Минет
Было уже довольно поздно. Что-то около полуночи. Поздней осенью темнеет очень рано, поэтому создавалось впечатление очень позднего времени суток. Но несмотря на это, я вполне спокойно чувствовал себя, возвращаясь домой пешком через парк в малознакомом районе. Я шел из гостей, где мы, естественно, немного побаловались алкоголем, что не могло не придать храбрости и пофигизма. И, отклонив все предложения друзей остаться на ночь или вызвать такси я побрел домой своим ходом. Да и проветриться совсем не мешало. Нет, я не был пьян или что-то такое, пару литров пива, не более того. Отойдя от дома друга несколько кварталов, я решил срезать до остановки метро через парк. Парк был не очень большой, разделенный на несколько широких аллей со скамейками и фонарями, расстояние между самыми дальними точками было метров 500-600 и это весьма серьезно сокращало путь до подземки. Я шел не торопясь, думал о чем то своем, успевал на метро и всё было хорошо. Погода стояла немного прохладная, морозь, но я не чувствовал себя неуютно.
Лола, девушка 23 лет, не найдя работу по специальности после института, не уехала домой в провинцию, а осталась в Ташкенте, сняла комнату и стала помаленьку промышлять миньетами. Обычно она выходила из дома в ночное время, ловила машину и намекала водителю, что за небольшую сумму может доставить ему удовольствие. Делала она это прямо в машине или, если была поздняя ночь, они заходили в ближайший подъезд. Платили ей не бог весть какие деньги, но на оплату комнаты и скромную еду хватало. Вот и на этот раз она сидела в машине с мужчиной и договаривалась с ним о сумме, как вдруг в окошко машины постучали. Лола посмотрела и вздрогнула: милиция! Это были два мента из патруля. Сначала из машины вышел водитель, а потом позвали и ее. Спросили паспорт, но Лола не брала его с собой, т.к. у нее не было даже временной прописки. С водителя содрали бабки и он уехал. А Лолу посадили в машину и повезли в участковый пункт милиции, где заставили писать объяснительную. Лола написала, что приехала в столицу в гости к знакомым.
Парни как секс машины работали в ней около полутора часов и разьебали до предела ее дырку, тот что ебал во влагалище с рычанием наконец то кончил, вынул из ее разьебанной киски свою биту, засунул в ее текущую разьебанную дырку два пальца, покрутил в ней, облизал их и говорит, -да вкусная ссучка, люблю таких. Леночка не вынимая изо рта хуй попыталась как т удержать его, но тут же ее волосы были намотаны на руку того у кого она сосала. Я подошел к ней сзади, прильнул губами к ее распаханному влагалищу, запусил во внутрь язык, от туда хлынул поток вязкой спермы. Осушив этот спемогейзер я ввел в нее свой торчащий член и начал водить в ней, ощущение горячего и мокрого, но без какого либо трения, я просто плавал в ее пизде. Через несколько минут ее влагалище притерлось под мой размер. Парень вынул из ее рта свой член и молча насадил на него, как будто меня и не было, она опустилась на него не замечая его огромных размеров, я думал ее пизда порвется на нем, но через несколько минут пришли Гоша и второй гость.
Мы лежали в постели с моей подружкой - лесбиянкой, когда она мне рассказала историю... Кабул. 1984 год. Небо голубое, ни одного облачка. Лето. Жара. Муж, советник уехал в командировку в Хост (административная провинция на юге Афганистана) . Она говорит... "Вот я лежу на койке и рассуждаю, чего же мне надо ещё купить? А ведь хотела купить нормальную дублёнку. В дуканах продаётся одно говно, но если заказать, тебе сошьют нормально, даже лейбл канадский приделают. Муж, подполковник, хотя и получает достаточно бабок, но ведь не хватает... Вспомнила, когда заходила в один магазинчик, прямо здесь в микрорайоне Кабула, один афганец намекал, что, мол, может сделать такую. Правда он грубо намекнул на ломаном русском языке, что для этого надо с ним переспать. Где-то он учился в СССР, на какого-то технолога, на русском говорить научился, уродец. Лежу я себе и думаю, а что мне стоит переспать с этим афганцем? Парень вроде цивилизованный, да и так не урод. Что мне терять в свои тридцать два года? Решила сходить на разведк
Вокзал Свердловска (по-новому Екатеринбурга) встретил меня пронизывающим ветром и мелким, противным дождём. Поезд прибыл точно по расписанию, в 4-30 утра, было по-осеннему хмуро, темно, на душе противно от недосыпа, и только одна светлая мысль билась в голове: "Я приехал к доченьке, Наташеньке, я не видел её целый год и сильно соскучился, я люблю её, как никого на этом свете". Настроение приподнялось, и, проходя мимо украшенных цветными огоньками киосков, я зашёл в неказистый павильон и получил вокзальный завтрак - 150 граммов водки и два разогретых пирожка с картошкой. Сел за стол, выпил палёную, но неплохую водку и не спеша, благо до первых автобусов ещё в распоряжении целый час, начал вспоминать о прошлом, как дошёл до жизни такой. В принципе, я был успешным человеком: начальник строительного участка, крепкая профессия, большая квартира, семья - красивая жена, дочь. Разница в возрасте у них была 10 лет, а потому Наташка была маминой помощницей и по дому, и за братиком следила, ума на будущее набиралась.
Зацепил я пальцами резинку трусиков, Наташа попочку приподняла, и полетел розовый лоскуток на пол, на ковёр. Разложил дочку на диване, раздвинул и согнул ей ножки поудобнее и припал ртом к писечке молоденькой. Так у неё там всё было нежно, влажно и пахуче - нераспечатанная пизда пахнет по особенному, не так, как у больших тёток. Начал я соки вылизывать, прошёл языком по большим губкам, захватил их ртом и стал посасывать, а язычок уже заветную дырочку нашёл и затанцевал внутри лезгинку, ощущая, между тем, девичью преграду. Долго трудиться не пришлось, уже через три минуты выгнуло Наташу дугой, стала она сама на мой язык насаживаться, а ещё через мгновение зажала подушку зубами и застонала в голос. Мне же на лицо прыснул целый фонтан пахучей девичьей жидкости. Потом мы долго лежали рядом, уже одетые, и я выслушивал слова благодарности от дочери, вяло отвечал на её жаркие поцелуи, и было ужасно стыдно перед собой за всё происшедшее с нами. В оконцовке разошлись по своим комнатам, и я забылся тяжёлым похмельным с
Недовольно вздохнув, Даша, молча, кивнула. Недолго думая, Антон расстегнул ширинку, вынул стоячий член и приблизил его к губам девушки: - Осталось только одно: минет. - Фу, воняет от тебя, как от козла, - возмутилась Даша. - Помойся! - Она ещё выпендривается, - пробурчав, Антон повернулся к умывальнику. От процедуры с холодной водой его пенис повис и сморщился, как урюк. - Он упал. Это ты виновата, - разъярённый мужчина опять приблизил член к девичьим губам. - Соси, давай, не выделывайся! Он должен подняться. Даша вопросительно посмотрела на Клима, но тот в ответ изобразил мимику типа: "Ничего не поделаешь. Мы в безвыходном положении". Поддерживая рукой вялый пенис, девушка ухватила его сочными губами и натренированными движениями пыталась привести телесный инструмент в боевую готовность, но тщетно: мужское достоинство упрямо не поддавалось женской ласке. - Не встает, - после длительной и бесполезной попытки выдохнула Даша. - Соси, давай! - нервничая, приказал Антон. - Он должен встать. - А смысл? - не выдерж
Алена позвонила и сказала мне, что немного опоздает. Я уже сидел в магазине и ждал первых покупателей и любимую сестричку. После поездки в деревню, Алена сразу же заболела и две недели провалялась дома. Вдобавок к этому, Вадим, ее муж сломал ногу и тоже сидел дома. Поэтому приехать к ней возможности не было. Мы почти каждый день созванивались, общались в интернете, но не виделись. Я очень соскучился по сестре и с нетерпением ждал ее. Сидел и представлял как вновь и вновь проникаю в ее влажную горячую киску. Тем временем в магазин вошел мужичок лет пятидесяти и попросил каталог с кожаными жилетками. Мы с ним разговорились, он листал каталог, кое-что уточнял. Я не сразу заметил, как в дверях показалась Алена. Она сделала несколько шагов и остановилась недалеко от входа. Все мое внимание тут же было приковано к сестре. Я делал вид, что слушаю Юрия, так звали моего покупателя, но я смотрел на сестру. Она покрасила волосы, и теперь блондинка. Алена стояла на месте и ждала, пока я оформлю заказ. Наконец мы закончил