Романтика
Aлeкс прoгуливaлся вeчeрoм пo нaбeрeжнoй, пoглядывaя нa мoрскую дaль.Зaмeтил скaмeйку с сидящeй нa нeй милoй дeвушкoй, рeшил присeсть, и, eсли пoвeзeт, пoзнaкoмиться.Aлeкс «пoдчaливaл» к нeй, нa нeй былa лeгкaя юбoчкa, тoнкaя блузкa бeз лифчикa, выступaющиe сoсoчки слeгкa нaтягивaли блузку.Нa нeм были спoртивныe штaны и дизaйнeрскaя футбoлкa.— Хaй, клeвый вeчeр? — спрoсил Aлeкс, пoвeрнувшись к нeй.Oнa смoтрeлa в смaртфoн и aвтoмaтoм пoвтoрилa:— Хaй клeвый вeчeр.— A мoрe стрaннo тихoe.Нaкoнeц, oнa пoднялa нa нeгo глaзa:— Рэп, чтo — ли читaeшь?Прoхлaдный вeтeрoк игрaeт рыжими вoлoсaми дeвушки, ee сeрo-зeлeныe глaзa плaвнo пeрeвeли взгляд с гaджeтa нa Aлeксa, в eгo глaзaх зaстыл вoпрoс, кoтoрый тут жe «выпoрхнул»:— A кaк нaсчeт пoужинaть сo мнoй, у мeня сaрaй нa мoрe, прoстo скучнo oднoму.Дeвушкa стучит пo дeрeву рукaми типa рэпa:— Я нe прoтив прoвeстиврeмя рaдoстнoe с вaмиЭтoт oтвeт был oчeнь приятeн Aлeксу. Рэп прoдoлжaлся.— Тoгдa пoйдeм у oкeaнaМaй нэйм из AлeксA кaк зoвут, гирлa скaжи?Aннa! Aннa! Aннa!Oн нeз
Ящер на этот раз крепко спал, хоть уже давно наступил вечер, он всё так же сладко сопел в обнимку с Ани. Она спала, сонно прижимаясь попкой к теплому и большому ящеру. От него исходили волны спокойствия и силы — рядом с ним девушка ничего не боялась и сопела спокойно, иногда чмокая губами во сне.Проснувшись, ящер сжал в объятиях Ани и решил разбудить её ещё более приятным способом. Он заполз под одеяло и прильнул носом к её нежным половым губкам, тепло дыша на них и с нежностью вылизывая их шершавым язычком.Девушке снился яркий и странный сона летала, среди звезд и радуг, и ей было так приятно... Все приятнее и приятнее... Звезды вспыхнули, она проснулась и поняла — между ног у неё уже все горит и пульсирует от приближающегося оргазма, потому что... Потому что нежный и шершавый язык ящера так и скользит между ними! — Ааааааааххххх!!! — Ани тихо вздохнула и выгнулась дугой от удовольствия. Ящер ловко проскользнул длинным язычком в лоно страстно вылизывая каждый сантиметр. Он плотно прижимался носом к розовы
Некоторые считали его идиотом. Некоторые себе на уме. Всем остальным не было до него никакого дела. Порой самому себе он казался отвратителен. К счастью, подобное случалось не часто. Самокопание не входило в сферу его интересов. Ученику полагается совсем иное, расписанное в правилах поведения, методических пособиях и прочей макулатуре, которая для него вообще представлялась досадным недоразумением. Как и все остальное, что не имело отношения к Ней, влекущей, страшной, волшебной и прекрасной, той, из-за которой любая вздорная женщина с жеманной линией жестов и походки, каждая любая глупая баба с хриплыми базарными интонациями прокуренного баритона, любая стерва, умница, "синий чулок" или "спящая красавица" и даже совсем еще бессознательная девочка с наивной глазурью во взгляде, - все они превращались для него в тайну за семью печатями. Все они обладали одним бесценным и ни с чем несравнимым даром, который сближал и объединял их.
Адреналин.Победу юной даме уступают,Под ритмы гоночных машинДевчонки задами виляют.За фоном скоростных картин,Любовью люди баки заправляют.Шумы тревога спелых городовПлодов горячих возбужденья.Снимают с дам ночной покровВалютой быстрого вожденья,Разбавленных бензином вечеров.Под краской грима лоск побед.Близь у толпы кипящей остановки,За ними остаётся чёрный след,А дальше путь далёк чертовки,Слепой на ярко-красный цвет.Брюнетка яростных ночейВином пропитана соблазна.Романтика неоновых свечей,И скорость двести — ритм оргазмаС азотом сбавленных кровей.Бьёт пульс в упор мужчин стоящих.Под ярый вздох взлетает пачкаКупюр зелёных шелестящихИ под разгоном стала тачкаКаретой похоти парящей.За красной линией планета,За ночью страсти свет луны,Затормозила бешено карета,Рьяные лошади огня сильны,Их ударяет каплей сигарета.Окурком брошенным во тьму,Дан старт: столкнулись мышцы, люди,На всю, что есть в них глубину.
Поглощенные друг другом девушки не могли заметить парящего в воздухе человека, прямо напротив их окна. Лица видно не было, а тело скрывал длинный кожаный плащ. Волосы, подстриженные в стиле «каре» и заинтересованный блеск глаз освещенных вспышкой молнии... — Мир полон ненависти и насилия, страха и боли, агрессии и безучастия. Такой мир не может существовать! Это оскорбление творения! Мы должны уничтожить род людской! — проговорила появившаяся рядом маленькая фигура, в старомодном плаще с капюшоном. Мы должны принести спасение через смерть! — Да! Принцесса Юи, что Вы тут делаете? До полнолуния ещё много времени? — поинтересовался мужской голос напротив.
Наконец-то её пизда была перед моими глазами. Она была совершенна. Её губки были ровненькие и чуть припухлые. Она действительно была похожа на цветок или на жемчужную раковину. Раздвинув её створки, жемчуга я там не обнаружил. Я обнаружил капли спермы, несколько минут назад выебавшего её мужчины. Мне стало противно. Но я всё равно собирался отлизать её, потому что обещал им обоимr>Кунок я повидал немало, будучи искусным лизетчиком. Женское сарафанное радио передавало потрясающую новость со скоростью молнии. В офисе, где я работал, все женщины знали обо мне. Даже на улице, зачастую ловил их взгляды смотрящие, оценивающе на мои губы. Мне нравилось подразнить их. Резко высунув свой язык на непомерную длину, тут же прятал его обратно. Их глаза при виде такого великолепия, выпячивались наружу, прелестные бровки взлетали вверх, а милые головки покачивались в восхищении. У некоторых язычки начинали цокать от страсти, представляя, как это будет выглядеть.Слишком раскованные подходили ко мне и напрямую говорили, что ж
Спрятaвшись в кустaх, Рунту хoтeл oтдoхнуть, нo eдвa oн вoзнaмeрился прилeчь, кaк eгo взгляд случaйнo упaл нa крoмку мoря. O, бoги! Нa рoзoвoм блeстящeм пeскe лeжaлa дeвушкa. Русaлкa. Нeжнaя, мoлoчнo-бeлaя кoжa кaзaлaсь жeмчужнoй. Oкруглыe стрoйныe бёдрa плaвнo пeрeтeкaли в зeлeнoвaтo-гoлубoй хвoст с фиoлeтoвo-рoзoвым плaвникoм. Тoнкиe, гибкиe руки были рaскинуты пo стoрoнaм, a oстрeнькиe вeршинки грудeй смoтрeли в нeбo. Смятeниe oхвaтилo aнгeлa. Тысячи мыслeй тeснились в гoлoвe. Ктo oнa? Пoчeму вoт тaк лeжит нa пустыннoм бeрeгу? Уж нe случилoсь ли чeгo с нeй? Рунту oстoрoжнo вышeл из свoeгo укрытия и рeшил пoсмoтрeть нa нeё пoближe: вдруг eй и в сaмoм дeлe нужнa пoмoщь.Oн oпустился пeрeд нeй нa кoлeни. Кaк жe oнa былa прeкрaснa! Дaжe крaсoтa Эoлы нe мoглa срaвниться с прeлeстями юнoй русaлoчки. Нa кoжe блeстeли кaпeльки вoды, придaвaя eй жeмчужный oттeнoк, влaжный пухлый рoт слoвнo мoлил o пoцeлуях, a нaпрягшиeся oт вeтeркa сoски вызывaли у Рунту нeoдoлимoe жeлaниe взять их в рoт. Aнгeл склoнился нaд грудью
Снег кружил большими белыми бабочками. Водитель то и дело останавливал «газик» и варежкой сбрасывал его с ветрового стекла. Рядом сидящий подполковник глянул на часы. До наступления Нового года оставалось несколько минут. — Давай к третьему подъезду! — приказал он. Водитель с удивлением посмотрел на командира, но, не задавая лишних вопросов, свернул за угол. Офицер поднялся на третий этаж, позвонил. За дверью сквозь музыку и хохот кто-то вызвался открыть. — Ба! К нам сам Дед-Мороз пожаловал, — сказал хозяин квартиры, пропуская гостя и стряхивая снег с его шинели. — Лика! Наконец-то твой благоверный прибыл. А ну-ка, девонька, встречай мужа. — Уже наклюкалась! — зло прошипел муж, глянув на розовощекую пошатывающуюся жену. — Мы Старый год проводили, а тебе — штрафная, — повисла та на шее мужа, расплескав шампанское из бокала, едва не выпавшего из ее не твердой руки.В комнате, кроме хозяев, была еще одна молодая пара, танцующая у елки. Перед диваном стоял стол, и жена Виктора, стройная голубоглазая блондинка, хло