Инцест
Через пару минут мы сидели на бревнышке и курили. " Больше так не делай!" - сказала Оксана. Я похолодел. "Но ведь ты сама захотела!" - робко начал я оправдываться. " Дурачок, кончать в меня не надо было! Хорошо, что у меня скоро гости придут. " " Какие гости?" - я ничего не понимал. "Ладно, проехали, только теперь, когда почувствуешь, что кончаешь - ты "его " вынимай побыстрей, а там я тебе помогу. " Меня напугала такая опытность сестры, но зато было ясно, что этот раз не последний! Мы допили остатки хмельного вина, еще раз перекурили и не торопясь пошли домой. Я не удержался и спросил Оксану: "Слушай, Оксан, прости за нескромный вопрос, но если не ответишь - не усну сегодня! Давно ты не девочка?" "Да нет, не давно " - ответила безо всякого напряжения она. Я усомнился: " По твоему опыту не похоже!" И тут она меня нокаутировала новой информацией: " Да мы просто с моим парнем почти пол - года в жопу трахались, а потом, на дне рождения у подруги он мне по пьяному делу целку и сломал". Пусть простит меня читатель
Глава 25. "Говноедка" За два дня до возвращения рабы из "лагеря" , Хозяину позвонили из клуба, и пригласили на аудиенцию к Магистру. Приехавшего в клуб Хозяина, тут же провели в кабинет. Поздоровавшись, мужчины сели за стол и закурили. Первым заговорил Магистр. - Я знаю, что Вы, добились больших успехов в воспитание своей рабы, за несколько месяцев, сломать волю сильной властолюбивой женщины, это, я Вам скажу, не каждому дано. - Спасибо, Магистр. - Я, хочу Вам, сделать предложение. - Я, Вас слушаю. - Наши врачи, разработали прибор. - Магистр поставил перед Хозяином небольшой чемоданчик и открыл его. Внутри, лежала чёрная коробочка с разъемами, отдельно лежал пластиковый обруч с выступами, и провода разной длины и цвета. - С помощью этого прибора, у мозга любой женщины, можно подавить, при желание, конечно, одни чувства и эмоции, и, наоборот, обострить другие. - Это очень интересно. - Хозяин, с любопытством, осматривал прибор. - Прибор программируется с помощью компьютера. Вам достаточно убрать, или, какие то
Черт меня дернул сдать этот проклятый билет на самолет. Летел бы спокойненько в свою гребанную командировку и в ус не дул. А то тут все так перемешалось.Итак, возвращаясь, домой после аэропорта, я прибывал в хорошем расположении духа и что-то насвистывая себе под нос, расплатился с таксистом и вбежал на ступеньки нашего дома. Семья наша обыкновенная в среде Новых русских. Отец, крутой мен, намыл в мутной воде насколько копеек и на них построил дом, купил квартиру и в Москве и в Афинах, и конечно отдыхали мы не в этой деревни под названием Греция, а уезжали на Гавайи или еще куда-нибудь. В общем, все как в нашей среде. Но папаня был с небольшим прибамбасом и все время "продвигал" меня по жизни. Устроил на работу, которая кроме неприятностей и нервотрепки не приносила ничего. Заставил жениться на девушке, неплохой, но не любимой, главным достоинством, который было красивое тело и покладистый характер.Маманя, очень спокойная женщина, всегда была под давлением отца и хотя она всегда мне нравилась, тем не менее, н
Это было вечером. Мама лежала на кровати сильно уставшая. А я сидел и смотрел на её голенькие ножки и кругленькую, сладкую попочку в стрингах. Я предлжил ей сделать расслабляющий массаж. Она с охотой согласилась. Я сел рядом с лежащей мамой и начал массировать ей спинку, потом шею и плечи. Мама вскоре уснула, а я всё гладил её своими нежными ладошками. Мои руки стали сами опускаться всё ниже и ниже по её телу. Вот я поглаживаю край попочки, задевая натянутые верёвочки от стрингов. Она всё спит и не чувствует моих ласк. Я начал опускать ладошку дальше и начал спускаться вниз к бёдрам по попке, кожа на попке была такой нежной и тёплой, что мой член начал вставать. Я гладил её пока у меня он не стал сантиметров 15. Я гладил её тонкие ножки и опять поднимался к попке. Затем мне хотелось ещё больше страсти и и начал тихо, не спеша запускать ладошку в щелочку где сходились ножки и попка. Там было ещё теплей. Я нежно надавил пальчиками на внутреннюю поверхность попки, там где начиналось влагалище. Мама вздрогнула, н
Моя жизнь круто изменилась, в голове был туман, но я счастливо улыбался миру)... Проснувшись с утра в прекрасном расположении духа понежился в кроватке еще какое-то время и встав пошел умываться. За окном было зимнее летнее утро, сосны и снег, в нашем коттедже было уютно и тепло, мама и папа светились от счастья, дела отца шли в гору не смотря на этот блятский кризис, телик не включали постоянная война на Украине там (, просто сидели на кухне и пили чай с кексиками) Мама обнимала папу и ласкала губами его щеку, папа пытался уворачиваться «Света щекотно, ну перестань) « Короче полная идиллия...После завтрака я решил покататься на лыжах, спорт так сказать... , а мама и папа обнявшись о чем-то ворковали у камина. У нас просторная территория вокруг дома, есть где покататься, красивая природа, сосны, свежий воздух я катался по лыжне и радовался жизни...Накатавшись и как следует разогревшись на зимним морозном воздухе поехал на лыжах к дому...
Она с восьми лет этого хотела, как ей теперь думалось.Тогда (в восемь )ее папа был порядком пьян, она не поняла может быть, а было уже утро, утро Нового года и мама Оленькина к родителям смоталась...то, что у мамы было с ее дедом, маминым отцом, Оля поняла позже. Тогда же было утро первого января, солнечное, она проснулась- вернее ее папа "проснул", просунув голову под одеяло, он стал щекотать ее между ножками-она всегда спала голенькая. Наверное, она еще не знала, что папа "педофил". "Сегодня моей принцессе завтрак в кровать будет подан!"-рюмку шампанского в восемь лет-конечно рано-а после завтрака папа (Михаил)попытался продолжить свои грязные домогательства- но Оля вся как-то завозилась... "Ты что, в туалет хочешь?-сейчас горшок принесу"- Оля уже почти 4 года как не ходила уже на горшок и ее лицо зарумянилось.
Глава 15. Шлёпалка и "кулак". Сидя в кресле, и потягивая сигарету, мужчина наблюдал, как пожилая женщина убирается в комнате. Его тяжёлый взгляд, неотрывно следовал за ней. Старуха, буквально кожей чувствовала, что Хозяин следит за ней. От страха, её ноги подгибались, руки дрожали, её прошиб пот. Тяжело опустившись на колени, женщина, взяв щётку, стала тереть ей палас. Мужчина, глядя на свою жертву, стал возбуждаться. Ему нравился вид, покорной, потной от страха и тяжёлой работы старухи. Тонкая, короткая рубашка женщины прилипала, к телу не скрывая её "прелести". Хозяин видел обвисшие груди своей матери, колыхающиеся при каждом её движение, её белые, мягкие, податливые ягодицы, как бы напоказ, выглядывающие из-под короткой рубашки. Стоя на коленях и тяжело дыша, пожилая женщина, продолжала тереть палас, медленно продвигаясь мимо своего мучителя. - Что, сука, страшно? - Голос мужчины, был для старухи, как удар хлыста. Она вздрогнула, щётка выпала из рук, всё её тело сжалось от страха. - Отвечай, тупая корова!
С Сашкой мы были знакомы с раннего детства. Жили мы в одном доме - панельной девятиэтажке, в одном из новых районов, на Химмаше. Мы ходили в один садик, а позже, поступили в одну и ту же школу. Учились мы в одном, классе, и держались всегда вместе. Многие считали нас за родных братьев.Сашка жил в соседнем подъезде, на два этажа выше нас, с матерью и младшей сестрой. Его мать, Марина Сергеевна, работала в какой-то коммерческой фирме бухгалтером, и не плохо зарабатывала. Это была невысокая, тридцативосьмилетняя женщина, с уже сдавшей фигуркой, но все равно выглядящей бесподобно. По крайней мере, на взгляд двенадцатилетнего пацана. Одевалась она со вкусом, умело скрывая некоторые недостатки своего тела одеждой. Полине, его сестре, недавно исполнилось одиннадцать. Ее тело уже начало формироваться, превращаясь в женское, но к сожалению только ниже пояса. С грудью у нее пока была напряженка. Несмотря на то что у ее матери был верный третий номер, Полина могла похвастаться пока лишь, небольшими припухлостями, увенча