дернул хозяйку дома попросить ее достать какие — то вилки из нижнего ящика шкафа который был за нами... Юлька туда перегнулась, а меня просто этим сразила враз. Сижу и ничего уже не вижу кроме ее красных стрингов и полпопы, ее ямочку в таинственную глубь которой уходит этот несчастный красный шнурок.Искала она там достаточно долго... секунд 20—30... за это время я уже десять раз успел себя пре
Не рой яму сестре, — сама в неё попадёшь..Глава Первая.Сестринская месть.Лиза хоть уже практически и лыка не вязала, но когда я ей стала рассказывать, как проверяя эту чёртову теорию Алекса Габронова об Эдиповом комплексе (я так и сказала, — чёртову теорию, — с лёгким нажимом на этом слове), я поздно вечером, предварительно подслушав и убедившись, что мой младший сын Максимка снова мастурбирует, внезапно вошла в его комнату в коротенькой ночной рубашонке и без трусиков, якобы вся перепуганная приснившимся мне кошмаром..Моя Лизонька аж икнула: — Да, ладно, Свет, правда, это сделала?, — она не могла поверить своим ушам, — но это же... я всё, конечно, понимаю, но это совсем ни в какие рамки не лезет.Я только пожала плечами: — Это исследование для меня очень важно. Наш ректор готов выложить за необходимые изучения в этой области огромный грант. На самом деле Эдипов комплекс в свете теории Габронова совсем не изучен. Ну, и сама понимаешь, добровольцев на подобные испытания этой теории днём с огнём не сыщешь... Л
Капля красного сока повисла на твоей губе, и прежде чем ты успела ее слизнуть, я наклонился вперед и, высунув язык, завладел этой заблудившейся крошкой. Мои губы не могли так приблизиться к твоим, чтобы все это не закончилось поцелуем; наши языки танцевали свой танец, а мы теряли голову гораздо быстрее, чем от шампанского. Я отметил про себя, что когда-нибудь обязательно просто завалю тебя ягодами, чтобы потом слизывать их с твоего тела, потому что от контакта с тобой, они становятся в тысячу раз слаще. В конце концов, ваза опустела, и я вытер твои губы мягкой льняной салфеткой. Ты чувствовала себя такой обласканной, избалованной и очень сексуальной. Ты чувствовала смесь сожаления и нетерпения. Все закончилось? Настало время трахнуть меня? Мы можем уйти и добраться до постели? Тебя поглотили твои желания, раздразненные моими действиями, и ты не могла дать себе ответ, сколько еще ты готова это терпеть. Я помог тебе встать, и ты была удивлена, что я не сделал ни малейшей попытки скрыть наручники от всех остальн
Действие на экране было уже в самом разгаре, когда я услышал, что дверь открывают своим ключом. Учитывая, что родители были в отъезде, это могла быть только сестра, а потому я никак не среагировал на звук поворачивающегося ключа, продолжая смотреть видео. А оно действительно притягивало взгляд, раньше мне не доводилось видеть ничего подобного. Обыкновенная с виду, достаточно молодая и симпатичная женщина лет тридцати, глядя поверх камеры, сняла с себя одежду, подошла к креслу и легла животом на его поручень, перегнувшись и выставив попу. Через несколько мгновений на нее обрушился первый удар ремня. Видео было снято в обычной квартире, любительской камерой, свет был поставлен плохо... . Но с первых секунд я догадался, что это - не низкопробная актерская постановка, а настоящая запись из чьей-то частной жизни. После девятого удара женщина начала голосить, и я убавил громкость, а когда сестрица толкнула дверь моей комнаты, уменьшил видео до размеров небольшого окна и повернулся к ней. На самом деле, Таня вовсе н
Сорока двух летняя Нинка развелась два года назад, но продолжала жить с мужем и 14 летним сыном Андреем в одной квартире. С мужем они не общались, жили как соседи по коммуналке. Посмотри какие фотки, мама. . - Андрей позвал мать к компьютеру. Она подошла, нагнулась и через его спину стала смотреть фотографии. Стоять было неудобно и, постепенно её грудь стала касаться плеча сына. От прикосновения сосок стал набухать, ох уж эти соски. Прикосновения к ним всегда заводили её и теперь она начала чувствовать возбуждение. Возбуждение всё нарастало, мысли путались, она окуналась в истому... -Мне так неудобно стоять - срывающимся голосом произнесла она и оперлась рукой о бедро сына. - Так удобнее... Сын продолжал крутить фотки, а Нина потихоньку тёрлась окаменевшим соском о его плечо. Она стала перемещать руку на бедре сына, словно ей неудобно и она меняет положение и постепенно начала поглаживать его ногу. Сын замер. Нина наклонилась и поцеловала его в затылок, зарывшись лицом в волосах Андрея. Андрей молчал и не дви