Изнасилование
(Историю, которую я поведаю, совершенно реальна, и не вымышлена).На днях позвонил мне друг мой, Серега, зная, что у меня выходной. Рассказал, о молоденькой цыпочке, которую уже неделю охмуряет, но все никак на встречу дневную развести не может. «Вконтакте» познакомились, он там постоянно девочек «снимает». Девочка только на кафе — ресторан вечером соглашается, однако, вечером он не может, от жены отмазаться — целая история. Так вот, а в тот день она (Оксаной девушку величать) сама ему написала, что с подружкой на берег Днепра собирается, предложила взять с собой друга и присоединиться.Серый днем почти всегда свободен (он на бирже «Forex» торгует, так что работает когда есть желание), а жена — почти всегда занята (в строительной компании трудится менеджером). Поэтому он сразу согласился без лишних вопросов. Позвонил мне, предложил с девчонками на солнышке «повялиться». Я согласился без лишних вопросов, свободным временем располагал. Встретились с ними уже на городском пляже.Подружки (Марина и Оксана) оказались
«Битва за Днепр». Анальная версия. Недосказанное.(Продолжение. Начало читайте в: «Битва за Днепр». Анальная верси)Почти сразу же дверь тихонько приоткрылась, и в комнату заглянула довольная рожа моего товарища. Он оценил представшую взору картину, и иронично поаплодировал мне. Жестом пригласил выйти на балкон покурить. — Нормально ты её уделал. Не ожидал я такого финала. Моя в спальне примерно в такой же кондиции валяется. Ток не связанная, — сказал он, закрывая за собой балконную дверь, закуривая. — Не хочешь к ней, кстати, наведаться?Я тоже закурил, задумался, и высказал сомнение: — Думаешь даст?Он хмыкнул: — А кто её спрашивать будет? Зашел и взял, тебе не привыкать, я смотрю. Эта, вон, (кивнул на Марину, сквозь окошко в двери, видневшуюся на полу) по ходу, тоже не сама ноги расставляла. Тебя ж это не остановило?Не остановило, — согласился я. — Так вперед тогда! Прочь сомнения! И не затягивай, а то скоро отлежится, выйдет из спальни, и тогда всё, «кина не будет», — Серега настойчиво гнал меня вперед. — И э
Всем огромное СПАСИБО за отзывы, комментарии, оценки и критику. Я получила очень много интересных писем и сообщений, с интригующими и возбуждающими словами. Обещаю, что буду старательной девочкой, и отвечу на все письма, но постепенно. Так же пришло много просьб о продолжении — что с огромным удовольствием и выполняю:Пока я, стоя рачком, нагнувшись через край ванны, выполняла уборку своего, теперь, уже самого любимого члена, который подарил мне целый фонтан белых, вкусных брызг и похотливых эмоций. За спиной раздался звук замка двери, который кто-то открывал снаружи собственным ключом...Я замерла словно испуганная белая мышь — в голове носился вихрь мыслей, что меня застукали, что меня уволят, что об этом узнает мой отец и может произойти вообще, что угодно. Я была в оцепенении — я боялась пошевелиться и даже моргнуть. Сердце бешено колотилось в груди, отдаваясь гулкими ударами в висках. К моему горлу подкатил ком. Я хотела сейчас раствориться в воздухе, провалиться сквозь землю — лишь бы оказаться в другом м
Этот рассказ посвящается демонологу Акизе Инверс.Пройдя небольшой, но очень живописный садик я наконец вышла к дому. Домик имел широкую открытую веранду почти как в японских домах, только закрывалась в случае непогоды она полностью и совершенно иначе. В конце концов, несмотря на своеобразный храм поблизости, у нас тут далеко не Япония.На веранде прямо на полу сидела девушка в несколько старомодном платье и шапочке и неторопливо кушала виноград из огромной чаши. Она выглядела очень молодо, но что-то в ней выдавало совсем не детский возраст. Не знаю, что именно, но у меня было чутьё на такие вещи, как бы странно это ни звучало. — Здравствуйте, — растерянно сказала я, но девушка меня словно и не заметила. — Меня прислали из храма. Сказали, что у Вас есть баклажаны.Девушка как-то лениво посмотрела на меня безразличным взглядом, и словно нехотя спросила: — Баклажаны? — Да, для праздника.Я начала сомневаться, что пришла по адресу. Такое ощущение, что девушка даже не подозревает о существовании храма поблизости и о
«Что же со мной происходит?!» — вот главный вопрос, который задавала себе Шана Хеллфаер-Бладблейд сидя в карете. «После того случая в лесу... Боги, этот Каин все понял! То, как он старался не замечать... Ох! Это так унизительно! Сколько же времени я зализывала раны, нанесенные этими варварами?! Ходила как... как... Ужас! А потом, что на меня нашло на той реке?! Я никогда еще не делала такого... То есть, я ласкала себя там, но не днем! И при этом не представляла как меня... эти чудовища... Впрочем, и не добивалась подобных результатов... О Боги, о чем я только думаю!? С тех пор, как они меня изнасиловали я просто места себе не нахожу, стоит забыться в ванне, как руки сами собой оказываются между ног. Теперь я делаю это каждый день... и все равно хочу еще... Вчера даже в попку засунула пальчик... Я испорчена! Нет, огонь стал сильнее, но я плохо его контролирую. Подсознательно хочу чего-то большего. Хочу еще... Ну что со мной не так?! Только когда мама позвала к себе, я смогла отделаться от Лейлы... которая, пох
Блин, до чего же он навязчив! Этот новый инструктор... В его распоряжении весь цвет спортзала — юные созданья, которые так и липнут к нашему мачо. А он как назло торчит рядом со мной, видимо чувствует, что меня это несказанно бесит!Он появился несколько месяцев назад: самоуверенная горилла с бицепсами вместо мозгов и зашкаливающим самомнением. Важно перемещался от тренажера к тренажеру и показывал всем желающим, как правильно выполнять упражнения. Казалось, только я замечаю, что его уроки нередко переходили границы приличия: он беззастенчиво лапал доверчивых девчонок, а эти дурёхи еще и боролись между собой за его внимание. Иногда наши глаза встречались и он насмешливо мне подмигивал, чувствуя видимо мое молчаливое неодобрение.Чтобы избежать его общества, я поменяла график посещений и успокоилась. Но вот однажды... Я привычно открыла дверь инструкторской, чтобы отдать абонемент и получить ключ от шкафчика в раздевалке. И тут меня поджидал неприятный сюрприз: за столом восседал ненавистный мне ОН. А у его ног.
Встречи были не часты, но систематичны: 1—2 раза в неделю, чаще раз. Как и дала себе обещание девушка, она была спокойна, собранна, обаятельна, ухоженна, словом, идеальная любовница. Шеф ценил это и хвалил её. Повысил зарплату, дарил купюры «на булавки». С некоторым трудом, но параллельно продолжались отношения с Игорем, они приносили неподдельную радость. Инга берегла их. Секс с парнем регулярно случался то у неё, то у него (он жил с родителями), нисколько не походил на безудержные, изощрённые и извращённые свидания «служебного романа». Это была нежность и ласка, взаимное желание и стремление порадовать друг друга. Всё же Инга отмечала, что немолодой шеф темпераментнее и креативнее молодого любовника, техничнее и выдержаннее. Ну а юноша был выносливее, да и просто желаннее. Ингу удивляло одно: откуда у неё силы на 2-х разнотемпераментных мужчин, иногда следующих практически друг за другом (этого она стремилась не допускать, но случалось). Девушка надеялась на благоразумие шефа в случае, если тот эаподозрит с
— С днем рождения, любимая.Ирина открыла глаза и улыбнулась. Ровно 40 лет назад в один из первых декабрьских дней она появилась на свет. — Я принес тебе кофе — улыбнулся Игорь. — Спасибо, родной.Женщина села на кровати и взяла в руки чашку с кофе. Сегодня был ее день. День ее рождения. Многие не празднуют свой сороковой день рождения, но Ирина решила отметить его. Сегодня вечером соберутся друзья и родные. Ее самые близкие люди. — Коровку пора подоить? — спросил Игорь, когда Ирина закончила пить кофе. — Пора — улыбнулась женщина.Игорь заранее приготовил стул и миску.Ирина опустилась с кровати на пол. Встав на колени, женщина нависла над стулом. Ее вымя висело над миской.Игорь доил нежно. Молоко текло в миску. Муж смотрел в глаза жены и улыбался. Ирина улыбалась в ответ. Любимый мужчина, любимые дети, дружная семья. Что еще надо женщине для счастья? — Мама.Ирина обернулась. Маленькая Олеська проснулась. Ей уже 10 месяцев. Она стояла в кроватке и смотрела на родителей. Ирина давно перестала смущаться, что дочь