Классика
Букeт цвeтoв, бутылкa сoвeтскoгo пoлуслaдкoгo, и мoй рeзинoвый друг в кaрмaнe пиджaкa сулил мнe oтличный вeчeр. Тoнкий, нo хaрaктeрный шлeйф мужскoгo пaрфюмa Aрмaни oкутывaл мeня увeрeннoстью в сeбe и приятным нaстрoeниeм. Вo скoлькo я гoвoрил, буду у Лaны? К дeвяти? Дa, тoчнo к дeвяти, a сeйчaс лишь пoлoвинa. Привычкa быть бoлee-мeнee пунктуaльным сыгрaлa сo мнoй злую шутку. Нeспeшнo прoгуливaясь пeрeд дoмoм, встрeтил Мaшку-Сиськи. Oнa выхoдилa из пoдъeздa Лaны, нe инaчe кaк oт лучшeй пoдруги, рeшил я. И зoркaя жe oкaзaлaсь бeстия. Срaзу зaмeтилa, рaсплылaсь в eхиднoй улыбкe, пoдoшлa кo мнe, и дaжe пoздoрoвaлaсь oфициaльным тoнoм:— Привeтствую, Стaнислaв.— Привeт, Сиськи, тo-eсть Мaшa, — oтвeтил я, прячa зa спинoй свoй джeнтeльмeнский нaбoр.— К Лaнкe сoбрaлся? — спрoсилa oнa нeлeпый вoпрoс. Чeгo спрaшивaeтся eщe б я тут дeлaл, вeсь при пaрaдe.— Нeт, прoстo мимo прoхoжу.— Ну-ну... — прищурив свoи пoрoсячьи глaзки, принюхaлaсь кo мнe, и дoбaвилa, — Дживaнши?— Вaнши, вaнши oтсюдa пo дoбру, пo здoрoву. И псa свo
Эпизоды нашей новой жизни (от Александра)Я возвращался с работы, когда рядом остановился огромный черный автомобиль, с тонированными стеклами. Из него выскочило трое мордоворотов, они быстро скрутили меня и, завязав глаза, запихнули в авто.Ехали недолго, меня вытащили из машины и куда-то вели. Спустились по ступенькам. Куда-то прошли. Потом усадили на стул.Меня развязали и сняли повязку с глаз, я увидел перед собой красивую женщину. Среднего возраста, высокая, стройная фигура и большая грудь делали ее очень красивой. В ней явно текла кавказская кровь. Женщина была жгучей брюнеткой с волнистыми волосами, черные миндалевидные глаза смотрели на меня.Что-то в ее лице мне показалось очень знакомым.Я осмотрелся, это было какое-то помещение напоминавшее подвал.Страх подкрался, но я отогнал это леденящее чувство. — Добрый вечер! — мягко произнесла она, с легким кавказским акцентом. — Здравствуйте! — ответил я, растирая запястья. — Меня зовут Бэла! — представилась она. — А меня Саша! — Я знаю тебя! Ты муж Марины! — ск
Закемарил. Нехило. Проснулся от холода. Но настроение бодрое и жизнерадостное до щенячьего взвизгивания. Какое-то время соображаю. Где я? Кто я? Скосил глаз. В поле зрения — женская ножка, закинутая на мое бедро. Ступня изящная с алыми ноготками. Но не моей жены. Напряженно думаю — не пора ли домой, не нужно ли торопиться? Вспоминаю. Прислушиваюсь к своим ощущениям. А девочке-то придется расплатиться до конца! Дотягиваюсь до пультика, делаю чуть повыше температуру. Смотрю на часы. Ага, у Наташеньки еще уйма времени, чтобы заработать свои деньги.Поворачиваюсь к Наташке. Бормочет чего-то недовольно во сне. Мягко пресекаю попытку перевернуться на другой бок, оставляю ее на спине. Любуюсь женским телом. Загорелым. Сочным. Доступным. Девчонка еще не проснулась, поэтому скольжу взглядом по всем интимностям не спеша, не боясь ни смущения, ни настороженности (бывает, женщина, даже столь ослепительно приятная для глаза, при внимательном взгляде впадает в неуправляемую панику — типа «Что? У меня лишние 3, 56 грамма на
В жизни каждого человека случается такое прекрасное событие, как первая любовь. Со мной это произошло, кода мне было 18. Не стану описывать красивую и романтичную предысторию нашего с Олесей развития отношений, так как рассказ написан на немного иную тему...Со дня последней нашей встречи с Олесей прошло чуть меньше двух месяцев, и вот сегодня я, наконец, снова приехал к ней. Ее родители приняли меня радушно, как и во время моего первого визита. С Олесюшкой мы успели только обняться и перекинуться парой слов. Почти сразу тетя Юля позвала нас к столу. Ужин был очень вкусным, атмосфера веселой и непринужденной. Я рассказал, как поживают мои родители, передал от них привет и слушал рассказы тети Юли, дяди Сережи и самой Олесюшки. Когда ужин закончился было уже довольно поздно, мы с Олесей помогли тете Юле убраться на кухне, после чего они с дядей Сережей отправились спать. Мы же с моей Олеськой ушли в ее комнату, чтобы наконец выплеснуть все наши чувства, накопленные за два долгих месяца разлуки...Едва оказавшись
Не хорошая болезнь — язва. Спровоцировать рецидив можно чем угодно. И не то съел, перенервничал, да и просто сезонное обострение. Но при ее лечении есть и положительные стороны, как только человек начинает получать полноценное медикаментозное лечение, в течение суток у него восстанавливаются все функции организма.Когда меня прихватило, я думал, что умираю. Валялся в позе эмбриона, и только не просил, чтобы меня пристрелили. Приехала скорая, и меня без долгих проволочек определили в больницу. Они и увезли. Что они со мной ночью делали, не буду рассказывать. Следующий день и ночь я проспал, так как, кроме всего прочего, меня накололи успокоительным и снотворным. Зато утром я встал как огурчик, и даже хотелось есть, хотя еще вчера меня только от этого слова воротило.Короче, очухался я как раз 6 марта. Пока ознакомился с обстановкой: то, да сё... Настало седьмое, как раз день, когда все женщины, а особенно мужики отмечают праздник. Тех кто отлежал, полторы, две недели, отпустили домой на праздник, кого выписали,
Солнечные лучи озаряли утренний лес. Приятные тёплые лучи касались чёрной блестящей кожи, трясущейся от холода, девушки, хрупкое тело которой трясло от холода и потрясения от последствий минувшей ночи, обернувшейся для Марсель самым страшным ужасом в её жизни. Всё тело было в ссадинах, заплаканные глаза и охрипший сорванный голос. Она была на грани. Уснуть, в обнимку со стволом дерева, она так и не смогла, и сейчас, так нужное ей, тепло солнца дарило ей лучи надежды на отдых. Ей нужно было поспать. Она с трудом сползла вниз, оказавшись на поляне кровавого побоища, где волками был растерзан человек, которому она доверила своё сердце. Всё было в крови и в ошмётках одежд Винта. Плакать она уже не могла, и оглядевшись по сторонам, совершенно не представляя, где она и куда идти дальше, подумала, — плевать, пойду на восток, — и двинулась, туда, откуда мягкими лучами подмигивало ей тёплое светило.Она шла часа два, после чего оказалась на ясной поляне, полной разноцветных цветов, она радостно зашагала по ней, и но ту
Представляю Вам, дорогие читатели, свою новую серию рассказов. Принимаются пожелания и идеи для дальнейшего рассмотрения их, как кусочков интригующего пазла под названием «Серые будни одной студентки». Каждая глава будет писаться от лица очередной девушки. Приятного чтения!*** — Господи, как все достало! — я с грохотом ударила папку об стол.Берта удивленно обернулась. В ее глазах читался испуг и немой вопрос: — Что случилось? — Ты представляешь, эта... , — я замолчала, подбирая эпитеты, — эта невыносимая девица опять меня взбесила! — По поводу? — у Берты недоуменно поднялась бровь. — «Ой, смотрите, какая я замечательная!», «Ой, а у меня зачет автоматом, ах-аха, хи-хих», — передразнила я мою одногруппницу, пытаясь стопроцентно передать ее мерзкий, слишком громкий голосс истеричными нотками.Берта прыснула от смеха. Она откинулась на стуле, и начала неудержимо смеяться. Я обиженно молчала, смотря на нее, но от ее смеха у меня самой зародились смешинки внизу живота.
брание, посвящённое подведение итогов работы за год, закончилось, и мы гурьбой вывалились в фойе и, чтобы опередить старпёров, помчались в буфет. Но там уже была довольно внушительная очередь — ребята из технического отдела оказались сообразительнее нас и слиняли с собрания заранее. — Пойдём покурим, — шепнула мне Наташка. Ей отказать ни в чём я не мог. Да мне и самому ужасно хотелось курить. — Валёк! — крикнул я приятелю, уже занявшему очередь, — мы курнём с Натахой, а потом вас с Иркой заменим. — Давай, только не очень долго. — О"кей! — Пойдём только на чёрный ход, — попросила Наташка, — здесь всё наше руководство, и я не хочу, чтобы они знали, что я курю.Я пожал плечами, и подхватив меня под руку, она поволокла меня на старую лестницу. Здесь действительно никого не было, и мы удобно расположились на ступеньках. — Покажи значок-то, — попросила, закуривая, Наташка.Я с удовольствием протянул ей его. Это был значок «Мастер связи», только что вручённый мне, и я им очень гордился. Ещё бы, я работал в Министерств