Классика

Вообще, до 18 лет она была приличной девочкой — милой целомудренной красавицей, с пятым размером и большими планами на долго счастливое будущее. Потом она влюбилась, потом ей разбили сердце, потом она влюбилась в друга человека, который разбил ей сердце, потом и он оказался не тем самым Принцем, она сошлась обратно с Тем Самым, а потом ее завертела закрутила взрослая жизнь — новые влюбленности, случайные встречи, опытные мужчины, которые вскруживают голову, новые разочарования и новые желания. Годам к 22 она открыла в себе Женщину. Ту, которую мужчины всегда пишут с большой буквы. Из удобных джинс она перелезла в юбки-карандаши, из спортивных лифчиков в кружевные корсеты. А когда она последний раз покупала колготки, сейчас ей было уже и не вспомнить — теперь, в жизни где в любой момент могло произойти что-то сладострастное, они казались ей совершенно неудобной частью гардероба. Последний раз она надевала их в один из вечером, закончившийся в жарких объятьях ее давнишнего знакомого, который был старше ее на пя

Раздевшись до нижнего белья, мы забрались под одеяло.Полумрак и приглушённый свет были великолепным фоном нашему возбуждённому состоянию.В этот раз мне хотелось пошалить.Осыпав поцелуями лицо и шейку я устремился ниже.Обнажив её грудь уткнулся в её лобок. Полными ноздрями вдохнул её запах. проведя своим носом по её возбуждающимся губкам (ммм, а они уже намокают). — Милая, разведи ножки, пожалуйста!Сначала робко и при помощи моих, поглаживающих её бёдра, рук активнее. Её ножки разошлись открыв мне её. Чёрт, трусики! Забыл про них. Ничего.Провёл ладонью внутри её ножек и как бы случайно задел её киску. Ещё несколько возбуждающих и нежных движений. Ножки без моей помощи раздвигаются шире и шире.В такие моменты уже можно входить, можно даже не снимая трусиков подойти к «ней» и отодвинуть тоненькую материю в сторону, нащупать пальчиками вход и раздвинув губки направить его. Внутрь, в «неё», в Тебя. Меееедленно. Ещё Медленнее.Нет, не сейчас. Я не хочу делать так сегодня.Две мои руки одновременно двигаются, лаская н

Милый мой! Счастье мое! Мой самый дорогой человек на свете! Как сильно я скучаю по тебе! Как мечтаю о нашей встрече. Как хочу чтобы случилось это. Мечтаю оказаться на твоих коленях, прикоснуться губами к твоим! Наслаждаться запахом твоих волос, твоего мужского тела. Хочу шептать слова любви и слышать в ответ что самая желанная. единственная и любимая женщина на свете... это Я!!Многое отдала бы я за эти счастливые моменты! Была нежна и ласкова. Отзывчива на прикосновения твоих рук. Исполняла все твои желания. Отдавая себя всю! Всю без остатка. Растворяясь в тебе полностью, предаваясь нежной страсти. Любила тебя так, как может любить только любящая от всего сердца женщина.Твои сильные руки отнесут меня в уютное любовное гнездышко, где осыпая твое лицо поцелуям постепенно лаская все твое тело нежные женские руки лишат тебя одежд, помогут сильным крепким мужским рукам сделать тоже с моими.Отдамся огненной страсти любви впустив тебя полностью, с благодарностью принимая твои соки.

Осенний вечер, отель «Solitude», комната 102. Мне одиноко и больно. Ощущение будто в сердце вонзились сотни острых игл.Тело обжигает кипяток. Я лежу в дорогой керамической ванне, в руке поблескивает бритва. Распаренный пенис высоко вздымается над водной гладью. Я чувствую себя никем, пустотой. Ощущаю непомерную тяжесть на груди, как она парализует каждую клетку тела, стесняет диафрагму. Не хватает воздуха, нету силы вздохнуть, кислота под кожей, кислота сочится сквозь поры, кислота режет глаза, кислота разлагает сознание, едкой слюной заполняет рот. Кислота разъедает душу. Еще секунда.За стеной медленно отбивают мелодию ударные. Басы гудят в трубах. Плохо настроенная гитара рваными аккордами поет свою прощальную песню. Еще секунда. Еще одна секунда и я, аккуратно сняв слой распаренной кожи, вскрою пульсирующие вены на руках. Будет немного больно: руку укусит металлический комарик, ванна зальется темно красной жижей, сердце замедлит свой ход. Вскоре я умру. Сгину из этого слепого мира. Пар доносит жгучий запах

В лицo рeзкo пoлыхнулo бoдрoй зoрeй. Двa сoлдaтa-пoстoвых вялo сжимaли и рaзжимaли тяжeлыe вeки. Всю нoчь прихoдилoсь нe смыкaть глaз, вeдь кaждую минуту мoжeт нaстигнуть oпaснoсть. Oсoбeннo пoсрeди нoчи, в дoлгoй нeдoбрoй тeмнoтe.Из глубины улицы, нa oкрaину дeрeвушки лeтeлa, увeличивaясь в рaзмeрaх чeрнaя тoчкa.— Штaбныe укaзaния бeгут, — с усмeшкoй скaзaл пeрвый сoлдaт.Втoрoй хмыкнул. Oн пoдумaл, чтo пoслe дoлгoй бeссoннoй нoчи eму скoрee хoчeтся дaть свoeму тoвaрищу в глaз, чeм пeрeшучивaться с ним. Oн oсeкся, прeдчувствуя, чтo сeгoдня мoгут прийти плoхиe вeсти.— Шустрый кaкoй. Пeтькa, чтo ли? — прoдoлжaл юмoрить пeрвый сoлдaт.— Зaткнись.— Чeгo?— Ничeгo.Мeж тeм, тoчкa пoстeпeннo прeврaтилaсь в Пeтьку, дeйствитeльнo oчeнь шустрo пeрeпрыгивaвшeгo мoлoдыe лужицы.— Ну чeгo тeбe, Пeтр? — сoнливo спрoсил втoрoй сoлдaт, кoгдa Пeтькa oкaзaлся сoвсeм близкo. — Рaнь-тo, кaкaя.— Дoбрoe утрo, тoвaрищи бoйцы! — кaк всeгдa бoдрo пoпривeтствoвaл их Пeтькa.— Дoбрoe, — oтoзвaлись сoлдaты, в прoчeм, бeз oсoбoгo энтузиaзмa.

Обратно мы еле дошли. Навалили столько, что нанятый катер — казанка, с трудом переваливала через волны, пробиваясь к острову. Маша и Вика в две руки такого наготовили с собой, что я невольно растрогался. Вот, давно мне вот так. Да никто! Только мать может в самый последний момент сунуть баночку грибов в багаж, уже переваливший за все мыслимые и не мыслимые ограничения по весу. Оставлял их я в некотором смущении. Почему? События последней ночи тому причина.Мы легли сразу. Вечер втянулся в наш дом, заполняя темнотой углы, простенки, потолки в комнатах, обступая кровать. Маша лежала, читала книжку, очередной какой-то пустой детектив, написанный рабами-писателями, и выпущенный под фамилией одной из известных писательниц. Виктория лежала в своей комнате, тоже что-то там читая или просматривая. Это было не важным. Важным было то, что мы все лежали и ждали. Я когда уснёт Виктория, Маша, когда та выключит свет, а Виктория ждала что-то от нас. После такого откровенного разговора, в котором мы расставили если не точки,

Я всегда относился с определенной долей скептицизма к Всемирной Паутине. Считаю, что такая осторожность совершенно необходима в наши дни. Но при этом я осознаю, что было бы слишком глупо полностью игнорировать возможности Всемирной Паутины. По правде говоря, никогда себя не считал человеком стеснительным. Напротив, годы лидерства и главенства во всех моих начинаниях сформировали качества властности и в сексуальных преференциях. Несмотря на то, что мозг диктовал необходимость тщательного выбора полового партнера — инстинкт все-таки вел в другом направлении — партнеров постоянно хотелось менять, причем заниматься с ними мне хотелось необузданным агрессивным сексом.Я даже сам не знаю, откуда пошли такие предпочтения у меня. Но я понимал, что в вопросах воплощения моих пристрастий в жизнь следует быть как можно более осторожным. Ведь далеко не каждая девушка воспримет такую информацию от незнакомца. Именно поэтому я решил использовать социальные сети для первичного знакомства с кандидаткой грубого секса.