Минет
Инна Андреевна. Вышла замуж еще будучи студенткой. Они с мужем считались самой красивой парой всего института. Родила ребенка, выкормила его. К этому времени муж растолстел и обленился. К тому же он и раньше был не слишком напористым и деловым, а теперь и вовсе стал тюфяком, почти развалившим рекламную фирму, доставшуюся молодоженам в подарок на свадьбу от его родителей. Тогда Инна Андреевна решила взять дело в свои руки. Она проявила себя жесткой бескомпромиссной начальницей, которую побаивались не только сотрудники, но и большинство заказчиков. Фирма заработала как часы.Еще перед наведением порядка в семейном бизнесе Инна сделала грудь, поправила форму носа. Она и так была очень красива — правильный овал лица... черные брови с изломом, пухлые губы, может, чуть жестко поджатые... холодные голубые глаза, обрамленные длинными ресницами... роскошные густые волосы, отлично прокрашенные в пепельный оттенок блонди... идеальной формы длинные ноги... женственные бедра... подтянутая задница... А теперь и округлая гру
... Мой ротик освободился, и теперь «удовольствие» мне приносил только хуй в пизде. Вскоре кончил и сам Владимир Николаевич. Я осталась валяться около кресла, лаская свою измученную киску, поводок был в руке у Владимира Николаевича. Мы стали наблюдать как ебут Дарину. Вова кончил, схватившись за ее огромные сиськи и сел в кресло, около которого сидела я. Неожиданно в кабинет зашел Богдан. Одновременно Вова взял мою руку и положил на свой член, я стала нежно дрочить его член нежной ладошкой. Все мужчины в комнате были в костюмах, но без пиджаков, в нем был только Богдан. Дарину мучал Саша, мне было очень страшно смотреть на это. Она стояла раком, сиськи были большими и свисали к полу. Она подставляла попу своему насильнику, Саша бил ее по заднице плеткой. Ударил он, наверное, раз 15. Потом ему надоело, и он бросил плетку рядом с Дариной. Богдан, наблюдая эту картину, облокотился об ручку. Я жалостливыми глазами смотрела на него, тихонько плача. Он же на обращал никакого внимания на меня, он даже не посмотрел в
Затем я беру тебя на руки и несу в спальню... Я бережно ложу тебя на белую простынь... Ложусь рядом... Ты гладишь рукой мои волосы, шепчешь на ушко ласковые слова, целуешь меня в щеку, глаза, губы... Я обнимаю тебя и крепко прижимаю к себе... Наш поцелуй долгий и страстный... Мои руки жадно ласкают каждый сантиметр твоего тела. Мои пальцы путаются в твоих волосах, гладят твое лицо, шею, спускаются до груди и нежно сжимают ее. Твои соски под моими руками быстро твердеют... Дыхание учащается... Твои пальцы тоже сильней впиваются в мое тело. Я отрываюсь от твоих губ... Целую шею, плечи, грудь... Мои губы останавливаются на соске... Целуют его, посасывают... Язык играет с ним, то быстро теребя, то медленно кружась вокруг. То же я проделываю со вторым соском, чуть сжимая твои груди руками... Ты издаешь легкий стон... Я с поцелуями спускаюсь ниже... Целую животик, исследовал языком пупочек...Я уже целую твой красивый лобок, медленно подбираясь к желанным райским вратам... Я уже целую твои лепестки, раскрывая их язы
После того незабываемого вечера с Мирандой прошло два дня (хотя Шепард так полностью и не отошел). Тогда, два дня назад, он даже не мог представить себе такой бурный секс, да еще и с офицером Цербера — женщиной, которую специально создали быть идеальной. Но если бы он знал что ждет его впереди, то врят ли бы стал так удивляться...Ровно через два дня Шепард вновь ступил на свою Нормандию СР-2, после очередного полета на Цитадель — проблемы после его оживления постоянно валились на него, да с такой силой, что он не был уверен, что оживлять его была самая лучшая мысль ученых Цербера. Да и не долгая работа на сам Цербер так сильно подорвала его авторитет среди Альянса, что Удина наперебой с Брагом (новый член Совета избранный после нападения гетов еретиков) вопили, что Шепард представляет теперь угрозу едва ли не больше чем Жнецы (хотя их существование они, конечно, отрицали). Мол, мало ли что Цербер вживил в Шепарда, что он уже не человек и т. д. Все эти политические баталии, закидывание друг друга словесном гов
Стояла середина лета, на улице жара, все купаются, отдыхают, а я сидел в коридоре приемного покоя ново — построенной больницы, меня направили туда от военкомата, на обследование. Я в принципе не чем не примечательный парень, ростом 185см, весом окало 100кг, с относительно длинными прямыми волосами, на момент действия рассказа мне было 18. Единственное что отличало меня от моих погодок это наличие собственной хаты, не большой, но все же всегда свободной для всяких моих нужд, мои родители развелись когда мне было 14, мать нашла мужика с более стабильным графиком работы и доходом, я же остался жить с отцом. Батя бас гитарист одной из мало известной в стране рок группы, но в городе она была довольно известна, и он на моё 16-летее, купил мне однушку в одном из близ лежащих районов. Жил я в прочем все же по большей части с ним, а свою хату, я сдавал знакомым парам, для воплощения их сексуальных идей и задумок, по этому деньги у меня всегда были. Я учился в местном училище, ходил на тренировки по джиу-джитцу и трена
Владимир в чёрном костюме с белой рубашкой сидел за столом рядом с Юлей, на которой было чёрное короткое облегающее платье и чулки с подвязками, она сидела нога на ногу, так что край чулок чуть выглядывал из под платья. Напротив них в джинсах и голубой рубашке сидел Виктор, родной брат Владимира, но младше его на 5 лет, ему было 19. В отличии от старшего брата, младший не был накачанным, но при этом его худое стройное тело привлекало. Рядом с Виктором сидела его девушка 18-летняя Света, у неё были короткие светлые волосы, в этом вкусы братьев совпадали, они оба выбрали блондинок, но если Юля обладала формами, то Света была худенькая и миниатюрная. Не смотря на маленькую грудь и не высокий рост, девушка была пропорционально слажена и по сексуальности исходившей от неё, она могла бы по соперничать с любой обладательницей более объёмных форм. Светины стройные ножки облегали колготки телесного цвета, коротенькая джинсовая юбочка скрывала её чёрные трусики, а маленькая грудь скрывалась под розовой блузкой.
Это случилось осенью, в погожий сеньтябрьский день в библиотеке.Рома как всегда зашёл взять интересную книгу для прочтения.Зайдя в помещение, он увидел, что вместо старой, противной библиотекарши, сидит вероятно новенькая, прелестная девчушка. На вид ей было лет 19.И первое, что заметил Рома(это действительно сильно бросалось в глаза!!!)-это её чувственный, порочный рот.В роминой голове зародилась сумасшедшая идея.Он огляделся-в библиотеке никого небыло. -Здравствуйте девушка! -Здравствуйте молодой человек. -Можно Вас выебать в рот? -Что?!?!?!? -Я говорю выебать в рот Вас можно?Он у Вас такой эротичный. -Но тут неудобно... Больше Рома ничего не спрашивал.он просто расстегнул ширинку и опустил Аню(так звали девушку) на колени.Она вначале нехотя, а потом с большей охотой обхватила губами Ромин немаленький член.Её язычок заскользил по разбухшей головке.Послышались сосущие звуки.Рома закатил глаза, схватил Аню за голову и стал с силой,буквально насаживать её на свой член.Тут он случайно опустил глаза и увидел выр
Allein...Ты лежишь и смотришь в потолок. Он обычного белого цвета и неизвестно, что ты хотел на нем увидеть... Хотя... Могу предположить — счастье, жизнь, любовь... Так? Да. Твое молчание — это лучший ответ. Слова лживы и могут сказать, меньше, чем твое напрягшееся тело. И ведь любовь была... Но он все разрушил. Снова и снова прокручиваешь моменты вашего с ним счастья. Вот ты впервые признаешься Тимо в любви. Сначала он тебя отталкивает, но потом приходит, одумавшись. А ты ему прощаешь. Все обиды. Все шалости. Ведь ты его любишь. А теперь. Вся ваша любовь свелась к одному — сексу. Он берет тебя. Ты кричишь. Но сердце не бьется от счастья. А без него уже никак. Он — твоя зависимость. Ты зависишь от него. Ты уже как наркоман — жизнь без него пуста и скучна. Без тебя я не могу. Без тебя... С тобой я одинок. Без тебя... И каждый день ты считаешь часы до встречи с ним. Мечтаешь, что сердце снова начнет стучать в нереальном темпе не от оргазма, а от счастья. Но когда он приходит, ничего не происходит. И нет вознагр