Студенты

Кaк-тo вeчeрoм мнe пoзвoнилa мoя дaвняя знaкoмaя Oльгa Никoлaeвнa:— Привeт, кoвбoй! Дaвнeнькo oт вaс нe былo вeстeй!Мы рeдкo с нeй пeрeсeкaлись с тeх пoр, кaк я oкoнчил унивeрситeт. Oльгa Никoлaeвнa былa мoeй прeпoдaвaтeльницeй высшeй мaтeмaтики. Стaршe мeня oнa былa лeт нa пять, и мы с нeй хoрoшo дружили, кoгдa я был eё студeнтoм. Oнa былa сoвсeм нe пoхoжa нa других прeпoдaвaтeлeй. Oнa слушaлa рoк-музыку, нoсилa кoрoткиe юбки, нo бoльшe всeгo ee oтличaлo oт других людeй ee прoфeссии ee хoбби. У нeё былo любимoe зaнятиe — нaхoдить сeбe любимчикoв из студeнтoв и сoблaзнять их, пo oдинoчкe, или нeскoльких срaзу, зaнимaясь с ними сeксoм прямo в унивeрситeтe, приглaшaя их к сeбe в гoсти, или хoдя в гoсти к ним.Кoгдa я у нee учился, нa вид eй мoжнo былo дaть мaксимум гoдa двaдцaть двa, и eё чaстeнькo путaли сo студeнткoй. Вoлoсы oнa крaсилa в бeлoснeжный цвeт, и всeгдa любилa пoсмeяться, нaзывaя сeбя блoндинкoй, хoтя интeллeкт у нeё пoвышe, чeм у бoльшинствa мужчин, кoтoрых я знaю. Видeли бы вы, кaк oнa бeрёт интe

Серое квадратное здание университета стоит у края обширного поля рыночных палаток панельным памятником бетонной совдепии. О него дробятся бурные волны улицы Ледовых Героев. Через дорогу с утра и до позднего вечера, словно водоворот, бурлит автостанция. Маршрутка мягко подкатывает к асфальтовому причалу. Стараюсь выскочить первым, иначе придется закрывать дверь, а тут уж неминуем грозный окрик водителя: «Незакрыл!» или «По голове себе так грохни!», — смотря по обстоятельствам.Низкое крылечко — увалень вахтер с неизменным утренним «аусвайсконтролем» — и я в полутемном вестибюле вуза. Куртка набухла от дождя и прибавила в весе, кажется, пару килограмм. Гардеробщица, старушка в огромных очках, с неудовольствием берет ее: — И чего это она у тебя такая тяжелая, сынок? — А это бронежилет, — пытаюсь пошутить я.Смеясь (воистину, что старый, что малый — все равно), она вручает мне алюминиевый номерок.Над лифтами — строгая надпись: «не более 4 человек!». У двух лифтов выстроилось в очередь в несколько раз больше людей,

Я учусь в институте. По внешности я ничем не отличался от остальных в моей группе. Еще с юношеского возраста я не ровно дышал к женщинам которые старше меня на 5—10 лет. И вот однажды у нас была 4 пара информатики. Учительница по информатике была очень даже ничего, она всегда носила одежду которая меня очень сильно возбуждала. Как же я хотел ее отделать, я бы все свои фантазии воплотил в жизнь, но это были только мечты, так как она была стервой и никого к себе на пушечный выстрел не подпускала. Дак вот пришли мы на пару сели, занимаемся (я конечно замечал что она как-то ко мне с большим уважением так сазать относится, чем к другим). Я сидел прямо около нее и все время чувствовал запах ее духов, это было потрясающе. И вот где-то в середине пары она пошла раздавать очередные листочки с заданием, я сидел делал работу на компютере, моя рука была на мышке и она подходит чтобы дать мне задание и говорит мне «А вот смотри тут вот неправильно!» И ложит свою руку на мою сверху, я так возбудился что просто ужас сердце

Лена приехала по стипендии на один семестр учится в Германии. В общежитии она познакомилась с другой девушкой из России, Мариной. Марина изучала медицину, была очень общительной и имела много знакомых. Благодаря Марине и Леночка стала входить в кураж студенческой жизни Германии, со множеством вечеринок, знакомств и новых впечатлений. В своем провинциальном городке в России студенческая жизнь Лены была скорее похожа на жизнь серой мыши, которая лишь изредка вылезала из своей норки, максимум, чтобы прогуляться с бабушкой на рынок или сходить за новыми книгами в городскую библитеку. Однако Лена не скучала, а постоянно учила немецкий язык, читала книги по географии и истории. После успешной сдачи необходимых экзаменов, Лене посчастливилось прйти курсы германистики в самой Германии, чему она даже долго не могла поверить. Но в Германии Лена увидела не только спортивных и высоких (но довольно меланхоличных немцев) , но и представителей других стран. Бледноглазые, светлые мужчины никогда и не были ее типажом.

Света училась на третьем курсе, жила в общежитии с двумя девчонками - Юлей и Аней. У нее был постоянный парень - Дима. Встречались они дней двадцать, но переспать пока не удавалось. Было много причин и отговорок со стороны Светы, но главная причина - это страх. У нее еще не было мужчины, и она, наслушавшись подруг о том, что в первый раз всегда больно, очень боялась этого первого раза. Вместе с этим она понимала, что когда-нибудь это должно случиться, тем более что у них с Димой на этой почве стали портиться отношения. В тот вечер она решилась сказать ему, что в пятницу она пойдет к нему ночевать. Вечером они пошли на дискотеку. Долго танцевали, выпивали, веселились, а потом он пошел провожать ее до общаги. - Ты завтра прейдешь? - Не знаю, ты же знаешь, что мне трудно последнее время с тобой общаться. В это время он обнимал ее и она почувствовала, как его мужской орган стал подавать признаки жизни, а потом, когда они начали целоваться, он уже был в полной готовности, но как обычно на большее рассчитыват

Дмитрий теперь обращался с Леночкой как с бессловесной куклой, не выказывая никакого уважения к желаниям девушки. Он по-прежнему бесцеремонно пользовался ее ртом, когда хотел снять напряжение прямо в институте. Ему понравилось делать домашние задания в пустой аудитории, загнав Лену под стол для отсоса. Нежно сосущая член девушка уже не надеялась, что ей разрешат кончить, хозяина стала раздражать ее чувственность и он запрещал ей получать удовольствие во время обслуживания господина. По пятницам его сосед по квартире отправлялся выгуливать свою подружку, и в этот день Леночку пороли и насиловали в попку. Экзекуции были уже не столь суровы, но всегда болезненны — Дмитрию нравилось наблюдать, как девушка плачет от боли и унижения прежде чем господин соблаговолит выебать ее в задницу. В одну из пятниц для Лены началась новая жизнь. В этот вечер вставшая перед дверью на колени девушка с ужасом увидела на пороге квартиры две пары ног — ее господин решил продемонстрировать соседу чудеса дрессировки молоденьких женщи

После выученного урока рабыню можно и побаловать.Я положил руку ей на промежность, и начал там массировать. Вскоре она потекла. Я надел на своего «бойца» презерватив и лег на нее. Я размеренно входил в свою рабыню, целуясь с ней, лапая за попу, покусывая соски, шлепая по груди. И, наконец, кончил. Чуть-чуть полежал, затем развязал свою игрушку.Я сел в компьютерное кресло, поставил ее на колени перед собой и приказал: — Теперь мастурбируй.Она покраснела. Но начала. Вскоре к правой, ласкающей тремя пальцами вагину, руке присоединилась и левая, ласкающая грудь. — Можно сменить позу, Хозяин? У меня ноги болят, — попросила она через некоторое, и я разрешил. — Она легла на спину и продолжала удовлетворять себя. Вскоре она кончила, прикусив губу и сильно выгнувшись. — Спасибо Хозяин, — Она подползла ко мне и поцеловала ступню. Я понял, что ей нравится целовать ноги. Все ее рабское положение она демонстрировала себе этим действием. Она замерла, лежа у меня в ногах и восстанавливая дыхание.Спустя несколько минут я вос

Это произошло через неделю после покупки страпона, тоже в субботу. Мы с Настей проснулись, вылизали друг друга, я хотела помыться, но Настя меня остановила. На ночь она поставила скачиваться порно-фильм и теперь, утром, хотела, чтобы мы его посмотрели.Развернув экран, Настя развалилась на диване и я последовала ее примеру. Не успела она нажать на play, как что-то вспомнила и ушла на кухню, вернувшись через минуту с полным графином мочи и двумя фужерами, что меня очень обрадовало — как раз хотелось пить. Мы разлеглись, отхлебнули из бокалов и начали смотреть фильм.Это оказалось даже не bdsm, как я ожидала, это было копро, причем бразильское лезбийское копро. В нем, на веранде летнего дома, около десяти красивых загорелых девушек сначала вылизывали друг друга, потом писали друг на друга и потом уже какали друг на друга, иногда на тело, иногда сразу в ротик и съедали какашки. Меня это возбудило, но сам по себе факт съедания говна вызывал у меня страх и отвращение, хотя выглядело все это очень сексуально.