На сайте содержаться материалы доступные только совершеннолетним. В противном случае немедленно покиньте данный сайт.

Джек-2. Часть 6

Фантазии

Однажды мне довелось проснуться от того, что девушка ласкала мой член рукой. Делать минет она не слишком любила, а вот дрочить приноровилась, и похоже ей это нравилось. Я в тот раз проснулся с мощнейшей эрекцией и сразу отправился в туалет - из-за перенапряжения даже не хотелось позволить ей довести себя до оргазма.

А вот сегодня меня разбудили самым что ни на есть приятным образом. Еще сквозь сон я почувствовал, как мягкие уверенные губки осторожно касаются обнаженной головки члена, не навязчиво и плавно щекочет ее язычком Джес. Очень может быть, что именно так она и представляла себе охрану моего сна, хотя чисто теоретически от подобных соблазнительных действий люди обычно быстро просыпаются. Я не стал исключением. Какое-то время лежал без движения на спине, приходя в сознание.

Я спал без покрывала, жара была такая, что можно было хоть по улице голышом ходить. Просто лежал и с наслаждением ощущал, как негритянка трудится над моим торчащим членом. Я обожаю минет, и мне нравится, когда девушка тоже любит сосать, потому что это не заставляет меня чувствовать себя виноватым. И еще мне нравится кончать им на лицо, на грудь, в рот, на волосы: И смотреть, как девушка сидит передо мной, вся облитая спермой, улыбается и растирает ее по сиськам... Это значит, что ей тоже нравится быть обкончаной шлюшкой: Впрочем, хватит фантазий, у меня между ног есть волне реальный объект для издевательств.

Я открыл глаза. Джес действительно замерла возле моей промежности, с членом во рту, и внимательно следила за мной. Увидев, что я проснулся, она тут же отпустила пенис и тихо отползла в сторону.

- Я тебя разбудила? Прости, я не могла сдержаться: - Забормотала она. - Он так соблазнительно стоял, что. .

- Не извиняйся. Я понимаю. - Я улыбнулся. - Иди ко мне:

Девушка все еще была совершенно голая, и я решил спросить:

- Тебе нравится ходить голышом?

Она кивнула:

- Конечно. Это гораздо лучше, чем в одежде! И ты можешь любоваться моим телом, сколько хочешь.

- Точно: Когда мы приедем ко мне, я куплю тебе кучу платьев и прочих тряпок. Просто для разнообразия. Но разрешу ходить голой сколько пожелаешь. Даже по улице - иногда и в некоторых местах.

- Правда? Здорово! - Она радовалась так, слово я пообещал ей поездку в Диснейленд на новогодние каникулы.

- Конечно. Мне нравится смотреть на голую девушку, которая ходит по моему дому. - Я ухмыльнулся.

- Это хорошо. А на что на теле девушки тебе больше всего нравится смотреть? - Она явно напрашивалась.

- На все. - А то я мало таких вопросов выслушивал. . - Но больше всего - на твою грудь. На соски, которые так прекрасно торчат, и болтаются в воздухе при ходьбе: На твою попку, круглую, мягкую, упругую: на твои длинные ножки и пальчики, когда ты босиком:

- А на то, что между ножек? - Девушка приблизилась и нависла надо мной, все еще лежащим на спине. Черные волосы падали мне на лицо, а большие торчащие сиськи отвисли и выглядели еще более развратно и соблазнительно, чем обычно.

- И на то, что между ножек, само собой, тоже: - Я протянул руку, впервые коснулся ее черной влажной киски. Половые губы были мягкими и податливыми, как и все ее тело. Я просунул палец в щелочку и нащупал нетронутую девственную плеву. Джес порывисто вздохнула. Большим пальцем руки я нашарил ее клитор и начал осторожно водить вокруг него кругами, изредка надавливая прямо на чувствительную точку. Джес начала непроизвольно двигать тазом в такт моим движениям, закрыв глаза и выгнув спину. Она была похожа на дикую пантеру, которая мечтает о том, что сейчас ей как следует засадят по самые яйца...

- Адри: анн: - Промычала она с трудом контролируя дыхание: - Возьми меня: Пожалуйста: Я хочу тебя:

Я улыбнулся. Обожаю таке моменты, когда девушка настолько возбуждена, то сама начинает умолять отыметь ее. Я могу довести ее до самого последнего порога желания, когда она будет уже не умолять, а требовать, кричать, впиваться ногтями во что попадет, лишь бы только в ее горячую дырку вогнали наконец вожделенный толстый длинный хер.

- Правда? Ты хочешь, чтобы я взял тебя? Как ты хочешь, чтобы я сделал это?

- Сильно: Жес: жестко: По самые: яйца... Вставь его в меня, пож. . алуйста: Адриан, трахни меня, прошу тебя-а-а. .

Я резко сдавил левой рукой ее сосок. Джес вскрикнула.

- Черномазая шлюшка мечтает, чтобы ее отымел своим длинным белым членом старина Адриан? Отвечай!

- Да, мастер: Ваша черномазая шлюшка мечтает об этом, умоляет об этом...

Я мучал ее обоими пальцами, теребя клитор и половые губки, а другой рукой ухватил за волосы и крепко сжал.

- Хочешь, чтобы тебя выеб в твою черную пизденку первый встречный парень, который отбил тебя у уличных отбросов? Ты этого хочешь? Отвечай сучка! -Я дернул ее за волосы

- Да-а-а... - Негритянка простонала, ее руки сжались на моей груди, до боли царапая ногтями. - Я хочу, чтобы мастер выебал мою черную дырочку так жестоко, как он пожелает: Трахните мою пизденку мастер, умоляю-ю-у-у:

Эта развратная голышка умоляла с такой искренностью, что я не выдержал и с силой вогнал член ей между ног. Ощутил секундное сопротивление, затем прорвал преграду и вторгся в длинную горячую вагину, сжимающуюся вокруг члена. Джес громко вскрикнула, захлебнулась, закашлялась: Я продолжал двигать внутри нее членом, не обращая ни на что внимания. Просто сжимал ее здоровенные черные сиськи в кулаках, со всей силы насаживал ее дырку на свой жаждущий разрядки член, и долбил, долбил, долбил: Узкая горячая молодая, влажная дырка: Трахать ее и забыть обо всем, просто буравить негритянку своим фаллосом, это такое наслаждение!

Не знаю, сколько так прошло времени. Может быть минута, может - пять, или десять. Я почти не помню, что тогда происходило, потому что сознание ушло куда-то на периферию. Остались лишь инстинкты. Это был один из немногих для меня половых актов без презерватива, и последний раз был страшно давно. Я успел забыть, какое это блаженство - орудовать торчащим голым членом в тугой женской писе, ощущая вокруг ее плоть, когда никакие латексные глупости не мешают:

Джес стонала. Громко, сладко, во весь голос. Иногда кричала. Царапала мне руки, грудь, бока. Иногда просто падала на меня не в силах держаться, и я чувствовал, как бешено колотится сердце негритянки. Ощущал на своей коже ее прерывистое дыхание. Потом она снова приподнималась, хватала меня своими тонкими пальчиками за плечи, и начинала бешено скакать в ритм со мной. А я все это время лежал на кровати и равномерно трахал ее между ног, в сладкую тугую черную дырочку.

В какой-то момент мне надоело, что она нависает надо мной. Я без слов остановился (Джес издала негодующий стон, похоже момент был неподходящий) , вынул из нее хер, взял за руки, и быстро уложил на кровать.

До девушки дошло, что веселье продолжается, она улыбнулась, и быстро раздвинула ноги. Я лег на нее, не отпуская предплечий, буквально распял ее на постели. Придавил всем весом, и снова вставил член ей в пизденку. Снова порывистые ахи-вздохи, только уже не от боли, а от удовольствия. Обхватила руками спину, впилась ногтями: Похоже завтра я буду весь в царапинах. Плевать.

Я начал методично двигать телом вперед, назад, вставляя в Джес по самые яички свой член. Длина ее влагалища как раз позволяла разогнаться во всю, и я от души долбил ненасытную негритянку в ее мокрую похотливую щелку. Что делал ртом - плохо помню. Кажется, кусал ее за шею. Или за губы. Или за уши. А может, буравил языком ушко, щекотал и шептал всякие грязные пошлости. А может, все вместе или по очереди, так как она извивалась подо мной в конвульсиях, словно я жег ее раскаленным металлом. Сильно и громко кричала, пыталась вырваться, но я сжимал ее руки стальной хваткой, и не желал отдавать негритянке ни миллиметра свободы.

В конце концов я обнаружил, что через пару секунд взорвусь, и не раздумывая засадил Джес так глубоко, как смог. Она выгнулась дугой, зашлась в крике. Я всадил член еще раз. И еще, пока сперма не хлынула прямо в нее, заливая все влагалище, вытекая и пачкая простыни. .

Я продолжал долбить ее до самой последней секунды, пока не ощутил, что иссяк. Тогда прекратил двигаться и посмотрел на лицо негритянки.

Она лежала неподвижно, уставившись глазами куда-то в потолок, только блестящие от пота черные сиськи вздымались в сильных глубоких вдохах. Я двинулся во влагалище последний раз: рухнул на Джес и вырубился.