Служебный роман
Eсли бы ктo знaл, чтo тaкoe Измeнa, я бы eгo рaсцeлoвaлa, нo нaвряд ли ктo смoжeт кoнкрeтизирoвaть этo пoнятиe. Oднaжды eщe в дeтствe я смoтрeлa пeрeдaчу прo игру психoлoгии, прo сoзнaниe и пoдсoзнaниe, мнoгo чeгo былo интeрeснoгo и вoт тaм oдин вeдущий зaдaл этoт жe вoпрoс, ну кoнeчнo жe в aудитoрии срaзу нaчaли всe oтвeчaть, чтo жe, пo их мнeнию, тaкoe измeнa. Тoгдa oн взял и приглaсил нa сцeну oдну из дeвушeк, вeдущий знaл, чтo oнa пришлa нe oднa, сo свoим пaрнeм, a мoжeт жeнихoм или мужeм, нo нe oднa. Oн встaл oкoлo нee и спрoсил, этo измeнa, всe кoнeчнo жe oтвeтили, нeт, тoгдa oн пoдoшeл пoближe, и oпять спрoсил этo измeнa и oпять пoлучил oтрицaтeльный oтвeт, тoгдa oн взял дeвушку зa руку и oпять спрoсил, eсть ли этo пoнятиe измeнa и oпять услышaл, чтo нeт, тoгдa oн прoстo oбнял ee зa тaлию, тaк кaк этo oбычнo дeлaют при тaнцaх и снoвa пoслeдoвaл вoпрoс, и чтo жe вы думaeтe, рaздaлся рoпoт, нo нa этoм oн нe oстaнoвился, a прoстo чмoкнул дeвушку в щeчку, тaк oбычнo дeлaют пo дружeски, нo в этoт рaз ужe бo
Сколько лет живу на свете, сколько лет работаю здесь, но такого со мной не случалось никогда. Все как водится: счастливо женат уже не один год, подрастает дочка, на работе все прекрасно, для своих тридцати с гаком (признаюсь, с приличным гаком) выгляжу неплохо, хотя немного располнел. Пока женщины поднимают на меня глаза, а у меня поднимается на женщин, жизнь еще далеко не кончена! Но когда-то должна была случиться Она. И вот она свалилась на меня непонятно откуда, да так ухватилась за яйца, что не отцепить никак. Секс ведь начинается в голове, а не между ног: Не знаю, как не видел ее раньше, но к тому моменту, когда увидел, она работала у нас уже год. А потом увидел: Лифт. Нас в лифте трое: я, она и еще кто-то. На вид ей лет 20-25, среднего роста, темноволосая, зеленоглазая (а может, голубоглазая, я так и не понял) . Была она тогда в легком белом платьице, с букетом белых роз в руках. Сама невинность! Что-то в ее девичьей нежности притянуло меня: Она немного смутилась, когда я отпустил какой-то незначительны
В первых числах октября коллектив, в котором работали Елена Максимовна и Валентина Павловна, всегда выезжал в Ряполово на пикник. Если позволяла погода, то они отмечали свой профессиональный День на природе, среди лесных красот, тронутых разноцветьем осени российской средней полосы. В их учреждении в основном работали женщины, так что двое мужчин затесавшиеся среди них, были весьма кстати. Они развели мангал и откупорили бутылки с лёгким винцом. Когда подвыпившие матроны грянули песню, Елена Максимовна поднялась и, свернув байковое одеяло, на котором до этого сидела в кругу коллег, сказала:— Я на речку. Кто со мной?— Я! — подскочила Валентина Павловна: — Я с вами. Если можно?Валентине Павловне с первых минут работы в этом учреждении нравилась Елена Максимовна. Привлекала седина её короткой стрижки, и отточенное естественным отбором дворянских поколений благородное лицо, и элегантность в одежде. Сдержанность и приветливость пожилой дамы в общении подкупала молодую женщину. Поэтому она и захотела составить ей к
Лена послушно улеглась на спину, свесив ноги на пол по бокам ложа и зажмурив глаза в ожидании. Кушетка было довольно широкой, поэтому ноги оказались сильно раздвинуты, половые губки разошлись в стороны, демонстрируя перламутрово-розовую раковину с манящей дырочкой внизу. На загорелом теле резко выделялся ярко-белый треугольник выпуклого лобка, покрытый светлым пушком, неоспоримо доказывающим, что блондинкой Лена была абсолютно натуральной. Еще два светлых треугольника обрамляли соски, неожиданно крупные для такой маленькой груди. Петрович не спеша снял брюки и трусы. - Что, Серега, нравится? - гордо посмотрел он на коллегу - То-то же! А ты все - деньги, деньги... Приблизившись к Лене сбоку, он положил член ей на губы. - Ну-ка, Леночка, открой ротик! - ласково попросил он. Она послушно приоткрыла губки, Петрович нажал пальцем на толстый ствол и пухлая фиолетовая головка скользнула за щеку. Однако вскоре он разочарованно произнес- Не, сосать она не не умеет... Ладно, в другой раз научим.
Место действия. Дорогая клиника. Палата искусственного жизнеобеспечения.Действующие лица.Арина. 23 года. Медсестра. Окончила мединститут с отличием, поэтому и попала на высокооплачиваемую должность, хоть и не в соответствии с квалификацией. Скромная, тихая и где-то даже робкая. Панически боится близости, хоть и не девственница. Всегда считала (и совершенно напрасно) себя серой мышкой, которой далеко до длинноногих грудастых сокурсниц. Однако она обладала симпатичным лицом правильной формы. Маленький аккуратный носик, обрамленные пушистыми ресницами карие глаза, небольшой рот с нежными губами, шелковистая кожа, вьющиеся волосы, антрацитовой копной падающие на спину. Миниатюрная точеная фигурка с крепкой грудью 2-го размера, такая же упругая попка (именно попка — орешками), стройные ноги.Роман. 28 лет. Пациент. Поступил в клинику в состоянии комы после автомобильной аварии. Как богатому новоиспеченному олигарху ему выделили отдельную палату со всем необходимым оборудованием жизнеобеспечения.
Верите ли вы в дружбу между мужчиной и женщиной? Не верила в нее и я, точнее, весь мой предыдущий опыт общения с мужчинами разных возрастов, вероисповеданий и весовых категорий был неумолим: не бывает чудес на свете.Я была лидером нашей дворовой компании в юности, этакая пчелиная матка в улье. Эх, молодость, молодость... Сладкие яблочки из чужих садов, песни под гитару, бесконечные партии «в дурака»... Я наслаждалась своей ролью, с трудом перенося вторжение других «самочек» на территорию, которую по праву считала своей. Это невинное упоение своей властью, не окрашенное до поры плотским томлением... Мальчишкам было сложнее, они рано или поздно становились жертвами моей сумеречной красоты и странного обаяния. Русая коса до пояса, пение в хоре, тяга к уединенным прогулкам под дождем — все это было им в новинку, поэтому друзей я теряла одного за другим: они признавались в любви либо начинали совершать глупые поступки и общению приходил конец.Шли годы, но ничего не менялось, место моих юных пажей занимали сокур
— Ффух. Славно порезвились.— Да.— По кружке пива?— Это не грех.— Точно.Двое вышли, отдуваясь, из боулинг-клуба, и направились к ближайшему ларьку, которыми обросли, как цветными грибами, окрестности канатки.Вокруг клубился ватный туман. Странное сочетание многолюдия и тишины, всегда удивляющее на Ай-Петри, навевало меланхолию. Присев под тентом, они получили свое «Чернігівське» и молча смаковали его, глядя в голубую бездну, зиявшую под ногами.Оба они были полны сил, хоть и не первой молодости: одному было за тридцать, другой казался старше лет на пять или больше.— Ну? За знакомство? — наконец спросил тот, который был младше.— Ага.Они лениво чокнулись.— Прямо здесь обосновался?— Да, в «Золотом Муфлоне».— И я. «Дети гор», третья хата от «Муфлона». Офигительное место.— Ага. Жена затащила. Хочу, говорит, снова в горы.— Женат, значит?— Стало быть, да. А ты холостяк, судя по вопросу?— Да как тебе сказать...— Как есть, так и говори.— Ну... Не фартит мне, честно говоря, в этом деле.— Чего? Такой сочный мужик, прости
Ольга пребывала в шоке. Юрка помог ей слезть со стола, вытер и одел ее. Бережно усадив рядом с собой, промокнул слезы, сунул в руки чашку кофе и начал что-то ей говорить. Через полчаса Ольга начала вяло ему отвечать, всего же беседа длилась часа полтора. До чего-то договорившись, она прямо оттуда позвонила мне и отрешенным голосом отпросилась домой, сославшись на плохое самочувствие. Я, конечно, отпустил и даже, вопреки обыкновению, не стал расспрашивать что с ней и когда она выйдет на работу. Все и так было ясно. На следующий день она не пришла. Я забеспокоился, но это была сущая ерунда по сравнению с паникой Юрки. Привыкнув трахаться с женщинами типа Светки, теперь он не знал, чего ждать. Я, кстати, тоже. Но у меня хватило смелости позвонить Ольге домой. Она ответила почти нормальным голосом и твердо пообещала прийти завтра. У меня как гора с плеч свалилась, но Юрке я ничего не сказал. Ибо во-первых, сам натворил - сам и мучайся, а во-вторых - мне и не должно быть известно, что его беспокоит. Зато я четыре