Изнасилование
— Ого! Книга на титанском. Я вот не умею по-титански читать. — Титанцы говорят на ужасном языке. Письменность весьма изящна, но вот звучание... Похоже на харкание или хриплый кашель. Что-то мы на странные темы говорим с тобой, не за этим же сюда пришли.Он нагнулся, ведь я был прилично ниже его ростом, и страстно, влажно поцеловал меня в губы; я ощутил прилив удовольствия и нежности. Обняв его за шею, я прошептал: — Покори меня, владей мною. — С радостью.Аккуратно, нежно он снял с меня колючий шерстяной свитер и расстегнул джинсы, потом разделся сам, через несколько секунд мы лежали на кровати и грелись друг у друга в объятиях. — Ты когда-нибудь предавался любви в невесомости, мой капитан? — спросил я. — Да, и не однократно. Ощущения невероятные. Ещё смешно наблюдать за тем, как девушки взлетают вверх и, хихикая, держат руками коротенькие юбочки.
АннотацияДрейк — альфа, сильный и властный, не желал соединяться ни с одной женщиной из своей стаи. Но будучи уже зрелым волком, зверь внутри его требовал сцепиться и завести потомство. С каждой луной ему все тяжелее было сдерживаться, поэтому уже несколько полнолуний Дрейк уединялся в купленной им отдаленной долине возле леса. Находясь там, на одиночестве, он давал волю своему зверю. Пока однажды он не поймал божественный аромат, действующий на него как самый сильный афродизиак. Он пойдет за ним, взывая к животным инстинктам, и у его обладательницы не будет не одного шанса скрыться...ПрологОн чувствовал, что полнолуние уже близко. Его кожа покалывала, зверь рвался на волю, а член увеличился и пульсировал. Он уже дошел до грани и знал это.Слишком долго Дрейк контролировал себя. Во время полной луны их зверь выходили наружу, не оставляя ничего человеческого в них, кроме дикого животного инстинкта. У оборотней, достигших полной зрелости, этот инстинкт был направлен только на одно — выбрать самую сильную самку и
Мы очаровательно уплетаем бутерброды. По крайней мере для меня. Очаровательная стройная женщина, абсолютно голая, чуть смущающаяся от этого, пытается утолить голод. Ее щечки розовеют каждый раз, когда я по-хозяйски оглядываю ее прелести. Я уже знаю, что мою пленницу зовут Марго.Наконец, она запивает еду бокалом легкого вина. — А теперь...Я беру руку Марго и кладу на начавший поднимать голову член.Девчонка робко теребит мои гениталии. Робко и бессистемно. Этого, однако, вполне хватает. Член под мягкой ладонью выпрямляется. Я ленив ко второй палке. Позволяю ей растирать ставший скольким от смазки член и неторопливо размышляю — дать ей для начала поработать ротиком, а потом поставить раком, или сразу перебросить через подлокотник.Марго замечает опасный огонь в моих глазах и отдергивает руку: — Я еще не готова.Я поднимаю бровь: — Тебя кто-нибудь спрашивает?Протягиваю руки, чтобы схватить манящее нежной белизной тело. И вдруг Марго вскакивает и оказывается с другой стороны столика.Я бросаюсь ее ловить. Пару раз да
Дзинь-дон... Капли осеннего дождя тихими колокольчиками бьются о подоконник старого кинотеатра. — Здравствуйте, Эмма Генриховна. — Мило улыбаясь, поздоровалась вошедшая в помещение девушка.Старушка-гардеробщица оторвалась от чтения книги и, расплываясь в улыбке, поспешила ей навстречу. — Здравствуй, Алиночка.Девушка передала ей пальто и зонт, и теперь пыталась дыханием согреть озябшие руки. — Давно ты нас не навещала, голубушка. — Продолжила старушка, вернувшись на свое место. — Не стряслось ли чего?Алину всегда забавляло и несколько смущало это старомодное обращение, но та теплота, с которой произносила это слово Эмма Генриховна, всегда ложилась бальзамом на юное сердце. — Нет-нет, все хорошо, просто... времени как-то не было. — Немного грустно ответила девушка.Старушка понимающе кивнула головой и вернулась к чтению. Алина купила билет, и в ожидании сеанса подошла к окну.Дзинь-дон... Падают капли, люди, плотнее кутаясь и закрываясь зонтами, спешат по своим делам. Природа замирает, в ожидании зимы.
Тира шла по лесной тропинке, прислушиваясь к голосу леса. Шелест листьев, шорох травы, стрекот кузнечика или крик пролетающей мимо птицы могли многое сказать молодой ведьме. Особенно сейчас надо быть очень внимательной, после случая с охотниками за нечистью, которые на свою беду сумели подобраться слишком близко к их домику. Хорошо, что мать вовремя почуяла опасность и «отвела» людям глаза, заведя в болото, откуда те не смогли выбраться.До Шабаша осталось совсем мало времени. В этот волшебный день, а затем и ночь, различная нечисть со всех уголков страны слетается на Проклятую поляну, где пьет, веселится и предается разврату. Иногда, правда довольно редко, на ежегодном Шабаше появляется кто-нибудь из демонов или колдунов высших порядков. Мать встретила Тиру на крыльце. «Зайди-ка в дом, доча, « — сказала старая ведьма и ушла внутрь. Тира поднялась следом, положила охапку собранных трав на лавку и вопросительно посмотрела на мать. «Ты уже взрослая ведьма, доча, и пора бы подумать о ребенке. Наши знания и силу н
Привет!Хочу рассказать историю, которая приключилась со мной прошлым летом. Немного о себе, я здоровый крепкий мужик, 30 лет, мастер спорта по штанге в прошлом. Так уж получилось, что с подругой мы расстались и на лето я остался один.Возвращаюсь я раз с работы, и, не дойдя до дома 50 метров, получаю удар сзади по локтю, отчего теряю равновесие и падаю вперед чуть закрутившись. Оборачиваюсь, оказывается «мадам» за рулем красного Пежо заговорилась по телефону, чуть вильнула и задела меня. Вы не представляете, что я хотел ей высказать по поводу всего происходящего. Выбегает оттуда девушка лет 25—30 и начинает лепетать, ой извините меня, я не хотела, я не заметила и т. д. Встаю, отряхиваюсь, и тут мои рецепторы чувствуют знакомый запах коньяку, исходящий от барышни. Стою, локоть болит, достаю мобильный телефон и говорю, допрыгались Вы тетенька, мало того что у Вас права ща отберут на 2 года, плюс заявление накатаю, сниму побои, чтобы уголовное дело завели.
Решаю, что Марго нужна хоть какая-то одежда. На мой вкус. В конце концов, сегодня нужно сходить куда-нибудь развеяться.Я подгоняю машину к самому входу в дом. Потом иду за Марго. Девчонка отказывается выходить голой. Я молча беру тонкий маркер и рисую на ее груди чуть выше соска сердечко. — Сколько сердечек появится, столько раз я тебя трахну. В твоих интересах выполнять мои указания — неповиновение — и сердечко появляется. Отработка каждого сердечка — секс. Когда и где я пожелаю. И куда пожелаю.Марго недовольно хмурится, но подчиняется. Я галантно распахиваю перед ней двери, сначала дома, потом автомобиля, и она садится. Поехали. Рядом со мной обалденная голая женщина. Безусловно, это развлечет сегодня многих на дороге.Сначала подъезжаем к черному входу обувного. Я выхожу, Марго остается. Прохожие — немногочисленные и в основном не обращают внимания, что в пыльной машине сидит обнаженная женщина. Но иногда взгляд проходящего изумленно останавливается на голой груди. Марго поеживается, пытается прикрыть грудь
Настя была симпатичной 18-летней девушкой, которая жила в военном городке и ходила находящуюся неподалеку от ее дома. Она поздно пошла в школу и была старше остальных ребят, чего поначалу очень стеснялась. Ее школа находилась в Москве, а городок ее считался Подмосковьем и их разделяла окружная дорога. Несмотря на возраст, со стороны Настя выглядела взрослой зрелой самкой, возможно свое дело сделали гены, но в 18 лет на нее засматривались все парни и взрослые мужики, в поле зрения которых она попадала. Еще бы... ведь в восемнадцать лет она имела сиськи 5 размера, большую круглую попку и массивные широкие бедра. Все это в дополнении к блядскому взгляду, черным длинным волосам и яркому макияжу делало ее для всех парней и мужиков обьектом уталения похоти. Когда они видели ее, то хотели только одно... жестко оттрахать эту молодую дойную самку во все дырки.Настя частенько замечала, как в школе или на улице, парни и мужики, смотря на нее, начинали натирать себе через штаны хуй, некоторые не стесняясь, делали это пря