Изнасилование
- Давно! Почти полгода назад, - ответила дама. - А он глубоко в тебя проникал! - уголовница, невзирая на мольбу дамы, раздвинула ей ноги и, промяв ткань дорогой красивой французской юбки, рукой нажала на промежность. - А! А! А! - дама от таких прикосновений вдруг испытала сладкие волны в области половых органов. - Не ори, пидаразка! - Оксанка залепила рот пленницы широкой лентой скотча. Нинка, управлявшая машиной, сквозь смотровое стекло изредка наблюдала за тем, как девки издеваются над беззащитной дамой. Уголовница предвкушала, как она сейчас будет опускать эту холеную богатую красивую стерву. Нужно было только найти подходящее место. - Смотрите, что это за дом! Оксанка, проверь! - Нинка остановила иномарку возле невысокого одноэтажного кирпичного помещения на окраине города, рядом с будкой ЛЭП. Проводив взглядом Оксанку, Нинка сказала: - Жрать охота. Надо жратву купить и водки. Посмотри, Верка, у этой сучки наверняка есть деньги. - Уже посмотрела. Тут много, в ее сумке почти пятьдесят тысяч тенге! - Опля!
- Умоляю Вас! Пожалуйста! Девушки, миленькие! Не надо. Умоляю! - дама стояла на коленях и продолжала умолять, - Можно я хотя бы помою лицо! Бандитки развязали даме руки, и Шолпан Дамировна подползла на коленях к умывальнику. Но только она собралась обмыть свое лицо, как... - Ты блевотину свою сначала слижи, а потом и лицо помоешь! - приказ Нинки заставил даму зарыдать от отчаяния. Понимая, что бандитки не отстанут от нее, пока она не выполнит приказ, дама подползла на коленях к куче блевотины. Шолпан Дамировна оперлась руками об пол, нагнулась над кучей, и тут даму снова вырвало. - Я не буду это делать, - дама стояла на четвереньках и мотала головой. Тогда Оксанка подбежала к пленнице и с силой ткнула ее лицом об кучу блевотину, и стала возить лицом дамы по жидкой грязно-желтой куче, как половой тряпкой. Конечно, же, от такого обращения даму снова вырвало. Притом несколько раз. И только когда бандитки вдоволь насладились этими отвратительными издевательствами, они разрешили даме умыть лицо. Униженная и сломле
После этого шлюху трахали только огромными вибраторами, и ей это нравилось. Екатерина понимала, что каждый раз через капельницу ей вводят что-то возбуждающее, но это не уменьшала пыл, с которым женщина насаживалась на рельефные, большие дилдо, почувствовать внутри живой, не резиновый член стало для Екатерины праздником и наградой. Такой бурный секс выматывал молодой организм, и женщина сметала со стола еду с огромным аппетитом. Вместо шикарного отдыха на берегу моря и в роскошных ресторанах женщина получила безумный секс, сменяющийся едой и сном. И так по кругу. В комнату, где расположили Екатерину Александровну, хозяин установил "сексмашину" Аппарат, двигающий с заданной частотой два поршня, на которые прикручивали дилдо. Просыпаясь, женщина каждый раз была уже мокрая и испытывала сильный сексуальный голод. Она сама вставляла в себя вибраторы и включала машину. Около часа два огромных резиновых члена долбили Катины дырочки, за то время сексуальный голод переходил в голод обыкновенный. Сладкую пытку останавли
Дверь хлопнула, и я остался в квартире один. Мама уходит на работу совсем рано. А сейчас ушел и дядя Леша, - жилец, который снимает у нас комнату. Этого момента я жду каждое утро с большим нетерпением, потому что у дяди Леши в комнате есть то, что мне нужно. Я выпрыгнул из кровати и как был, в одних трусах, побежал на кухню. Взял нож, и, подойдя к двери маленькой комнаты, стал отжимать собачку замка. Наконец, замок щелкнул и дверь открылась. Я бросил нож тут же на пороге прошлепал в комнату. Она, как и другая комната, в которой живем мы с мамой, обставлена не слишком. Кушетка, стол, стулья и большой шкаф с сервантом и зеркалом, в котором видно мое отражение - худой тринадцатилетний пацан в одних трусах. Подбежав к шкафу, я открыл сервант и стал копаться в груде журналов, сложенных на нижней полке, там, где раньше стояла супница. "Ну, где же? Где же? Максим, Автопилот... Все не то!" и вдруг сердце радостно екнуло "Вот он!". Я достал из кипы польский порно журнал с теткой с расставленными ногами на обложке. М
- Я вам такие места покажу, что и во сне не приснится! - с жаром доказывал нам с супругой Иван Данилович, наш сосед по даче, - Вот вы молодые еще, а я грибник со стажем, я в нашем лесу каждую тропку знаю, каждый кустик... Так, слушая его рассказы об ожидавшем нас грибном рае, мы углублялись в чащу. Была ранняя осень, благодаря чему в лесу было тепло и одновременно почти отсутствовали комары, а вот опят было много. Дабы расширить зону поиска и увеличить тем самым добычу, дойдя до подходящей березовой рощи, мы разделились: я пошел в одну сторону, а моя жена, Лида вместе с нашим пожилым соседом в другую. Мне на грибы вообще по жизни везет, поэтому я быстро набрел на трухлявый пень, сплошь усыпанный опятами. Срезав все до последнего грибочка, я заполнил сразу больше половины моей корзинки и решив похвалиться своим трофеем, направился разыскивать своих спутников. Я не люблю в лесу громко кричать (типа "ау, где вы!") , я привык больше слушать лес. Хруст веток и людские голоса сами показали мне дорогу, и вот я уже п
Когда директор по маркетингу сказала, что меня хочет видеть генеральный, я жутко испугалась, ибо я сразу поняла, что все это из-за того случая с неотправленными вовремя рекламными материалами. В тот момент я отдала бы все, чтобы избежать этой встречи, я чувствовала, что меня хотят не просто выгнать с работы (для этого не нужно вызывать "на ковер" к генеральному) , а выгнать с позором. Тем не менее, не пойти я не могла... - Мне сказали, что меня спрашивал Алексей Георгиевич, - робко пролепетала я секретарю в приемной. - Да-да, пройдите, - сухо и подчеркнуто холодно сказала она, отчего мне еще больше стало не по себе - он вас ждет. Я глубоко вдохнула и открыла дверь в его кабинет... Больше всего я боялась сурового, с упреком взгляда генерального и его металлического голоса. "Сейчас начнется!" - обреченно думала я - "только бы не заплакать!"- Здравствуйте, Алексей Георгиевич, - поздоровалась я, собравшись с силами, чтобы не показать ему как мне страшно. Однако, генеральный сидел впялившись в свой ноутбук и казал
Хоть мы и убедили друг друга, что нам ничего не грозит, а под ложечкой все же сосало, а вдруг девка стукнет родителям, а те в милицию. Тогда неприятностей не оберешься. Но на следующий день в школе было все спокойно. Юля в этот день не пришла и мы с Сашей поняли почему. Испереживалась, девка. Ничего, пусть дома посидит, отсохнет. Когда выйдет, тогда и продолжим обучение. На переменках мы тихо шептались о том, что бы еще устроить Юльке и как бы снова полапать ее всласть. Страх окончательно улетучился к концу уроков. Впрочем, то что Юля не пришла, означало что списать завтра домашние задание у отличницы не получится и его придется делать самим. После уроков мы с Сашкой разошлись по домам, договорившись встретиться через два с половиной часа, когда домашнее задание будет сделано. В назначенное время я вышел во двор, но Сашки там не было. Я бесцельно слонялся по детской площадке, когда вдруг увидел идущую ко мне Юлю. - Привет, Олег, - сказала она глядя мне прямо в глаза. - Нам надо серьезно поговорить по поводу в
- Потому. - Угрюмо прогремел яростный бас. - Одного моего парня забили панки, одного порезали урюки. Троих загребли менты. Это конец, у меня больше ничего нет! - У тебя есть я. - Заметила Алина. Ей неожиданно стало жаль его, такого большого и сильного, но в то же время беззащитного. Отчего вдруг она ощутила симпатию к нему? После того, что он с ней сделал? - А от тебя одни проблемы! - Бывший вожак быстро разогнал всю романтику своим рыком. Они оказались у цели. Алина позвонила в дверь Геннадия, её защитник отступил немного в сторону. - А всё-таки пришла, шалава? - Усмехнулся Геннадий. - Соскучилась по кожаной флейте? В этот момент в дверях появился бывший вожак. - Время действия контракта истекло! - Объявил он и Геннадий попятился. - А вот и нет! - Огрызнулся Геннадий. - Такого уговора не было! - А теперь будет! - Он вошёл прямо в обуви в квартиру. - Можешь на меня напасть, но ролики хранятся в моём почтовом ящике, и пароль ты фиг узнаешь! - Гордо заявил Геннадий. Крепкий крупный кулак врезался в нос Геннадия