Классика
Сквозь полузабытье она чувствовала, как чьи-то руки обтирают её тело мокрым полотенцем, накрывают покрывалом. в слезах она забылась тревожным сном. Пробуждение было ужасным; она потребовала пропустить к ней служанку, та плача, обняла её. Поплакали вместе. Успокоив друг друга. договорились молчать, не пугать братишку. Когда тот вбежал с призывом поиграть, вышли на палубу. Наблюдая с капитанского мостика за беззаботными с виду детьми, сардар Аяз удовлетворенно отметил, что проблем с этой стороны не будет. Ночью Джию вновь приволокли в соседнюю каюту и все повторилось. Она меньше плакала, по-прежнему молчала, была послушна его ласкам и приказам. Он полночи, дольше чем вчера, терзал её смуглое тело, покорное его вожделенным желаниям, с остервенением вылизывал её вагину, не доступную для него сейчас, но готовую доставить множество радостей в будущем. Посчитав её отдохнувшей и привыкшей, он дважды брал её в зад, дважды она возбуждала его орально. Измученную, с мокрым распухшим от слез лицом, её отнесли к себе и сно
Я сидел в кресле и любовался своей девушкой. Она была обворожительна, особенно увлеченная работой. Сейчас любовь всей моей жизни занималась переводом статьи. Комната была наполнена приглушенным светом, синеватый свет от ноутбука освещал ее милое личико, темные кудри и аристократические руки с тонкими запястьями. Моя милая бормотала себе под нос сложно произносимые словосочетания на французском языке и, увлеченная работой, не обращала на меня внимания. Заскучав, я тихо подошел к рабочему столу и аккуратно провел тыльной стороной пальцев правой руки по ее щеке. Она легонько поцеловала мою руку и продолжила работу. Я наклонился и, подняв рукой ее восхитительные волосы, провел губами по ее шее к мочке левого уха. Кожа покрылась мурашками, а моя любимая оставила работу и развернулась на стуле ко мне. Я встал на колено, придвинулся к ней вплотную, приподнял ее голову рукой и стал мягкими поцелуями рисовать ей на шее ожерелье. Она ерошила волосы на моей голове и сбивчиво дышала. Я расстегнул несколько пуговиц на ее
До сих пор не могу понять, в чем заключалась полезность моей работы, которую я тогда выполняла. Не сказать, чтобы это место было создано специально ради меня, как со мной однажды случалось в недалеком прошлом. Должность эта на фирме существовала еще до меня и после моего прощального адью также никуда не делась. У меня есть предположение, что, когда фирму реорганизовывали, об этой должности, потерявшей после реорганизации всякий смысл, забыли, а потом уже поленились ее ликвидировать. (Владелец в Лондоне живет, а другим его денег не особо жалко). На выполнение бумажной рутины у меня ушло меньше двух часов, после чего я имела полное моральное право идти мешать другим своей болтовней.Звонок шефа застал меня у соседей.— Дашенька! Не могла бы ты заскочить ко мне ненадолго?Понятно. Быстрый, рабочий перепихон на столе. В принципе я не против порадовать хорошего человека, если это не доставляет мне неудобств.Если бы у меня спросили, как я одним словом могу описать шефа, я бы сказала: «Середнячок».
Вот сейчас и проверим, кто есть Виолетта.Я, без стука, влетел в комнату. От неожиданности, Виолетта подпрыгнула. — Так себя ведут те, кто обычно смотрит эротику — сказал я, намекая на ее испуг.Монитор у компьютера ЛСД, и поэтому я не мог видеть, что она поспешно закрыла. — Сейчас, смотрел новости — сказал я, приступая к тесту. — И что? — спросила она, так как я, сделал значительную паузу. — Показали, парня, который, вышел с ресторана со своей девушкой. Трое парней, что-то, плохое сказали в сторону его спутницы. И он, начал с ними разбираться, а они его избили.Я, снова сделал паузу. Сейчас, будет момент истины: — Ну и поделом ему — безжалостно, сказала она — Не может постоять за себя.Ага, значит, перед нами женщина-дочь. Женщина-мать, пожалела бы парня и сказала бы, какой он герой.И дабы, убедиться окончательно я сказал: — Но, он же был один, а их трое. — Ну и что? — сказала она — Взял на себя ответственность за девушку. Значит, должен постоять и за нее и за себя. Хоть против толпы.Ого, она еще и жестока. Таки
Принимая ванну, я задумалась о моей жизни. Я просто потрясающе провела время с Даней. Он очаровательный, молоденький и влюбленный. Толя — серьёзный мужчина, шикарный я бы сказала, но все же он из всех мне менее близок. И наконец Сережа, он для моей души будто родной, и в тоже время так противно осознавать, что я для него не родная, что все между нами это фальшь, нет ну может конечно он влюбился чуть-чуть, решил поиграться, но у него есть жена и ребенок. Мои мысли прервал звонок мобильного. — Привет милая, — услышала в трубке я голос Толи. — Привет. — Лин я в Париже, приезжай ко мне!? — я была в шоке от его предложения. — Это очень неожиданное предложение, я мягко говоря шокирована, — я и вправду обалдела. Вроде бы Толя и не так близок мне, а в Париж то все таки хотелось, — Толь мне наверное нужно подумать. — Ну да я понимаю шокировал, ну у тебя много времени думать, я тут очень на долго. Где-то на год, может больше. — То есть ты будешь жить теперь во Франции. — Да, и хотел бы жить с тобой моя сексуальная учит
Ты сидишь в рeстoрaнe дoрoгoгo oтeля, с мрaмoрными кoлoннaми и тoмным приглушeнным свeтoм в сaмoм цeнтрe Пaрижa... вeсь тaкoй крaсивый в кoстюмe, приeхaл пo рaбoтe нa нeскoлькo днeй в Пaриж.Ты нe жeнaт, нo в пoискe дaмы свoeгo сeрдцa... Пьeшь винo и любуeшься видoм нoчнoгo гoрoдa из oкнa... кругoм нeгрoмкo пeрeгoвaривaются нa инoстрaннoм языкe люди... вoт зa сoсeднeм стoликoм ты видишь кaк aнгличaнин нeжнo пoглaдил пo кoлeнкe свoю супругу, aккурaтнo, чтoбы сидящиe с ними кoллeги или друзья нe зaмeтили этoгo движeния... и вoт oн свoeй рукoй пoднимaeтся вышe и вышe, ты oтвoдишь взгляд и пoнимaeшь чтo тoжe был бы нe прoтив пoрaзвлeчься с кaкoй-нибудь дeвушкoй... тoлькo кругoм oдни oдинaкoвo бeзвкуснo oдeтыe инoстрaнки в кaких тo блeклых плaтьях и aбсoлютнo нe цeпляющиe, нe тoлькo нa пeрвый взгляд. и вoт ты видишь ee... oнa зaшлa в рeстoрaн oднa бeз спутникa... aвтoмaтичeски смoтришь нa ee руки — кoльцa нeт, знaчит нe зaмужeм... чeрнoe oбтягивaющee плaтьe, aлaя пoмaдa, высoкaя причeскa и нeмнoгo вызывaющий глубoк
Этo мoя пeрвaя кoмaндирoвкa. Я oчeнь дaвнo мeчтaлa o рaбoтe, пoдрaзумeвaющeй пeрeлeты, знaкoмствo с рaзными людьми, кaждый дeнь чтo-тo нoвoe. Нo тaкoгo я, чeстнo признaюсь, прeдпoлoжить нe мoглa.Мeня oтпрaвили в кaчeствe пeрeвoдчикa вмeстe с нaшим глaвным тeхникoм в Минск. Oн нe гoвoрит пo-русски, a нaши пaртнeры-бeлoрусы ни слoвa нe пoнимaют пo-фрaнцузски. И пoэтoму eму в пoмoщь oтпрaвили мeня, хoть я и сoвсeм нoвый сoтрудник в фирмe, дa и пo прoфeссии я дaлeкo нe пeрeвoдчик.В любoм случae, я бeзумнo oбрaдoвaлaсь, и сoбрaлa нeбoльшoй чeмoдaн для пoeздки eщe зa нeдeлю дo сaмoгo вылeтa.Пeрвый дeнь прoшeл oчeнь тяжeлo. С утрa нaдo былo явиться в oфис, пoдгoтoвить нeскoлькo дoкумeнтoв, прoслушaть ликбeз пo химии, и тoлькo пoслe этoгo шeф пoгрузил нaс двoих в свoй Сaaб и oтвeт в aэрoпoрт. Пo зaкoну пoдлoсти, вылeт зaдeржaли нa три чaсa, и мы с кoллeгoй ужe нe знaли, чeм сeбя зaнять.В сaмoлeтe всю дoрoгу сильнo тряслo, плaкaл чeй-тo рeбeнoк нe пeрeстaвaя, в кaчeствe зaкуски прeдлaгaли сeндвичи с рыбoй, кoтoрaя пaх
Олеся уже два часа ехала на поезде из Москвы в родной город. Впереди было еще трое суток пути, за окнами — хоть и красивые, но однообразные пейзажи. Соседи не выглядели сколько-нибудь интересными: на боковушке пожилая женщина, которая нарочито смотрела в окно, будто избегая встречаться взглядом с попутчиками, на нижней полке напротив — полный мужчина лет сорока, на вид — зануда, любящий порассуждать о современных нравах. На его лице застыло выражение осуждения и возмущения. Он молча читал какой-то мужской детектив. Верхние полки были пока свободны, отчего плацкарт выглядел просторным, было много свежего воздуха, и следующие трое суток обещали пройти быстро и бесстрессово.Олеся взяла в поездку пару книг: одну по учебе, вторую — для души. Но уже к вечеру ей не хотелось читать ни одну из них. Как по заказу, на очередной остановке в вагон внесли коробки с разными безделушками, газетами и журналами. Олеся наугад вытащила журнал со светскими сплетнями. За окном потемнело, кто-то уже устроился на ночлег, кто-то заже