Романтика

Сoлнeчныe лучи нeсмeлo прoбивaлись сквoзь пoлузaдeрнутую штoрку нa oкнe дaчнoгo дoмикa. Oтрaзившийся oт нeбoльшoгo зeркaльцa, висeвшeгo нa стeнe нaпрoтив, зaйчик упaл нa мoю пoдушку и прoбeжaвшись пo мoим рaстрeпaнным вoлoсaм стaл нeжнo щeкoтaть мoи рeснички. Eщё нaхoдясь в пoлусoннoм сoстoянии я пoпытaлaсь oтмaхнуться oт eгo лaдoшкoй. Нo oзoрнoй утрeнний гoсть дaжe и нe сoбирaлся ухoдить, прoдoлжaя дрaзнить мoи вeснушки свoим нaзoйливым oгoнькoм. Слeгкa пoмoрщив нoсик, пoтягивaюсь в слaдкoй истoмe и нeхoтя oткрывaю глaзки. С удивлeниeм oбнaруживaю, чтo нa сoсeднeй пoдушкe никoгo нeт...— Сeрёж... — зoву рoбкo, нo oтвeтa нe слышу. Тишину в дoмe нaрушaют лишь стaрыe хoдики нa стeнe, ритмичнo oтбивaющиe ускoльзaющee врeмя. Спрыгивaю с крoвaти и нa цыпoчкaх пoдбeгaю к oкну. Oтдёргивaю штoрку и oблeгчённo вздыхaю. Мoй любимый стoит нa крылeчкe и курит. Oбрaдoвaвшись, выскaкивaю к нeму, зaбывaя чтo из oдeжды нa мнe лишь мaлeнькиe, бeлeнькиe трусики. Выбeгaю нa крылeчкo и с хoду прыгaю eму нa спину, oбхвaтив шeю рук

Эта история произошла два года назад, когда я, свежеиспеченный студент-первокурсник наконец-то познал радости тесного общения с противоположным полом. Для меня это было событие затмевало все — и окончание школы, и успешное поступление в вуз, и... Да сообщи мне кто-нибудь о приближающемся конце света, я скорее бы вежливо кивнул и прошел мимо, весь поглощенный романтическими грезами о своей первой любви.За Олей, моей девушкой, я ухаживал долго и трепетно: воспитанный, интеллигентный мальчик в попытках добиться не менее строго воспитанную, «домашнюю» девочку прибег ко всем «ритуальным танцам», встречающимся в исторических романах. Тут были и прогулки под луной, и попытки писать стихи (как и положено — бездарные, но наивно трогательные), и робкий первый поцелуй... К счастью, семьи наши достаточно тесно общались, и мы считались «хорошей парой», так что родня препятствий не чинила, скорее даже — наоборот.

— До завтра, Ромэо, — дверь закрылась. Я развернулся и буквально бросился к постели.Оля уж пришла в себя и просто лежала навзничь, невидяще глядя в потолок. Когда я опустился на колени рядом с изголовьем, она впервые пошевелилась, поворачиваясь ко мне. На забрызганном спермой личике, застыло потерянное выражение, словно у заблудившейся в лесу маленькой девочки.«Мы оба заблудились...» — меня захлестнула волна нежности, столь сильная, что почти причиняла боль, — «... потерялись в лесу и встретили злых волков».Что я должен был чувствовать? Стыд, презрение, страх? Может быть, ненависть: ведь только что моя девочка дважды кончила, отдаваясь едва знакомым мужчинам? Но ничего такого не было в моей душе, это я знал точно. Но что тогда? В смотрящих на меня прекрасных голубых глазах я видел свое отражение — отражение своих мыслей, своей растерянности. Наш старый мир, чистый и хрупкий, словно драгоценный кристалл, исчез, рассыпался грудой осколков.Не знаю, сколько я стоял на коленях, глядя в глаза любимой, но когда Олен

Наконец-то её пизда была перед моими глазами. Она была совершенна. Её губки были ровненькие и чуть припухлые. Она действительно была похожа на цветок или на жемчужную раковину. Раздвинув её створки, жемчуга я там не обнаружил. Я обнаружил капли спермы, несколько минут назад выебавшего её мужчины. Мне стало противно. Но я всё равно собирался отлизать её, потому что обещал им обоим...Кунок я повидал немало, будучи искусным лизетчиком. Женское сарафанное радио передавало потрясающую новость со скоростью молнии. В офисе, где я работал, все женщины знали обо мне. Даже на улице, зачастую ловил их взгляды смотрящие, оценивающе на мои губы. Мне нравилось подразнить их. Резко высунув свой язык на непомерную длину, тут же прятал его обратно. Их глаза при виде такого великолепия, выпячивались наружу, прелестные бровки взлетали вверх, а милые головки покачивались в восхищении. У некоторых язычки начинали цокать от страсти, представляя, как это будет выглядеть.Слишком раскованные подходили ко мне и напрямую говорили, что

Много лет назад, когда я была еще нескладным подростком, вся наша семья отдыхала на побережье. На многие месяцы всем запомнилось ласковое солнце, аттракционы, дискотеки под открытым небом. Там я впервые поцеловалась. Нет, безумной любви к мальчишке, ставшему моим спутником в те летние месяцы не было: скорее, я любила весь мир с его яркими красками и безмятежным счастьем, любила пропитанный морской солью воздух, пьянивший не хуже вина. Тогда просто нельзя было не влюбиться в кого-нибудь.Но лучше всего из того волшебного времени я запомнила то, что произошло в одну из последних ночей на море, когда я и мой первый ухажер тайком выбрались на пустынный ночной пляж, чтобы осуществить свою давнишнюю мечту. Нет, вовсе не ту, которая сразу же приходит на ум — мы были еще почти детьми и даже в тайне мечтая о большем, не решались зайти дальше поцелуев и робких объятий. Мы просто хотел искупаться в ночном море. Тогда казалось, что это приключение скрепить нашу дружбу некой общей тайной, которая поможет нам сохранить памя

Прозвучал сигнал смс, и Кристина испуганно подскочила на постели, оглядываясь по сторонам. Она с трудом разлепила глаза, растерев лицо ладонями, и, жмурясь, попыталась вспомнить, что вообще произошло. Завораживающе красивая спальня давила со всех сторон мрачностью и монументальностью интерьера. Было во всей этой вычурно роскошной готике что-то таинственно пугающее и в то же время волнующе сентиментальное. Тяжелые бордовые шторы одного окна были раздвинуты, но через плотно присборенные занавески в темную комнату проникал очень слабый солнечный свет. Первое, о чем она подумала, было: «Где папа?! Вдруг он вернулся?!». Первое, на что она обратила внимание, был обнаженный Матвей, который лежал рядом с ней на измятой алой простыни, бесстыдно расставив в стороны стройные сильные ноги. Ее взгляд задержался на внушительных размеров члене, время от времени пульсирующем и вздрагивающем во сне на подтянутом загорелом животе. Веки его глаз тоже подергивались, длинные ресницы трепетали, уголок губ изредка слабо приподнимал

Приближался Новый год. В последний учебный день перед новогодними каникулами должна была состояться школьная дискотека для девятых, десятых и одиннадцатых классов. Из двух одиннадцатых классов для оборудования актового зала звуком выбрали меня. После завершения всех уроков я должен был расставить звуковые колонки и подключить все это хозяйство к компьютеру. Со мной была наша русичка — Людмила Валерьевна, классный руководитель параллельного класса, у нее были ключи от зала, и она должна была закрыть его, когда я завершу работу. Это была женщина в возрасте 39 лет, с большой грудью и стройными ножками. Она выглядела отлично, до тех пор, пока не решила свои длинные, до середины спины, черные волосы, превратить в рыженькую шапочку. Ну, да и ладно, подумал я, когда это произошло. Хотя ее лицо заметно проиграло от этого — она стал выглядеть старше, но тело не потеряло привлекательности.Сейчас она была одета в черный свитер, черные клешеные брюки, и черные востроносые туфли на высоком каблуке.

— Эй, ты чего там увидел? — спросила Анна, удивленно глядя, как я смотрю в окно.— Да тут вертолетик летит, — бросил я через плечо.— Эмм... ну и пусть летит, — протянула девчонка.Неужели не сработало? Гипноз — странная штука. Лично я вообще в него особо не верил до тех пор, пока на прошлых выходных не загипнотизировал Аньку. Собственно говоря, мы просто дурачились. Начитались всякой бредятины и решили попробовать.И, к моему полнейшему удивлению, сработало! Далеко не с первого раза, конечно же, но и хрен с ним. Анна впала в какой-то транс, полностью отрубившись и послушно выполняя все мои команды.Сразу скажу, что отношения у нас двоих довольно странные. Мы не любовники, но знаем друг друга вдоль и поперек. Вместе ходим на вечеринки, в кино и так далее. Нас постоянно принимают за пару.Вот только отношений хотел лишь один из нас. А точнее — я. Анька, быть может, и была не против, но ее любовные похождения были столь же эпизодичны как и мои. В лучшем случае ухажеры задерживались на пару месяцев, не более. И Анна у