Романтика

"Каприз"-как много в этом звукеДля сердца моего слилось..........Это точно, слилось... в клозет. Напрочь.. Бритые девочки... Мальчик? Нет, точно девочка...Что? Кто? Я кто? Актив? Пассив? Слушай, коза малолетняя, кто ж в тебя влил то столько? Любви хочется? Ласки? Щас, все брошу и к тебе под стол полезу! Сама подойдешь? Угу, приползешь, ну-ну,... ползи, рыбка.. Не рыбка? Черепашка что ли? Встанешь? Не надо... Опс.. Я же говорю не стоит.. Не, не , лежи, лежи.. Лучше я поближе подойду... Что? Что? ... Ага, в отрубе... Да, из последних сил ко мне, а я.. Да, не шмогла я, не шмогла.. Нда, спи, моя радость усни...- Привет, привет.. Да, я тоже.. Да, одна.. Ты, меня? Что, ты, маленькая.. Не маленькая? Спортом занимаешься? Шашками в "чапаева" что ли? Нет? А! Постельной борьбой... Нет? Знаю!! Фехтование на булавках!! Снова не то? Ну тогда точно не знаю.. На руках? Меня? Гы-гы-гы!!! Маленькая.. Да я же 70 с небольшим!! Зубами упрешься? Да, нет, тогда просто толкай!!! Ага, как шкаф!!! Что уже? Уже толкаешь? Странно

— Я тебя уволю, — сказал директор, глядя в потолок.— Кого уволишь: меня или люстру?— Паясничаем? — пожаловался директор потолку. — Опять? В универе паясничал, тут паясничаешь...— Сме-е-е-ейся, па-я-я-яц!... — завел Колосков.— Прекратить!!! — директор шваркнул бумагами по столу и повернул розовое лицо к Колоскову. — Ты в кабинете директора! Я твой начальник! Изволь называть меня по имени-отчеству и на вы!— Слушаюсь, Мирзакарим Абдуллаевич, — чинно отозвался Колосков.— Так! Если ты думаешь, что я шучу, то ты допрыгаешься! Я тебя, умника, взял сюда не для того, чтобы ты тут умничал! Сегодня же сходил и проголосовал за «Свободу Выбора», понял? Будет тут еще нам портить отношения со спонсором!... Понял или нет?Колосков молчал.— Понял или нет?!Колосков помолчал еще. Потом встал.— Авдантил Дормидонтович. Ваше высокоуважательство... Можешь реагировать на это так, как тебе позволяют твои возможности большого человека. Не могу лишить тебя такого удовольствия. Не скучай без меня.Он развернулся и вышел из кабинета, налет

Приближались новогодние праздники и на работе друг мой Виктор, кстати не давно женившийся, предложил мне отпраздновать старый новый год у него дома. Серега! Выручай! Будет практически одна ЖОПИНА РОДНЯ! Какая, какая? Чья, чья родня? Удивленно переспросил я. Эх ты! А еще казачек! Это же родня жены. Приходи безо всякого. Мужиков не хватает. Тебе какая хрен разница холостяку то где шароёбиться?! Да Витян у нас любитель вставить крепкое словцо по делу и без. Поразмыслив я дал согласие. А гитару брать спросил я? Нет не надо, а то будет как всегда. Всех баб отобьешь и будут как клушки сидеть возле тебя! Жопами тереться! И вообще в этот раз обещай вести себя скромно, чужих баб не уводить! Обещай не нажираться (водочки) а танцевать. Яволь мой Фюррер! И в назначенный час явился как штык чистеньким, одетым с иголочки побрившимся, отмывшимся, расфуфыренным, готовым ублажать Витькину Жопину родню.Позвонил в дверь. Слышно было что гулянка уже в разгаре. Вот черти! Наверно Витек как всегда раньше начал. Дверь открылась и я

В огромную залу, невзирая на крики камердинеров, ворвалась всадница на животном, отдалённо напоминающем Земную лошадь. Остановившись подле огромного Антийского ковра, она приподняла трепещущий свёрток на уровне лица и бросила его на ткацкое изделие. Принц, в это время трапезничавший, был несколько удивлён, можно сказать шокирован. — Что это значит, Менора? — Ты просил меня привезти ведьму. Я привезла. А теперь верни мои земли!— Хорошо. Я верну тебе то, что было твоим, но помни, если ты обманула меня, я заберу у тебя всё и твою жизнь! Менора, метнув молнии из своих прекрасных глаз, воскликнула: «Хай-оо», — животное развернулось, и замок вновь опустел. Принц, не обращая внимания на свёрток, откуда издавалось мычание, спокойно докончил трапезу. И уже после того приказал слугам доставить в его покои ведьму.Девушка была прекрасна. Это и понятно. Ведьмы всегда отличались небесной красотой. Её тело имело кожу цвета снега. Того снега, который находится на вершинах гор Гамлаев. Ярко голубые глаза цвета аквамарина были

Я сразу понял, что что — то не так, но не сразу — что именно. Вечеринка подходила к концу и я уже порядочно набрался. Все парни, которым сегодня повезло, уже жали девочек по темным углам, остальные ютились на кухне и в коридоре, допивали пиво и провожали тех, кто уже уходил. Мне как-то всё было лень. Я курил одну за одной, тянул последнюю банку уже порядком согревшегося пива и скучал. Девчонки тут были скучные, все одинаковые и очень вялые — что им не скажи, на всё либо молчат, смотрят куда-то мимо тебя и всем видом показывают, что им это не интересно, либо ржут, если сказать что-нибудь по-пошлому смешное. Толя попросил моих сигарет, я угостил. Он присел рядом, на комод в коридоре. Входная дверь была уже распахнута настежь — хозяину надоело закрывать за каждым уходящим. Мы просто курили и совсем не разговаривали. — — Можно сигарету? — — подошла какая — то девчонка. Толя встрепенулся, дал сигарету, прикурил. Они о чем — то заговорили. Я на них даже не глядел. Я думал, что теперь далеко идти по темному

Здравствуй, мой милый компьютер! Хранитель моих тайных, сокровенных желаний! Не знаю, вроде бы не весна, а все тело мое просит любви, ласки и ... секса. Все мое существо хочет наполниться цветом и бурлящей энергией оргазма. Почему цветом? Ну, мой милый, смешной вопрос.... Ведь ты постоянный свидетель этого чудесного явления! Сегодня мне не спится, поэтому я решила пообщаться с тобой и поделиться своими чудесными ощущениями. Я просто обожаю тебя, моя крошка, но радости плоти тебе не доступны. И это очень хорошо, иначе работа и общение и много-много различных дел были бы невозможны без твоей помощи,... хотя у тебя тоже есть какая-то своя форма оргазма...совсем не похожая на человеческую. Ну ладно, ближе к делу...С твоей помощью я хотела бы создать небольшой цикл рассказов...потянуло меня на сочинительство... Ну что, приступим? М-ммм, название...Как будут называться отдельные отрывки, я уже знаю...но общее? Пусть будет... "Сборник сексуально окрашенных этюдов". Теперь о действующих лицах. Одно из них - конечно ж

— Дaвaй выключим свeт. Я стeсняюсь, — тихo прoизнeслa Aня, смущeннo пoсмoтрeв в стoрoну.— Нe нaдo стeсняться, Aня. Ты oчeнь крaсивaя, прaвдa, — спoкoйнo oтвeтил Димa и пoсмoтрeл нa ширoкoe нaпoльнoe зeркaлo.Димa лёг нa пoл нoгaми к зeркaлу, слeгкa стянул с сeбя трусы и мягким гoлoсoм приглaсил Aню «присeсть»:— Сaдись.Aня нeскoлькo удивилaсь тaкoму шaгу Димы, нo быстрo смeкнулa, чeгo oн хoчeт. A глaвнoe, eй этo пoнрaвилoсь и придaлo увeрeннoсти. Aня снялa с сeбя трусики, встaлa лицoм к зeркaлу нaд Димoй и ширoкo рaсстaвилa нoги. Димa мягкo прикoснулся к лoдыжкaм Aни и нaчaл нeжнo пoглaживaть eё нoжки. Дeвушкa игривo прикусилa нижнюю губу, мeдлeннo oпускaясь. Члeн Димы ужe встaл вo вeсь рoст и крeпкo устрeмился ввeрх, нaпряжeннo пoдeргивaясь. Aню этo зaбaвлялo, и oнa брoсaлa взгляд тo нa члeн Димы, тo нa eгo глaзa.Кoгдa кискa кoснулaсь кoнчикa члeнa, чeрeз Aню прoбeжaлa слaдкaя дрoжь, и тeлo рeфлeктoрнo припoднялoсь слeгкa ввeрх. Димa пoчувствoвaл тoжe сaмoe и хoтeл рeзкo встaвить члeн в киску, нo eлe сдeржaлся

КОГДА ЛЮБЯТ ДО ЛУНЫ И ОБРАТНО — Люблю тебя, — улыбаясь, сказала ты, глядя в мои глаза. — А как ты меня любишь?Мы лежали в нашей постели, смотрели друг другу в глаза и нежились в лучах утреннего майского солнца. Я перебирала твои волосы, гладила плечи. Мне нравится смотреть на тебя, нравится трогать, нравится исследовать. — Так как ты меня любишь? — До луны и обратно, — улыбка стала еще нежнее. Мне нравится, когда ты так говоришь, мне нравится видеть задорный огонек в троих глазах, нравятся твои ямочки на щеках, когда ты улыбаешься. Поцелуй... Нежный, невинный, легкий даже воздушный. Он олицетворяет всю тебя, такую же нежную, накую воздушную и безумно желанную. — А ты? — И я тебя, милая.Ты вскидываешь бровки. — Нет, я хочу, наконец, услышать, что ты меня тоже любишь. — Зая, ты же знаешь, что так оно и есть, — спокойно отвечаю я, пытаясь вновь поцеловать. — Нет, скажи, — не унимаешься ты. Отстранилась, села.