Служебный роман
— Ладка, ну нах тебе такая работа? — звучало из трубки — Платят копейки...Я засмеялась: — А у меня что, денег мало? — Денег у тебя, пожалуй многова-то — согласилась подруга — Ну вот и я о том. А школьное образование надо кому-то спасать.. — Да! Уж ты спасешь! Ладно, побегу... в субботу встречаемся? — А то! поделюсь впечатлениями. — и я захлопнула миниатюрную трубкуПоясню. У меня отличное высшее образование, неприлично богатые родители, которые уехали жить в Италию и оставили мне 4х комнатную шикарную квартиру и авто... мне 22 года, я среднего роста, рыжая... ходячий секс — как говорили обо мне в ВУЗе. А! Самое интересное — со своим шикарным образованием я пошла преподавать в старшие классы экономику. Понятия не имею сколько составляет моя зарплата...Самое смешное — меня не хотели брать! Нет специального пед бразования, слишком молода для 11го класса и все такое... Но несколько минетов директору решили вопрос. Кстати директор наш — потрясающий мужик! всего 45, спортивный и очень секси.
Эта история произошла совсем недавно.16 мая, Москва, Олимпийский, Финал конкурса Евровидения. Миллионы людей по всей Европе наблюдают фееричное шоу. Миллионы людей голосуют за милого норвежского мальчика с его Сказкой — песней, которую он сочинил сам.Кульминация! Fairytale и ее автор набирают максимальное количество баллов! Хотя о чем я говорю, вы и сами, наверное, это видели, слышали и восхищались.Победитель принимает поздравления, раздает автографы, он не верит своему счастью. А вокруг множество людей, восторженных возгласов и неожиданных объятий. И вдруг перед глазами Саши (а именно так звали нашего героя) совершенно неожиданно появляется симпатичный молодой человек. Саша по инерции поворачивает голову к другим людям, которые его окружают, которые хотят его обнять, разделить вместе с ним эти минуты славы и триумфа, но взгляд возвращается к невысокому загорелому парню. — Привет! Дашь автограф?Все пропало вокруг. Все как в замедленной съемке. Все окружающие перестали в одночасье существовать. Только Саша и
Отдел компании, ночная смена, два сотрудника, которые уже 3 месяца работают вместе (и, в основном, в это время суток), переписываясь по аське. И вдруг сообщение — «хочу тебя прям сейчас». Взгляд от монитора в сторону этой восхитительной сучки, которую я хотел все последние две недели. У нее маленькие сисечки и большая попка, уже начинающая сдаваться перед напором целлюлита, но затянутая в джинсы столь же сексуально, как и ее ножки в сапожках. Конский хвост настоящей блонды и ярко накрашенные губки придают ей неповторимое обаяние во время работы за компьютером. Подхожу сзади, руки на ее плечиках, целую шейку, начинаю ласкать груди, расстегивая кофточку. ЛИФЧИКА НЕТ! Она часто дышит, но не отрывает руки от мышки. Пальчики левой уже у меня в волосах. Снимаю кофточку и целую в губки. Язык сладкий и нетерпеливый. У меня такой же. Поднимаю ее с кресла и заставляю упереться руками в стол. Нащупываю пуговку джинсов и расстегиваю молнию. Она оглядывается в тот момент, когда я начинаю стягивать ее джинсы. Перед моим но
— Ну что ты сопротивляешься Леночка? — Тиская грудь девушки, вкрадчиво спросил у продавщицы Матвей Кузьмич. — Ты что, хочешь оказаться на улице? Пожалуйста, я могу тебе в этом помочь. — Матвей Кузьмич, это нечестно, — отбиваясь от него, умоляюще произнесла Лена. — Вы, пользуетесь своим служебным положением, хоть я и зависима от Вас, но не позволю Вам соблазнить себя. — Выбирай, одно из двух. Или ты отказываешь мне, а затем немедленно увольняешься, или даешь мне, но продолжаешь спокойно работать дальше. — Но, после этого, Вы будете постоянно преследовать меня? — Уже сдаваясь, в отчаянии воскликнула она. — Не постоянно, — усмехнулся он. — Кроме тебя, дорогая, у меня еще есть семь продавщиц. Их тоже нужно любить, так что постоянного внимания, я тебе обещать не могу, но раза, два, возможно, три в месяц, буду приглашать тебя в свой кабинет и ты должна без сопротивления снимать для меня свои трусики. — У меня, нет иного выхода, — в отчаянии произнесла Лена, позволяя ему забраться в трусы.
— Извините Петр Данилович. Мне нужно за Вами поухаживать, — поднимая одеяло и снимая его трусы, мягко сказала больному вошедшая в палату Мария Федоровна. Его член, привычно встал. Он никак не мог привыкнуть к тому, что его член и яйца, бережно обихаживают руки довольно молодой женщины, мягкие прикосновения пальцев которой, неизменно вызывают у него чувственное возбуждение. Обтирая его яички и член, она осторожно брала его пальцами. Он стремительно набухал в них, начиная пульсировать горячими токами крови. Однажды он решился на вольность, нежно провел ладонью по ее оголенной ноге, но она словно бы не заметила этого. Скользнув выше, он просунул руку между ее полными ногами, и с чувственным восторгом страстно накрыл ладонью пухлые складки ее влажных половых губ. Пока она обтирала его, он умело ласкал пальцем ее клитор. На мгновение замерев, она чуточку присела, и дрожа бедрами, облила его руку любовными соками. — Спасибо. Мне были приятны Ваши ласки. — Мне, тоже.
Разговор по душам — Ну и сука же эта Первенцева. Вроде бы красивая баба, а ведет себя как последняя стерва. Я, недавно, нашу красавицу химичку Лидочку Осмоловскую, во время окна между уроками, прижал в учительской, и вижу, что хочет, готова дать, а тут вдруг врывается Людка Первенцева, и давай меня срамить перед девкой. Мол я бабник, распутник первостатейный, блядун, на котором клейма ставить негде и, вообще, с кем ты Лида связываешься, ведь он же не мужчина, а совершенное говно. Ну я, само собой разумеется, вспылил, какое ты имеешь право поносить меня перед девушкой? Так она смерила меня взглядом, презрительно хмыкнула и сказала... В общем, гадость про меня сказала. А Лидка, с тех пор, стала сторониться меня. А? Каково это? Ну скажи мне Паша? В их родном педагогическом коллективе у Павла была устойчивая слава неотразимого обольстителя и завзятого юбочника. Зная об этой славе, надеясь на мужскую солидарность, жалующийся на Первенцеву, Родька надеялся, что он отомстит насолившей всем неприступной Людмиле.
Меня зовут Алекс, я работаю дизайнером в маленьком рекламном агентстве. Кроме меня тут трудятся всего десять человек. Большинство — — девушки, потому что они лучше продают рекламу и внимательнее относятся к клиентам. Из мужчин только я, фотограф, директор да сисадмин.Именно девчонки предложили подарить нашим клиентам на Новый Год откровенный календарь с со своими фотографиями. Я, честно признаться, от наших умниц и скромниц этого не ожидал. Но сфотографироваться согласились не все, а только четверо, зато самые фигуристые. Мы договорились, что каждая снимется для трех листов календаря, и это будет только намёк на эротику, все откровенные места будут так или иначе скрыты.Я полдня рисовал эскизы фотографий. Пересмотрел немало восхитительных картинок обнаженных девушек, поймал ехидный взгляд проходящего мимо директора. «Я работаю!», наигранно возмутился я. «Ага», ухмыльнулся директор, «я вижу».Мои рисунки девушкам понравились. Я изобразил их в изящных, но не слишком вызывающих позах.
— Яночка, зайдите, пожалуйста, ко мне. — Да босс, одну секунду.Ты заходишь ко мне в кабинет. Как всегда ты радуешь мой взор. Белая блузка с небольшим вырезом, который открывал лишь твою лебединую шейку. Черные, плотно облегающие джинсы, которые выгодно подчеркивали стройность твоих бедер и ягодиц. — Звали босс? — Да Яна, сегодня пятница, уже около трех часов вечера. Я думаю, весь офис только и делает, что смотрит на часы. Скажите им, что они могут расходиться. — Хорошо, сейчас скажу. — Ты направляешься к двери. — Подождите. У Вас есть, какие-нибудь планы на вечер? — В принципе нет. — Вы не против немного задержаться? Нужно было докончить кое-какие дела. — Без проблем, босс. Я только завтра хотела по магазинам прогуляться, а на сегодня я все равно сидела бы дома. — Вот и замечательно. Приготовьте, пожалуйста, кофе. И про себя не забудьте. — Одну минуту. — Ты повернулась и вышла.Я сложил свои документы и, откинувшись в кресле, жду тебя. Прошло какое-то время, и ты вошла, держа поднос с чашками.