Изнасилование

Девушка явно не может на что-то решиться... На что? Еще несколько шагов назад, уже повернулась к выходу... Но нет, снова остановка, снова минутное замешательство — и вот она снова идет к двери. Снова что-то шепчут губы... Прислушаемся — «Будь, что будет... Сколько можно терпеть, сколько можно фантазировать... Вперед!». И вот в дверях появляется... я поворачиваюсь на кресле и внимательно смотрю на вошедшую. Я знаю, на той стороне двери стояла девушка, ради движения ресниц которой парни готовы были носить цветы и стоять на коленях, пытаться совершать подвиги или хотя бы часами уламывать сходить в кино, а лучше — сразу в кровать. Вошел же другой человек. На пороге стоит красивая, яркая, соблазнительная — и почти дрожащая девочка. Голова опущена, ресницы закрывают глаза, движения неуверенные, фигура обмякла, губы двигаются и силятся что-то сказать. Я знаю, что она чувствует, как она терзается, какой огонь горит внутри! Я знаю, что делает этот всего один шаг — перешагивание порога ко мне... «Я пришла...

Странно, что в столь поздний час в его окне все еще дрожал огонек свечи. Николь вздохнула, нерешительно помялась на месте, раздумывая, стоит ли заходить к нему, получив официальное приглашение, в такое время. Наверное, он спит, или, может быть, занят чем-то по-настоящему важным. В последнее время у девушки заметно упал уровень успеваемости, и Марк настаивал на необходимости дополнительных занятий. Марк — ее учитель музыки. Он жил отдельно от остальных преподавателей — должно быть, предпочитал уединение — в ветхой башенке с северной стороны закрытой школы-интерната для девушек-сирот. Поговаривали, будто он часто удалялся в город по вечерам, и возвращался лишь к рассвету, но бывало и так, что директор не давал ему разрешение покидать школу. И тогда он ночевал в своей башне. Николь снова вздохнула, щурясь теперь уже на растущую луну, взошедшую над высокой стеной интерната. Внезапно за ее спиной раздался хруст сломанной ветки. Девушка вздрогнула, готовая обратиться в бегство, всматриваясь в тьму за своей спиной.

Вечером после работы как всегда заехал в маркет. Выходя взял стаканчик кофе и пошёл к машине, сел закурил сигарету. Погодка была не «фонтан», туман идождь. Прошла мысль «как в Лондане».Вечером после работы как всегда заехал в маркет. Выходя взял стаканчик кофе и пошёл к машине, сел закурил сигарету. Погодка была не «фонтан», туман и дождь. Прошла мысль «как в Лондане». Вдруг открывается правая дверца и «залетает» девчонка. Вся на взводе, и возбуждённая до предела. — «Солнце» Я не работаю. — Пожалуйста! Поехали, Я Вас умаляю!! — Давай вызову машину по станции, будет минут через пять. — Нет! Это долго! Поехали, деньги не «вопрос», сколько надо дам! Только поехали!!Посмотрев на девчонку, по прикиду «нормальная», одета на «высоте». — Не «вопрос», но «Солнце», плюс кофе. — О*К, только по быстрее! — Тогда поехали, адрес?Сказав адрес, завел свою «красавицу», открыл окно и выкинул кофе. Автоматом включил музыку и поехал по ночному городу.

Мусора в ведре скопилось очень много. Казалось, что совсем недавно она выносила его на мусорницу. Сейчас, она не могла понять, почему он так быстро накопился. Посмотрев на легкое пальто, Анна Сергеевна махнула рукой. На улице, не смотря на позднюю осень, даже ночью, было еще по-летнему тепло. От подъезда, до мусорного бака, рукой подать. Ничего и в халате не замерзну, решила она и, подхватив мусорное ведро, замкнула квартиру. Спустившись на первый этаж, она нахмурилась, хулиганы мальчишки опять разбили лампочку. А ведь и двух дней не прошло, как ввернули ее. Она сделала шаг и, ощутив мощный рывок, мгновенно влетела в клетушку, под лестничной площадкой. Даже ойкнуть от испуга не успела. Сильная рука зажала ее рот, и кто-то полез в трусы, крепко всей ладонью сжимая промежность. Она глухо застонала от боли и раздвинула ноги. Бесцеремонно нагнув ее, насильник заставил нагнуться и, сорвав трусы, сзади овладел ею, просунув твердый член между ляжками. Вопреки всем описаниям, повествующим, как неприятно бывает изнаси

— Черт! — Это было какое-то безумие. С девушкой могут случиться самые разные неприятности, но происшедшее с ней было за гранью. Куда она покажется с такой татуировкой. Таня представила себя загорающей в Болгарии в шортах до колена. Как прокаженная. Да и родители. Студентка жила с ними в одной квартире, и скрыть новое украшение было довольно проблематично. Свести? Где это делают, в поликлинике? Таня живо представила себе ажиотаж среди врачей и медсестер. Таня осмотрела свою задницу внимательнее. Ее помыли и смазали каким-то кремом, наверное без этого она болела бы еще больше. На первый взгляд кии казались кривыми и непропорциональными, но стоило Тане встать спиной к зеркалу и слегка поиграть ягодицами, как две идеально прямые палки начали завораживающий танец. Вопреки обещаниям, ее одежды нигде не было. Около кровати стояли туфли, а рядом, на пуфике лежал небольшой сверток. Она развязала ленты, достала и натянула на себя стринги (в размер, обрадовалась Таня), маленький топик и коротенькую юбочку золотистого ц

Приезжаешь вечером на станцию. Ты идешь мимо мужчины, чувствуя на себе его горящий адским пламенем взгляд... Начинается просто сильный снегопад. Ты смотришь расписание автобусов, маршруток, но все уже прошло, а на такси денег нет. Видя твое так скажем смятение, от усталости и обреченности идти до дома, по такой погоде довольно приличное расстояние, он любезно приглашает тебя... Присесть в его машину... Ведь на улице почти минус 30... «просто погреться...» и кивком головы указывает на шикарный и спортивный автомобиль марки bugatti...Буквально в следующую секунду, ты слышишь, как двери блокируются... В машине действительно очень тепло... А потом становится очень жарко... Это вынуждает тебя немного расстегнуть ну скажем пальто... В глаза ты ему не смотришь, но чувствуешь, как тебя просто обжигает... Ты сглатываешь и неуверенно поднимаешь глаза... Твоему взору открывается шикарная обшивка машины, какие-то металлические предметы, о назначении которых ты даже не догадываешься, череп-украшение лежащее между сидений,

Эротический рассказЯ провинился в первый же день своей службы у барыни. Увидев ее в красивой прозрачной одежде с полуголой грудью, я разинул рот и выронил из рук бочонок. Грохот его падения так перепугал барыню, что она вскрикнула, и рассердившись за этот испуг, приказала выпороть меня на конюшне. Конюх Евлампий со смешками положил меня на козлы, связал под ними мои руки, так что я лежал, обняв их, и ожег меня розгами по голому заду. Мне, конечно было больно, но привычно, так как за разные провинности, тятенька бывало не раз уже парывал меня. Когда он успел разрисовать розгами мой голый зад, в конюшню вошла барыня. Мне было стыдно, что она видит мой голый исполосованный розгами зад, а в особенности выставленный на обозрение срам, который, как это часто бывает во время порки, пришел в возбужденное состояние и, подобно рогу быка, торчал между ногами. Хоть она и барыня, но все же женского полу и мне стыдно перед нею.Услышав ее полный удивления возглас, я на всякий случай, завсхлипывал. Барыня не мешкая приказала

Мне недавно исполнилось 18 лет. До вчерашнего дня я была девственницей. Через два дня мы с моим парнем должны пожениться но теперь не знаю что и делать? Вчера он заехал за мной после работы и мы поехали к нему. По дороге у него зазвонил телефон, еу звонили с работы там у него какие то проблемы. Так что настроение у него испортилось основательно. Когда мы добрались до дома он оставил меня одну а сам пошёл к другу. Я мирно ждала его перед телевизорм. Вернулся он поздно изрядно нетрезвый и злой. Слово за слово и мы сним поругадись. Я собралась уходить домой но он схватил меня и с силой бросил на ровать сам моментально стянув майку навалился на меня и засунул руку ко мне под платье. Я попыталась освободиться но не смогла. Он все настойчевее ласкал меня там. Тут мне удалось освободить одну руку и я ударив его по лицу выползла из под него, но убежать не успела так как он в один прыжок догнал меня и сильно ударил по лицу. Не устояв на ногах я упала на пол. Он навалился на меня но я начала сопротивляться, его это раз