Чарли Две Рубашки был индеец из племени Нес-Пэйв. Его отец, дед, прадед, прадед прадеда, да и вообще все родственники владели всей этой землей так долго, что самое начало уже давно стерлось из памяти. Но пришли бледнолицые, убили бизонов, заманили в ловушку бобров и оттеснили народ Нес-Пэйв в маленький уголок их огромной страны. А затем, когда была найдена нефть, бледнолицые пришли снова и выгнали их даже оттуда.
Это было последней каплей. Но народ узнал законы бледнолицых, они боролись в судах и выиграли. Нес-Пэйв стал независимой нацией и заставил уважать себя. А благодаря нефтяным лицензионным платежам они получили достаточно денег, чтобы оставшимся Нес-Пэйв больше ничего не требовалось.
Семья Чарли и пять других законно обладали теперь миллионом акров кустарника и пустыни. Они не хотели для себя ничего ... ничего, кроме МЕСТИ!!!
Два федеральных шоссе текло через их страну, машины по ним шли редко и здесь они стали мстить бледнолицым. В прошлом столетии бледнолицые похитили их землю и злобно нарушили их традиции, зато теперь они могли мстить...
Чарли и Родди достали пистолеты, в унисон взвели курки. Брюнетка сразу замолчала.
Родди отшвырнул ее назад к фургону:
- Попробуй еще поскули! Это сопротивление офицеру полиции! Что застрелить тебя, чтобы другие не пререкались?
Его револьвер был приставлен к ее виску. Выстрел разнес бы ей голову, поэтому она дрожа оперлась руками о машину и замолчала. Она не двигалась. Она даже попробовала прекратить дышать.
- OK, теперь все выходите из машины и будьте осторожны, а то мы будем вынуждены применить оружие,- приказал Чарли.
Теперь и Майк добрался до них, вышел из полицейского автомобиля и достал револьвер. Он также направил его на испуганных преподавательниц, спотыкаясь вылезающих из фургона.
Все вышли и были поставлены строем у своей машины. Перед мужчинами навытяжку стояло шесть встревоженных молодых женщин. К одной из них, невысокой шатенке лет около 30-ти с длинными, до талии, распущенными волосами, прижималась съежившаяся от страха светленькая 10-летняя девочка.
- А это кто?- спросил Чарли, указывая на нее.- Тоже преподаватель?
- Моя дочь Эмили,- ответила шатенка.- Она учится в нашем колледже.
Родди тем временем обыскивал фургон. Он вытащил все чемоданы и начал в них рыться, надеясь отыскать хоть что-нибудь противозаконное. Ничего такого не было, но зато в одной сумке он нашел вибратор.
- Отлично, теперь признавайтесь, кому из вас принадлежит это, кто из вас нимфоманка с большой щелью?- с ухмылкой спросил Родди.
Шатенка съежилась и начала рыдать.
- Я думаю, мы имеем право назвать тебя потаскухой?- спросил он плачущую женщину, хватая ее за руку и поворачивая кругом.
- Д... д... да, сэр,- она запнулась.
- Это особо большой? Или это гигантский размер, а, шлюха? И ты используешь эту мерзость только для себя, или для дочки тоже?- Родди ударил ее по губам белым пластмассовым устройством.
- Что же вы так издеваетесь!? Да при ребенке! Вы...
БАХ!!!
Чарли выстрелил около ее правого уха. Шатенка вскрикнула и сразу перестала возражать.
- Теперь с пререканиями будет строго. ОК, потаскуха, так какой это размер, особо большой или гигантский?- повторил вопрос Чарли.
- Я... я не знаю.., я только получила это.., моя подружка подарила это. Я..,- зарыдала шатенка.
- Хорошо, но это плотно прилегает или меньше твоего влагалища?- спросил Родди.
Женщина плакала и не отвечала.
Родди подошел к ней и ударил по носу искусственным членом:
- Когда я спрашиваю тебя, онанирующая шлюха, ты мне отвечаешь, понятно?
- Это... является... о, Боже!... это плотно прилегает,.. сэр,- она запнулась.
- Хорошо, теперь мы все хотим увидеть, правда ли это,- сказал Майк.- Никто не поверит, что у такой потаскухи, как ты, узкое влагалище. Мы хотим убедиться, действительно ли это твой размер.
А Родди добавил:
- Все твои подружки такие симпатяшки, что наверняка это используют. Да и шлюшка твоя тоже. И ты наверняка хочешь нам показать, как это делается. Или ты считаешь, что мы все помрем, увидев это? Не думай, что мы дураки. Держу пари, остальные тоже покажут нам, какие они шлюхи. Согласны? Вы все шлюхи?- кивнул он съежившимся женщинам.
- Думаю, шериф, что мы наткнулись на передвижной бордель. Давайте разденем их и увидим, шлюхи они или действительно преподаватели,- сказал Майк.
- Хорошая идея. Снимем с них одежду и определим их профессию, все-таки потаскухи они или учительницы,- подтвердил Чарли.
- Теперь, когда тебе понравился вкус, я хочу увидеть, как ты глотаешь. Я уверен, что это тебе тоже понравится.
Казалось, она бы умерла, если бы сделала это. Но она была уверена, что точно будет застрелена, если не сделает. Джоанн заставила себя приоткрыть горло и глотнуть. Ее тошнило, но рука в волосах и револьвер, приставленный к голове убедили ее, что все это надо проглотить.
- Теперь я вижу, что эта шлюха умеет, но в следующий раз хочу, чтобы ты делала это лучше. Даже проститутки, не то, что преподаватели, за которых вы себя выдаете, знают, что детишек в школе заставляют много раз повторять, пока они не выучат. Так что ты снова это попробуешь. И когда я захочу, я буду мочиться только в твой очаровательный ротик. OK?- спросил Чарли.
- Д... д.., о Боже... да, сэр,- еле выговорила она, надеясь, что вскоре этот кошмар закончится и их отпустят.
- ОК, а теперь давайте посмотрим, как себя удовлетворяют извращенки,- сказал Родди, показав искусственный член съежившейся владелице, пытающейся отвести от него глаза,- не стесняйся, разденься совсем и покажи нам, какой кайф ты получаешь от этого.
Смеясь он стащил с Катрин трусики и двумя ударами ботинка раздвинул ей ноги. Шерстка в ее паху была слегка подбрита и пострижена, образовывая аккуратный ровненький треугольник. Чарли улыбнулся:
- Да, чувствуется, что ты любишь показывать всем свою щелку. Недаром так за ней следишь.
Майк при этом стоял чуть в стороне и внимательно наблюдал за происходящим. Тут он заметил, что наружные половые губы у нее были довольно большими и слегка отвисали. Майк сразу же обратил на это внимание приятелей:
- Шериф, лейтенант, посмотрите на эти висюльки. Ее подружки - лесбиянки здорово их оттянули. Они от этого такие громадные стали, что через них ни один член не проберется.
Родди нагнулся и подергал ее за губы:
- Да и какой парень в такие лопухи и мусорные тряпки полезет. На одну положит, другой прихлопнет, ничего и не останется! Потому только сама с собой и может. Ха-ха-ха!
Она побагровела от стыда и попыталась заслониться ладонью, но Родди уже поднес прибор к ее промежности и сунул в руку:
- Ну ты что, шлюха, уморить нас хочешь? Давай, показывай, как этим работаешь! И еще. Ты же не в лифчике этим занимаешься. Так что снимай и побыстрее! Ты хочешь должно быть замучать нас всех ожиданием, а у нас нет целого дня, чтобы попасться на удочку с бандой таких проституток, как вы.
Рыдая она щелкнула застежками бюстгальтера, сняла с тела последнюю защиту, прикрыла грудь одной рукой, а другой попыталась засунуть вибратор в свое сухое съежившееся отверстие. Ничего не получилось.
Эмили с расширенными глазами смотрела на то, что вытворяют с ее матерью. Но тут не выдержала - закрыла лицо руками и заплакала. А Катрин умоляюще посмотрела на Родди.
- Ты что, не знаешь, как это делается? Я тебя что-ли должен учить? Разогрейся, пусти сок, а мы проверим, действительно это твой размер или нет,- с ухмылкой сказал Родди, забирая у нее член.
Женщина просительно посмотрела на него и отрицательно покачала головой. Родди в ответ поднял револьвер и направил на нее.
БАХ!!!
Она закричала, упала на колени и только тогда поняла, что он застрелил не ее самое, а всю ее прошлую жизнь, а теперь он придвинул горячий ствол к середине ее лба:
- Следующая дырка будет у тебя в голове!
Она послушалась, закрыла глаза и попробовала выполнить приказ. Катрин опустила руку вниз и стала гладить клитор так же, как часто, скрывая это от дочери, делала в постели. Она прихватила правый сосочек и стала его щекотать. Но, стоя совершенно обнаженной, с раздвинутыми ногами перед похотливыми взглядами трех полицейских, она не смогла выполнить эту оскорбительную задачу, лицо ее оставалось бледным, а влагалище даже не увлажнилось.
БАХ!!!
- Это безнадежно. Держу пари, эта длинногубая сука мечтает о своей подружке. Держу пари, она - лесбиянка. Думаю, что как раз ты - ее партнерша,- Родди указал пальцем на голую съежившуюся коротко остриженную брюнетку - водителя.- Давай, помоги своей подружке. Так же как у себя вы обе делали с всеми школьницами, которых совратили, если, конечно, вы действительно училки.
- Нет, пожалуйста... мне неприятно с женщинами... я не могу, пожалуйста, не надо,- взмолилась та,- я не...
- Не надейся на сострадание, шлюха. Или ты поцелуешь эту обвислую сучку, или я ее пристрелю, а ты займешь ее место с этой игрушкой,- сказал Родди, размахивая искусственным членом перед лицами девушек.
Выбора не оставалось, она не могла позволить ему убить Катрин, поэтому быстро встала перед ней на колени и умоляюще на него посмотрела.
- Поцелуйтесь, как вы обычно делаете.
Джоанн быстро чмокнула Катрин в низ живота и сразу отодвинулась, чтобы грудями случайно не дотронуться до нее.
- Нет, не так! Делай все как следует! Язычком! И сиськи ей целуй, и щелку натирай, как школьницам своим ненаглядным!- Родди поднес ствол к ее голове.- И быстро давай, у нас нет целого дня, чтобы с вами заниматься!
Она никогда в жизни так не делала и не хотела делать.., она не будет.., она не может.., но удар револьвером по затылку заставил ее приподняться, крепко обнять Катрин и начать крепко, взасос целовать ее сосок. Ее груди от этого терлись о живот Катрин, ее соски и соски Катрин поднимались. А полицейские это видели, что было даже хуже всего.
Ствол в ухе убедил ее встать и поцеловать Катрин в губы. Джоанн почувствовала в своем рту ее язык и из-за этого приостановилась. Но тогда сразу ощутила, как рука Катрин опускается по ее животу и начинает ласкать волосы на лобке. "Может быть Катрин действительно лесбиянка? Или в глубине души лесбиянка она сама, если делает все это..."
- Немножко получше, но тебе надо как следует завести ее или будет хуже! Вам обеим!- приказал Родди.
Джоанн съежилась, но положила руку на левую грудь Катрин. Она почувствовала твердый сосок. Она никогда не трогала, никогда не чувствовала соска другой женщины. Это было похоже на свою грудь.., но чужая была так же нежна, как собственная... и еще она почувствовала, как против воли начинает увлажняться ее промежность. Она не должна делать это, это противоестественно... Боже, да еще на глазах у ребенка...
- Теперь опусти руку и потри ее клитор. Ты знаешь как! Сама делала это тысячу раз,- сказал Родди.
Она положила руку на лобок Катрин и впервые дотронулась до ее бугорка. Он был набухшим, почти что твердым. Она не должна была это делать, но была вынуждена... Она мягко двумя пальцами потеребила его и услышала, что Катрин застонала.
- OК! Теперь мы видим, что ты умеешь. Так что сейчас оттрахай ее этим,- Родди положил искусственный член в левую руку Джоанн и опустил к тому месту, где лобки девушек почти соприкасались.
Катрин посмотрела ей в глаза и безысходно попросила:
- Пожалуйста, только медленно.
Ствол в ее ухе убедил, что никакого выбора у нее не было. Так что Джоанн начала медленно вдвигать прибор во влажное отверстие Катрин, но полностью задвинув его, замерла. Она кинула взгляд вокруг, но тут Катрин конвульсивно содрогнулась и впилась в нее страстным поцелуем. Джоанн попыталась вырваться из ее объятий. Это было бесстыдство, то, что они делали это на глазах у всех, у дочери Катрин, то, что они совершенно голые стояли перед мужчинами. Они не должна была делать этого... и, тем более, она сама не должна была от этого возбудиться... Но она чувствовала, что в грудь Катрин упираются ее уже твердые соски, а по ее руке из влагалища Катрин течет сок. Да и сама она была уже влажной. Это было ужасно. Она не должна была...
- Прекрасно! Теперь надо, чтобы все убедились, плотно в тебя вставляется эта игрушка, или нет,- Родди схватил Катрин за волосы, заставил согнуться пополам и грубо раздвинул ей ягодицы.- Я так и думал. Ты потекла, да еще как! Из твоих лопухов целый потоп! А дырка у тебя такая, что я только слышал о лошадях с таким отверстием, но даже не видел ни разу. Только не думай, что ты меня своими прелестями соблазнишь. Ты, кажется, тип bi. И с кем ты больше любишь? С мальчиками, с этим, или с этим?- Родди покачал вибратором, а потом указал на пах ее подруги.
Катрин только всхлипнула, но ничего не ответила. Родди вновь втолкнул искусственный член в теперь уже совсем мокрое отверстие и сказал:
- Хорошо, я думаю, мы выяснили истинную природу этих сук,- он оттолкнул их к фургону и посмотрел на ребенка и четверых оставшихся женщин, среди которых отметил молоденькую рыжеволосую девушку, с головы до пят усыпанную веснушками.
Родди подошел к девочке, все еще закрывавшей руками лицо, слегка ударил ее по сосочку, а потом резким сорвал с нее трусики и оттопыренным пальцем залез ей между ног:
- Всегда надо проверять, не спрятали ли эти шлюхи оружие или наркотики. Это - во всех учебниках столичной полицейской академии. Я получил "A" за этот курс... Нет, ничего такого нет. Но кажется она еще целка. Да и пушок на щелке только чуть пробивается. Зато мягенький какой!- он погладил Эмили по лобку.
- Родди, шеф будет недоволен, если ты с ней слишком...- начал было говорить Чарли, но Родди его перебил:
- Хорошо, мы оставим тебя напоследок, а пока разберемся с остальными шлюхами,- с этими словами он повернулся к стоящим в стороне преподавательницам и с каждой исполнил целый ритуал: сорвал бюстгальтер, сильно ударил сначала по левой, а потом по правой груди, крепко ущипнул за оба соска, а напоследок с обеих сторон глубоко запустил две руки в трусики и поковырял там:
- И у этих ни оружия, ни наркотиков, только волосы, да сухие съежившиеся дырки. А вот из этой блондинки какая-то веревка торчит. Интересно, что это такое? Думаю, чтобы привязывать к себе животных. Вы трахаетесь с собаками, или с ослами, или с кем? Ну, сейчас посмотрим.
От исследования их потайных частей девушки только взвизгнули, но были слишком испуганы, чтобы ответить или хоть как-то оградиться от позора. А Родди тем временем стащил с них трусики и стал внимательно рассматривать обнажившееся тело:
- Так это тампон. Раз не прокладка, а тампон, значит, с собаками, чтоб они лучше запах течки из щелки чуяли. А волосы на лобке-то у тебя черные. Что же ты не вся покрасилась, раз уж наверху блондинка, значит, и внизу должна быть такая же. Сразу видно, что вы все действительно передвижная группа шлюх, разъезжающая, чтобы соблазнять самых буйных парней. Так что я собираюсь отконвоировать вас к шефу, чтобы тот после Танца Облака решил, что с вами делать. А заодно и течка твоя пройдет. У нас тут такие, как ты, не текут.
- Какого Танца Облака? Не надо!! Пожалуйста, отпустите нас! А то мы сообщим...
БАХ!!! БАХ!!!
- Сообщите... Что?? Кому?? Мы - представители закона, офицеры полиции, и мы остановили группу путешествующих проституток, пытающихся продать свои задницы. Вы все - мерзкая грязь. Лучше заткните свои поганые хари, а то прямо сейчас всех разделаем на кожу для ботинок.
Выстрелы заставили обнаженных женщин замолчать и они сжались в испуганную кучку, пытаясь заслониться от оценивающих взглядов полицейских.
Родди подошел к своему автомобилю и спросил у Майка:
- Где Фред? Мне нужна та цепь и тюремный фургон для этих шлюх.
- Его пока нет. Придется вести их пешком. Зато наручников хватит.
Две пары наручников Чарли и Родди отстегнули от пояса, еще пять достали из машины, вместе с Майком вывернули руки пленниц за спину и одели наручники. В это время заговорил приемник:
- Я уже в пути. Прочищал двигатель. Не уходите далеко,- послышался голос Фреда.
Чарли шел рядом со скованными девушками и все время гладил идущую впереди рыженькую по попке и веснушчатым грудкам, взвешивал их в ладони, подергивал за длинные сосочки. Да, Дух Облака услышал его желание. Только этого типа сисек недоставало для стеганого одеяла... От этих мыслей он почувствовал шевеление красной головки в брюках, сразу же остановил процессию, нагнул девушку вперед и пристроился к ее заду. Она попыталась протестовать...
БАХ!!!- выстрелил пистолет Майка. Девушки замерли.
А у Чарли ничего не получалось, было слишком туго. Тогда он снял с рыженькой наручники, велел нагнуться еще ниже, оттопырить зад и руками развести ягодицы.
От такого зрелища, когда все было раскрыто и торчало наружу, мужчины возбудились. Родди заставил согнуться Джоанн, а Майк вытащил тампон из блондинки и влез в нее. Три женщины встали головами друг к другу эмблемой "Мерседеса", а девочка и трое других стояли рядом и в ужасе смотрели на ухмыляющихся мужчин, насилующих их безропотных подруг...
Тюремный фургон наконец подъехал, Фред сразу же слез с него и подскочил было к Эмили, но Чарли его предупредил:
- Учти, если что, с вождем за целку будешь сам разбираться! Возьми лучше ее мамашу.
- Ну ладно, не бухти,- ответил Фред и подошел к Катрин. Средним пальцем он залез ей между ног и сообщил:
- Она же совершенно сухая. Что вы с ней делали? Трахали кактусом?
- У нас эта длинногубая уже текла. А сейчас просто ожидает, пока ей заплатят, тогда и даст сок. Теперь вот что. Где цепь?- спросил Чарли.
- В машине со мной. Защелки - там же, в деревянном передке. Свяжите сами, я еще не дощупал до конца, а у вас времени хватило.
- OK, продолжай, и можешь заняться ее щелкой в фургоне. Она-то наверняка возражать не будет. А в этих шлюх мы уже спустили,- ответил Родди.
- Конечно, интересно только новое, вами еще не использованное,- ответил Фред, перебирая в шатенке пальцем.
Чарли принес цепь, набросил петлю на шею Джоанн и защелкой прикрепил ее к цепи. Затем отпустил цепь фута на два, пристегнул блондинку, вслед за ней рыжую Фрэнси, на которую уже одел наручники, затем остальных девушек, а потом привязал цепь к своему мотоциклу. Все было готово для отправки в поселок.
- Что вы еще хотите с нами делать? Вы же не можете волочь нас на этой цепи. Пожалуйста...- Барбара начала было скулить, но Родди кулаком заставил ее закрыть рот:
- Когда мы дойдем до места, то лично засуну во все твои дырки по кактусу! И ты убедишься - мы можем волочь вас всех, куда захотим. А теперь заткнитесь и вперед!
Только что изнасилованные скованные женщины не могли сопротивляться. Чарли завел мотоцикл. Под рев двигателя и столбы взметаемого песка спотыкающиеся голые девицы потащились за индейцем. Фред разобрался с Катрин, заставив ребенка смотреть на насилуемую мать, прицепил их автомобиль к своему и поехал следом. "Теперь у нас еще один новый хороший автомобиль. Да, Дух Облака заботится о своих людях"- подумал он.
Фред прищурился и посмотрел на цепочку новых рабынь, исчезающих за холмом. Он надеялся, что теперь вся деревня долго будет говорить о них и их добыче. И недаром. Ведь пару последних раз он должен был днями ожидать, пока кто-нибудь из приятелей не утомится белой щелкой, и только потом он сможет опустить туда свой фитиль...
Остальные девушки тоже запротестовали. Но шум был сразу остановлен вождем, поднявшим руку:
- Чарли, эти белые шлюхи еще не знают свое место. Думаю, близкое знакомство с Трудолюбивыми объяснит им ошибку. А перед этим покажи их всем нам и расскажи, что у них нашел.
В это время подъехал фургон с Фредом. Он вытолкнул голенькую Эмили из машины и подвел к матери:
- Забирай свое сокровище!
Катрин, увидев дочь, немного успокоилась, а Чарли выставил девиц перед вождем и начал:
- У этой мамаши,- он указал на Катрин,- мы нашли искусственный член. Вот он. Она с ним так сильно работала, что щель у нее, как у лошади, а губы висят чуть не до колен,- тут он обратился к ней:
- Раздвинь-ка ноги и покажи все свое хозяйство.
Катрин стояла как вкопанная и Чарли спросил:
- Ты хочешь, чтобы сначала мы разобрались с твоей шлюшкой?
Женщине ничего не осталось, как выполнить приказ, но Чарли этим не удовлетворился:
- Нет, так плохо видно. Повернись спиной, нагнись и руками разведи свою задницу.
Вдруг из толпы раздался голос:
- Мама, мне плохо видно!
Чарли сразу решил этим воспользоваться и еще больше унизить Катрин за ее угрозы:
- Давай, шлюха, подойди к ребенку, задом только, и покажи свои губки ему,- а сам тем временем, пока женщина покорно пятилась с раздвинутыми ягодицами к толпе, указал вождю на Эмили:
- Это - ее дочка. Кажется, еще целка. Мы с ней ничего не делали, только осмотрели.
У вождя при взгляде на обнаженного ребенка сверкнули глаза и он произнес:
- Пусть она,- он кивнул на согнувшуюся в три погибели Катрин, демонстрирующую всем свои половые органы,- покажет.
- Ты слышала?!- рявкнул Чарли.
А Катрин пришлось, вдобавок к собственным унижениям, взять дочь на руки и, встав перед вождем, собственноручно раздвинуть ей ноги, развести складочки, чтобы тот убедился в девственности ребенка. Вождь покопался двумя пальцами в раскрытой промежности девочки, вытер руку о ее лобок, удовлетворенно кивнул и обратился к Чарли:
- Хорошо, продолжай.
Тот ткнул в сторону Джоанн:
- Эта шлюха сидела за рулем. Она bi, длинногубая маманя ее подруга и они любят трахать друг друга. А еще она в восторге от красной мочи. Обещала выпить у всего племени.
- У этой,- он показал на Барбару,- в щелку был засунут тампон, чтобы собакам было удобней нюхать. Она вообще предпочитает с животными трахаться. А эта рыжая,- он крутанул Фрэнси за сосок,- очень хорошо подойдет для нашего одеяла, а то на нем веснушек еще не было.
Вождь медленно провел взглядом по женщинам и обратился к Чарли:
- Ты их осмотрел, но не сделал выводов. Мы можем облегчить Трудолюбивым задачу. Проколите первой шлюхе ее длинные губы, вставьте кольца и цепочками оттяните пониже. А потом, пока не зажило, отведите на север к Трудолюбивым. И ее и остальных. А ребенок пусть будет рядом, смотрит, что бывает за непослушание,- с этими словами он повернулся и ушел, не обращая внимания на крики женщин.
Связанную Катрин уложили на землю и широко развели ей ноги. Толпа их окружила, а дети протиснулись вперед, чтобы было лучше видно, и чтобы не упустить ничего из происходящего. Эмили с ужасом смотрела на то, что делают с ее матерью. А к ним с инструментами подошел кузнец, уже знакомый с этой работой по соскам предыдущей пленницы. Он проколол Катрин срамные губы, вставил туда кольца и приковал к ним тонкие цепочки. Потом подергал за цепочки, чтобы все видели, как хорошо держится его работа и как хорошо видно все женское устройство, если цепочки растянуть в стороны. После этого кузнец сказал, что все готово.
Чарли вновь опутал пленниц цепью и в сопровождении толпы повел свой бренчащий железом голый отряд к холму на севере деревни.
Там в землю двумя рядами были вбиты колья. Мужчины поставили своих рабынь на колени, а их широко раздвинутые ноги привязали к кольям. Лицами их уткнули в грязь, а руки остались скованными за спиной. Эмили привязали к столбику, торчащему чуть поодаль.
Все интимные места женщин были раскрыты и выставлены на всеобщее обозрение. Мужчины не переминули этим воспользоваться. Девушек ощупывали со всех сторон, а они даже не видели, что с ними делают. А любопытные детишки щипали пленниц за груди, засовывали пальцы и палки в призывно распахнутые влагалища, ковыряли веточками в задних проходах. Несколько человек подошло к ребенку и причмокивая от удовольствия стали шарить по ее телу, хватать за набухшие сосочки, поглаживать реденькие волосики в паху.
Скоро к Чарли подошла девушка - индеанка с большой флягой.
- Вождь сказал, чтобы ты это использовал. Трудолюбивые должны праздновать,- сказала она, а потом приблизилась к Катрин и крепко шлепнула ее по ягодице:
- Запомни, как бить моего щенка.
С этими словами Маленькая Голубка повернулась и ушла с холма. Она была довольна. Длинногубая шлюха, обидевшая ее собачку, надолго осталась с Трудолюбивыми.
Чарли взял флягу, понюхал ее содержимое и улыбнулся:
- Да, от этого вы будете ссать кипятком. Это - настоящий пчелиный мед. Держу пари, что не пройдет и пары часов, как вы все будете клясться в том, что вы шлюхи, признаете свою вину и будет просить у племени прощения.
С этими словами он начал покрывать медом бедра и ягодицы пленниц. Особенно тщательно Чарли намазал открытую женскую мякоть и задние отверстия, провел липким пальцем по цепочкам Катрин и лицам рабынь, а потом уселся рядом на камень подождать результатов своего труда:
- Я думаю, вы знаете, но если нет, то Трудолюбивые на вашем языке называются "МУРАВЬИ",- Чарли передвинулся в тень.- На востоке Трудолюбивые совсем слабенькие, но тут у нас живут особо жгучие красные. Так что учтите, если вы быстро не сознаетесь, то Трудолюбивые могут поработать и сегодня до конца дня, и ночью, и завтра. Спешить нам некуда.
Арлин начала кричать сразу, как только пара муравьев, используя ее длинные волосы как шоссе, добралась до лица. Другим муравьям понравилось, как вытянута нога Фрэнси и скоро они уже ползали в ее промежности. Она завизжала и попыталась вырваться, но ее лодыжки были привязаны к кольям...
Скоро уже все женщины кричали и умоляли прекратить пытку. От кучи муравьев, поглощенных пиршеством, сладкие места изменили цвет с желтого на рыжий. А в тех местах, где их оттопыренные ягодицы не были покрыты муравьями, солнце поджаривало обнаженную кожу.
Фред и Майк подошли к Чарли:
- Надо бы сюда принести полный холодильник пива и заткнуть уши от этого бабьего крика.
- Это точно. Но надо бы и лошадок разобрать. Мне, например, нравится вот эта с веснушками. Думаю, что мой фитиль от нее будет хорошо вставать, если, конечно, проклятые муравьи не съедят все ее мясо. Конечно, еще лучше дочка этой длинногубой, но ее наверняка возьмет вождь. Он у нас спец насчет свежатинки. А нам можно только посмотреть, да пощупать,- ответил Чарли.
- Нет, Чарли, это нечестно. В прошлый раз ты был раньше, а я получил только остатки. Бери себе лучше черноволосую суку,- Фред показал на Арлин.- У нее громадные сиськи, и кричит она хорошо. Держу пари, она сама мечтает трахаться с тобой сегодня вечером... или хотя бы завтра, после муравьев. Но вообще-то у нас осложнения.
- А что произошло?- спросил Чарли.
- Только вы ушли с шоссе, как подъехал их приятель и начал расспрашивать об этих шлюхах. Так что я велел ему следовать за мной к деревне. Когда мы добрались, вас уже не было, а он требовал ответа у вождя, оскорблял его и угрожал. Пришлось с ним разобраться,- ответил Фред.
- Да, он даже почти не сопротивлялся, пока мы вынимали его из этих причудливых городских тряпок. А потом намазали свиным жиром его член и яйца и привязали к шесту на площади. Сегодня он немножко загорит на солнце, а завтра его - сюда, на холм. Не думаю, что после этого у него останется много от мужских достоинств. А автомобиль у него хорош, да и денег целая куча,- добавил Майк.
- Ладно, давай вернемся к бабам,- продолжил Чарли,- Если Трудолюбивые съедят сиськи с веснушками, тогда я согласен на сисястую черноволосую. А иначе - нет.
Ночью в пустыне стало слишком холодно для Трудолюбивых, и они уползли, оставив недоеденным совсем немного меда и плоти. Искусанные и обожженные девушки стали замерзать и не смогли даже заснуть.
На следующее утро Фред на цепи привел спотыкающееся стадо в деревню на суд вождя. Тот, в теплой одежде, сидел перед костром рядом с женщиной, готовящей ему завтрак. Он хорошо отдохнул и, предвкушая вкусную еду, миролюбиво улыбнулся съежившимся белым рабыням:
- Фред, ты слишком рано привел их. Отведи этих белых шлюх в загон и позавтракай. Моя скво с удовольствием тебя покормит.
Девушки были такие замученные и голодные, что нисколько не сопротивлялись, когда Фред, взявшись за цепочку, прикованную к половым губам Катрин, завел их на отгороженную колючей проволокой площадку позади кирпичного здания. Там он освободил их от цепи, а сам пошел кушать. Там же, около вождя, были и Родди с Чарли.
Майк в это время отвел нового пленника, Джона, на встречу с красными муравьями. Они быстро приползли выяснить, что вкуснее - вчерашний мед во влагалищах или сегодняшний жир на члене. Очень скоро гениталии Джона были покрыты шевелящимся ковром.
- За все, что ты сейчас имеешь, ты должен поблагодарить своего бледнолицего вождя. Он украл нашу страну. Он украл наши деньги. Он украл жизни наших людей своей гнилой едой. За все это ты и твои женщины должны заплатить. Согласен, что это справедливо?
- О Боже, да.., пожалуйста.., я согласен на что угодно...- Джон поднял к старику покрытое муравьями лицо,- пожалуйста, только уберите меня отсюда!
- Хорошо. Ты все сказал сам, учти! Чарли, привяжи веревку к тому, что у него осталось от мужчины, и на этом поводке отвези в деревню. Вместе с этими шлюхами.
Родди, Майк и Фред вошли в деревню с наказанными беглецами. Танцоры имели очень жалкий вид, на своих опухших ногах они еле шли в раскоряку. Девушки заползли в загон и замертво свалились на землю. Трое оставшихся там хотели бы им помочь, но у голых женщин ничего при себе не было. А солнце так невыносимо припекало...
Маленькая Голубка подошла к костру, на котором до этого готовился завтрак вождя. Она хотела, чтобы к его возвращению все было готово. Она зашла в его вигвам и вынесла железный символ племени. Этот тотем она сунула в огонь. Потом Голубка положила в костер побольше дров; она хотела, чтобы без промедления мог свершиться приговор Племенного Суда народа Нес-Пэйв.
Тем временем Чарли под присмотром вождя стал привязывать к мотоциклу Джона и Эмили с матерью. Как только руки у Джона освободились, он судорожно начал счищать красных муравьев с лица, тела. Катрин, после происшедшего уже не стесняющаяся своей наготы, уставилась на него:
- Боже, Джон, это ты? А мы-то надеялись на твою помощь...
Вождь резко велел ей замолчать и приказал Чарли:
- Пусть эти и остальные шлюхи ждут на площади. А я пойду к Черной Горе, спрошу совета у Духа Облака. Будет Суд племени.
" Самоуверенный старый козел..."- подумал Чарли.- "Вечно какие-то задержки. Ведь и так ясно, что будет. А я хочу, наконец, как следует поиметь пару этих сучек."- Но сам он прекрасно знал, что выполнит все распоряжения вождя. Ведь это был Вождь! И никто не смеет ему возражать!.. Чарли завел двигатель и на привязи потащил трех пленников в деревню...
- Девочки, как вы думаете, что они хотят с нами сделать? Мы же ни в чем не виноваты,- спросила Барбара у подружек по загону.
- Это же очевидно. Они немного помучают нас, а потом потребуют выкуп. Держу пари, что Джон сейчас где-нибудь на шоссе с ними об этом договаривается,- ответила Фрэнси.
- Дай Бог, если ты права,- сказала Барбара,- он же действительно ехал за нами. Надеюсь, что скоро мы все узнаем. Ой, еще муравей!- Она раздвинула ноги и пальцами стала ковырять во влагалище.- Боже, сколько их еще там?
В это время вдали показался мотоцикл со связкой белых пленников. Он завернул за угол, и они потеряли его из вида. Двигатель замолк, стало тихо.
- Смотрите, у костра что-то готовит симпатичная девушка. Может быть она нам поможет, хоть в чем-нибудь. В конце концов они должны нас кормить, раз уж мы здесь,- сказала Барбара.
- Девушка, миленькая... Пожалуйста, помоги нам,- воскликнула Фрэнси.
Маленькая Голубка пристально посмотрела на глупых белых шлюх с ободранной шкурой. Черноволосая сука захотела подружиться. Немного она знает о чувствах "симпатичной девушки".
- Что вы хотите... шлюхи?- нахмурившись презрительно спросила Маленькая Голубка.
- Пожалуйста, мы - не шлюхи. Мы - преподаватели. Эти хулиганы одели полицейскую форму, схватили нас, забрали одежду, изнасиловали и отдали на съедение муравьям. Пожалуйста, помоги нам!- взмолилась Фрэнси.
- Какие хулиганы?- все еще угрюмо спросила Маленькая Голубка, поворачивая тотем в костре.
- Вот один из них,- Фрэнси показала пальцем на Родди.
- Этот? Это мой дядя, он входит в племенную полицию, член нашего совета. В племени он очень уважаемый человек. И он сказал, что вы странствующие проститутки. А раз он сказал, так оно и есть!- заявила Маленькая Голубка, еще раз перевернув железную эмблему, теперь уже красную, раскаленную.- "Они думали, я стану их приятельницей. Ждите больше... Еще раз лучше пните мою собаку... тогда я сразу нашью бусинки на все ваши большие белые сиськи. Прямо наживо..."
Маленькая Голубка все это время радостно улыбалась, ощущая резкий запах поднимающегося дыма, слушая шипение мяса и женские крики. Она думала, что еще можно сделать всем этим белым шлюхам, а особенно той, что так грубо пихнула ее щенка. И то, что приказал сделать с ней вождь, Маленькой Голубке очень нравилось. Но этого мало... Она должна стать ее собственностью, именно ее, а не этих нахальных парней. Ох, какие вещи она стала бы с ней делать... От всех этих мыслей Маленькая Голубка, хоть и была девственна, почувствовала какое-то приятное сжатие в низу живота.
Тем временем по приказу вождя только что помеченную Катрин вывели в центр площади. Ее даже не связали, все равно от пережитой только что боли и унижения она не была способна сопротивляться. А убежать девушка все равно никуда бы не смогла - ее окружала толпа индейцев. Ей велели широко расставить ноги. Все увидели, что половые губы, и до того свисавшие почти на дюйм, под тяжестью цепочек удлинились вдвое. Рядом поставили голенькую Эмили, по ногам которой все еще текла кровь из надорванного влагалища. Маленькая Голубка, предвкушая, что именно она станет хозяйкой этих рабынь, недаром она была дочерью вождя, нагнулась и привязала к цепочкам два увесистых камня. От этого срамные губы женщины оттянулись на где-то полфута. Голубка с интересом посмотрела ей в лицо - Катрин не издала ни звука, но из ее глаз покатились слезы.
- Возьми эту игрушку,- сказал Фред, протягивая Голубке искусственный член,- вождь велел привязать к ней, чтобы все могли убедиться, какая это развратная шлюха.
Маленькая Голубка впервые держала в руках это пластмассовое чудо ХХ века. Она с интересом провела по нему пальцем, потом понюхала. Резко пахло женскими выделениями и грязными руками Фреда.
- И эту гадость она засовывает в себя!- сказала Маленькая Голубка.- Какая мерзкая шлюха!
Но сама Голубка от изучения игрушки вновь ощутила приятное томление.
- А что это за кнопка на нем?- спросила она, нажала на нее и от испуга выронила - внутри пластмассового корпуса что-то зажужжало и член начал дергаться.
Фред захохотал:
- Это бледнолицые придумали, чтоб шлюхам приятней было.
Маленькая Голубка улыбнулась и попросила его широко раздвинуть цепочки Катрин. Стали видны все розовые блестящие складки женской промежности. Потом Голубка смочила вибратор слюной и стала заталкивать его во влагалище рабыни. Когда искусственный член почти весь был погружен в нутро Катрин и не двигался дальше, уткнувшись в ее матку, Маленькая Голубка нажала на кнопку. Пленница сначала только морщилась от неприятных ощущений, но скоро ее стало разбирать. Она уже не обращала внимания на толпу вокруг нее, на похотливые взгляды мужчин, забыла о страданиях стоящей рядом и смотревшей на нее дочери. Катрин задвигала тазом, ее лицо покраснело. А еще через пару минут под хохот толпы и плач своего ребенка пленница забилась в оргазме. Но Голубка и не собиралась после этого выключать вибратор, придумав новую забаву. Она спросила у Фреда:
- У тебя есть бритва? Принеси,- и тут же подозвала двух мальчишек, которые, облизывая губы, во все глаза смотрели на корчившуюся Катрин:
- Побрейте ее. Тут, внизу. А то шерсти у нее слишком много. И вам же плохо видно, откуда ее губы отвисают. Но всухую, никакой воды и мыла, пусть потерпит. А то только и знает, что издеваться над моим щенком!
Мальчишки с удовольствием принялись за дело. Им было приятно, что красивая белая женщина, намного старше их, покорно стоит перед ними абсолютно нагая с оттянутыми срамными губами. Что рядом стоит ее голый ребенок, их ровесница, с ужасом глядящая на то, что делают с ее матерью. Что пленница по их приказу еще шире развела ноги, что она не имеет права сопротивляться их жадным глазам и рукам, а они могут как угодно ощупывать и рассматривать ее вблизи. А в это время Родди подвел к компании Джона:
- Вождь велел подготовить его к празднику,- Родди протянул Маленькой Голубке веревку, привязанную к гениталиям новой жертвы.
По приказу Голубки Катрин, впридачу к вставленному в нее работающему вибратору, стала еще подергивать Джона за эту веревку. Но его искусанный муравьями и опухший член никак не реагировал. Фреду это надоело и он угрожающе сказал:
- Учти, если ты не будешь как следует готов к нашему празднику, тебя кастрируют. Причем кастрируют твои же шлюхи, мы их уже опустили, ясно?
Но минуты через три-четыре безжизненно повисший член Джона начал потихоньку подниматься. Может быть из-за угрозы, а скорее всего из-за того, как выглядела Катрин. Она стояла с широко раздвинутыми ногами, между которыми низко отвисали половые губы, оттянутые камнями. Чуть ниже гладко выбритого лобка виднелось основание вибратора. Но главное, пленница, ничуть уже не стесняясь собравшейся толпы - мужчин, женщин, детей, почти непрерывно кончала. При этом она резко двигала бедрами, отчего камни, привязанные к цепочкам, стукались друг о друга, а стонала так громко, что эти звуки разносились чуть не на всю площадь. Все вокруг смеялись, а дети даже хлопали в ладоши.
- А теперь ты нам покажешь, как трахаются бледнолицые,- сказал Фред, освободив место перед влагалищем Фрэнси. Девочки по его приказу стали приподнимать и опускать веревку так, чтобы член Джона поглаживал раскрытые половые органы девушки.
- Достаточно, видите, она уже вся соком исходит. Теперь засуньте его кривой кактус в ее мокрую щелку, вот сюда,- обратился Фред к девочкам и приказал Джону:
- А ты давай, начинай.
Джон, разгоряченный всем увиденным, сразу принялся за работу. А Фреду, который в это время пощипывал длинные соски Фрэнси, пришла в голову еще одна идея. Из кармана он достал тонкую рыболовную леску, отрезал от нее два куска и крепко затянул у основания сосков пленницы. Девушка вскрикнула от боли, а розовые соски сразу набухли и побагровели. Фред передал лески Джону и приказал ему в такт движениям приподнимать за эти нитки груди Фрэнси. "Только веснушки на сиськах не оторви"- велел ему Фред.
На столе Маленькой Голубки была Катрин. Ее дочка, Эмили, стояла рядом и за цепочки растягивала ей в стороны половые губы. Лежащая пленница чувствовала себя совершенно обессиленной. Сначала клеймение, потом насилие над дочерью, потом камни, чуть не оторвавшие губы, унизительное бритье, а напоследок от этого чертового вибратора почти непрерывные оргазмы на глазах у всех. Поэтому когда Голубка вновь вставила в нее искусственный член и включила его, она никак не прореагировала и продолжала лежать совершенно неподвижно. Тут Голубка увидела, что делается за соседним столом.
- Фред, этот бледнолицый сутенер у тебя еще не кончил?- спросила она.
- Нет, а что ты хочешь?
- Пусть подтащат его сюда.
Когда к столу Маленькой Голубки девочки подвели Джона, его член, расположенный примерно на уровне их глаз, имел вполне внушительный вид. А крошки по дороге дергали его за веревку и с интересом смотрели, как напряженный мужской орган будто на пружине возвращается в первоначальное положение. Голубка брезгливо вытянула из Катрин блестящий от слизи вибратор. Потом она двумя руками подняла тяжелые камни, привязанные к цепочкам и перекинула их через локти пленницы. Все половые органы Катрин, и до того полностью раскрытые дочерью, теперь выпятились, будто на них надавило что-то изнутри. Тогда Голубка быстро, одним движением до самого конца впихнула прибор в зад своей рабыни, включила его и сказала девчушкам, чтобы они повторили то, что делали с Джоном за соседним столом. Те с удовольствием принялись за дело, они были горды, что взрослые доверяют им такие важные вещи.
Дети дружно взялись за веревочки и стали водить членом по органам Катрин, а потом засунули его во влагалище. Пленница, до того крепившаяся, теперь уже не выдержала одновременного воздействия в своих двух отверстиях. Скоро она забилась в бурных конвульсиях, да так, что с нее посыпалась вся посуда. Да и Джону, похоже, было уже все равно, кто и что с ним делают, лишь бы дорваться до чего-нибудь мокрого и горячего. А тут еще судорожные сокращения внутри Катрин, и вибрация, ощутимо чувствующаяся через тонкую женскую перегородку. Так что Джон шумно задышал и стал заталкивать свой орган в Катрин еще более сильно и быстро. Но как только Голубка заметила эти изменения в поведении раба, она резко оттолкнула его в сторону.
- Еще чего!- сказала она.- Пачкать их можно только настоящим мужчинам, а не такому дерьму, как ты,- и велела девчушкам подергать его за веревку.
Девочки дернули только раза три, и из члена прямо на Эмили вырвалась тугая белая струя. Крошкам от этого стало смешно, они весело засмеялись. Дети в племени уже знали, откуда появляются на свет бледнолицые уроды, но были уверены, что их самих приносит Дух Облака.
Пир тем временем подходил к концу. Столы на женских животах опустели, почти все было съедено и выпито. А у хмельных мужчин топорщились штаны. Они ведь только глядели и трогали! А этого мало, ведь настоящим мужчинам нужна настоящая разрядка! Но никто, кроме настоящих мужчин, не должен смотреть, как они совокупляются, а тут слишком много лишних! Да, всему племени можно сколько угодно и где угодно осматривать и ощупывать пленников, но только настоящие мужчины имеют право видеть все!.. Парни бросали взгляды на вождя. Наконец, он кивнул.
Женщины племени и дети встали из-за столов. Они знали, что их время закончилось, и наступает время настоящих мужчин. Слишком медлительных прогнали пинками и резкими криками, терпение у мужчин уже истощилось. Вождь решил сделать исключение для Маленькой Голубки, которая так хорошо показала себя с Катрин. Он разрешил ей остаться среди мужчин. И еще он разрешил каждому по одному разу подойти к девочке. Именно этим и занялись мужчины в первую очередь.
Эмили положили спиной на мать, попкой на ее грудь и перед самыми глазами Катрин широко развели девочке ноги. Держать ее должен был Джон, а храбрые воины племени Нес-Пэйв по очереди насиловали дочку на лице матери. Катрин же должна была посасывать качающиеся мошонки и подлизывать сперму с кровью, выливающиеся из влагалища своего ребенка. Первым успел Чарли, а за ним выстроилась очередь, но никто не стал разменивать свой первый пыл на остальных женщин. Все ждали, когда настанет его черед.
Когда очередной мучитель отходил от Эмили, он сразу же, пока не опередили другие, подскакивал к новой жертве, которую выбрал с самого начала. Пленниц, конечно, не отвязали. Зачем? Так ведь удобнее. И видно хорошо, и можно распоряжаться всеми отверстиями. Чарли сначала влез в длинноволосую Арлин и ему понравилось при каждом движении больно шлепать ее по большим грудям, Родди занялся Барбарой, Майк - Салли, Фред не отлипал от Фрэнси. Мужчины менялись, переходили от стола к столу, смотрели друг на друга и с жаром обсуждали, у какая из пленниц поуже, у какой жарче, а какая лучше умеет сжимать влагалище. Выбрав момент, Чарли засунул член в зад рыжей Фрэнси, он понимал, что потом она вряд ли ему достанется.
Голубка так и не встала из-за стола и только смотрела на мужчин, но никого не подпускала ни к Джону, ни к Катрин, лицо которой покрылось толстой, слегка подсохшей слизистой коркой. Она считала их своей собственностью, своими рабами. И поделом - не будет эта длинногубая шлюха обижать собак племени! Голубка била Катрин по щекам, тянула за цепочки, щекотала ей клитор, дергала Джона за веревки. Она наслаждалась своей полной властью над этими ничтожными бессловесными тварями. И от всего этого у нее так приятно сжималось под животом...
Смеркалось... Мужчины уже по нескольку раз прошлись по связанным девушкам. Больше они уже ничего не хотели, чувствуя полное опустошение. Половые органы у пленниц были красные, натертые, мокрые. По ягодицам из их влагалищ и анальных отверстий медленно вытекала сперма и толстыми тяжелыми каплями падала на землю...
- Парни,- сказал Чарли,- от этих сучек я хочу ссать. А вот эта шлюха,- он показал на Джоанн,- еще на шоссе вылакала из меня все и сказала, что красная водичка ей очень нравится и она всегда готова ее пить сколько угодно. Правда, шлюха?
- О Боже... да, сэр...
- Ну вот, видите,- продолжал Чарли,- так что теперь у нас и писсуары есть. Давайте, шлюхи, ротики свои открывайте.
Девушки покорились. А мужчины, напрягаясь, задерживали свою мочу и переходили от одной к другой, чтобы каждой досталось. И строго велели все выпить:
- Если хоть каплю прольете, пойдете к Трудолюбивым,- говорили они, и пленницы, подавив отвращение и тошноту, послушно глотали отвратительную жидкость.
Голубка, глядя на это, тоже решила попробовать. Она укрылась за столом, чтобы мужчины не подсмотрели, положила Джона на землю и, приподняв юбку, присела над ним на корточки. "Ведь и его надо для чего-нибудь использовать",- думала она, глядя, как ее моча льется в покорно подставленный рот.- "Рабы должны служить своим хозяевам всеми способами. И всеми своими отверстиями."
Праздник закончился. Вождь встал и поднял руку, требуя тишины. Все замерли.
- Теперь,- сказал он,- мужчины разберут этих профессионалок по своим вигвамам, пусть там они покажут, на что годны. Дождю Фреду, я вижу, понравились эти веснушки с торчащими сосками,- вождь указал на Фрэнси,- пусть берет ее. Чарли Две Рубашки выбрал длинноволосую с большими сиськами - она его. Маленькую Голубку обидела отвислогубая,- он ткнул пальцем в Катрин,- пусть забирает вместе с дочерью и их сводником. И когда тебе, Голубка, он не нужен, будешь давать детишкам. Пусть все увидят и поймут, наконец, что бледнолицые мужчины - это не наши мужчины, а дерьмо шакала! Только не забудьте напоить и накормить своих новых скво, а то они подохнут раньше, чем вы их используете. И одеть не забудьте, а то от них останется только жаренное мясо. Только учтите, одежда должна быть такой, чтобы одним движением поднималась. И если хоть кто-то на нее посмотрит, она должна сразу же задрать платье до горла. И показать, что под ним ничего нет. И, если хозяин согласен, выполнить любое желание наших людей. Если кто-нибудь захочет взять ее, она любым отверстием примет сперму его. Если кто-нибудь захочет излиться в нее, она любым отверстием примет мочу его. Да будет так!..
Они сшили себе одежду и теперь были одеты. На них были короткие и широкие белые балахоны, более, чем на фут не доходящие до колен. Сверху на балахонах был глубокий вырез, спускавшийся ниже талии. Больше никакой одежды на них не было. Поэтому, если девушка нагибалась, то спереди из под платья выглядывали обе груди, а сзади - ягодицы и темная расщелина под ними.
Кроме выполнения желаний хозяина каждая пленница должна была делать всю грязную работу по дому. Но когда она выходила из вигвама, то должна была быть настороже. Если она видела, что кто-то, хоть мужчина, хоть женщина, хоть ребенок, к ней приближается, то должна была немедленно бросить все из рук. А потом сразу же задрать свой балахон над головой, замереть и стоять так до тех пор, пока опять не останется одна. Если же к ней подходили и начинали ощупывать, она должна была помогать - еще шире расставлять ноги, или нагибаться, или раздвигать руками ягодицы.
Стыда они уже почти не ощущали, во всяком случае перед мужчинами племени. Но когда их осматривали и трогали дети, было неприятно. Особенно, если это были не безобидные малыши, а подростки, которые норовили больно ущипнуть или выкрутить сосок.
Как и приказал вождь, у Маленькой Голубки жило сразу трое пленников - Джон и Катрин с Эмили.
Девочки, особенно маленькие, лет до десяти, часто просили у нее разрешения погулять с Джоном. К его члену или яйцам они тогда привязывали веревки и на них водили Джона по деревне. Детишки с интересом разглядывали белый отросток, поднимали на нем кожицу, дергали за веревку и очень веселились, когда он вырастал у них на глазах. Зайдя в какой-нибудь вигвам, девочки на полчасика выпрашивали у хозяина его рабыню. Иногда они получали отказ. Но обычно покорная девушка с задранным платьем выходила вместе с ними на площадь. Тогда сбегалась вся малышня. И Джон, окруженный толпой детей, должен был показывать, как трахаются бледнолицые. Детишки требовали продемонстрировать разные позы, подсмотренные у взрослых. Но одно условие было непременным - чтобы всем было видно все в мельчайших подробностях. Для этого пленников клали на какое-нибудь возвышение, стол или скамью, а дети придвигались поближе и нагибались, внимательно рассматривая совокупление. Лучше всего были видны все движения, когда Джона клали на спину, а его очередная подруга усаживалась сверху, лицом к его ногам, да еще отгибалась назад. Тогда можно было не только смотреть, но и дергать рабов за половые органы, копошиться пальцами во влагалище. Партнеры тогда замирали и покорно подставляли свои гениталии нетерпеливым ручонкам. Кончать в девушку Джону не давали, за этим непременно следил ее хозяин. Поэтому Джон в последний момент должен был вынимать член наружу, а детишки к своей радости видели во всех подробностях и процесс семяизвержения.
Катрин по-прежнему ходила с цепочками, прикованными к половым губам и камнями, привязанными к цепочкам. Под балахоном к пояску у нее был привязан вибратор. Пах у женщины был теперь совсем голый, как у ребенка - каждый второй день она должна была сама сбривать там все волосики. Работать во дворе ей обычно не давали - около вигвама Маленькой Голубки почти всегда кучковались мальчишки и ожидали, когда она выйдет. И если дожидались, то Катрин сразу же должна была высоко поднять балахон и тогда начиналось самое интересное. Обычно сначала, для разминки, ее, обзывая шлюхой, дергали за оттянутые губы, больно щипали за соски и, заставив нагнуться, били по щекам. Затем во влагалище вставляли вибратор, включали его и ждали, когда у пленницы начнется оргазм. Но этого им зачастую было мало и они, наученные взрослыми, не вынимая включенного вибратора, требовали, чтобы она сама развела губы и начинали теребить ей клитор. Нередко женщина не выдерживала этого испытания до конца, падала и начинала кататься по земле, стоная и судорожно перебирая ногами. Мальчишкам это очень нравилось. Они тогда резко вынимали из нее искусственный член, а измученная и до предела возбужденная пленница на пороге очередного оргазма вынуждена была сама мастурбировать у них на глазах.
Однажды Катрин выносила тяжелое помойное ведро, и, задумавшись, не заметила подкравшихся совсем близко мальчишек. Те радостно завопили, еще бы, рабыня не задрала свою рубаху, нарушив этим приказ вождя, и ее можно наказать! Катрин быстро повернулась к детям, высоко подняла одежду, выгнула грудь и, расставив ноги, выпятила вперед пах. Она еще надеялась умилостивить маленьких разбойников видом торчащих сосков, оттянутых половых губ и качающихся цепочек с камнями. Но было поздно. Мальчишки даже не стали играть с привязанным к поясу вибратором, а сразу начали больно дергать ее за цепочки, решив, что ее можно покарать, еще больше удлинив отвисшие губы. Для этого старые камни сняли, а вместо них к рабыне подвесили более тяжелые. Женщина даже застонала, а ее половые органы растянулись еще больше. Но мучителям этого было мало. Катрин должна была еще нагнуться, а мальчишки стали прутом стегать ее по ягодицам и влагалищу. Скоро весь зад и ноги несчастной покрылись багровыми полосами. А после одного особенно сильного удара женщина рванулась и сразу закричала от боли - под тяжестью камня одна губа начала было отрываться и по ноге потекла струйка крови. Мальчикам сразу пришлось остановиться и уменьшить нагрузку. Но еще несколько дней, пока не зажило, она ходила с несимметричными гениталиями - одна губа была по-прежнему сильно оттянута камнем, а на другой болталась только одна цепочка.
Эмили после праздника было плохо, слишком много больших взрослых членов разрывали ее. Она пару дней поболела, но потом отлежалась и по мнению мужчин племени ее опять можно было использовать. Один за другим индейцы просили у Маленькой Голубки ее пленниц, но та не соглашалась отпускать своих рабынь, требовала, чтобы все происходило у нее на глазах. Делать нечего, мужчины соглашались. Ведь было очень здорово, если мать со слезами помогает насиловать собственную дочь, а плачущая дочь смотрит на изнасилование матери. Обычно, если проситель был один, то Катрин нагибалась, а Эмили спиной укладывали на нее. И тогда перед возбужденным мужчиной оказывались сразу четыре отверстия и, естественно, он пользовался всеми четырьмя. Если же посетителей было двое, то пленницы ложились рядом, на бок, чтобы они могли придерживать ноги друг друга и в деталях видеть, как входят члены в каждую из них. А у Голубки тогда так сладко замирало что-то внутри...
Основным же делом Катрин и Эмили было обслуживание Голубки. Как только хозяйка широко раздвигала ноги и щелкала пальцами, а это бывало в любое время дня и ночи, пленницы должны были сразу подбегать к ней и вылизывать, вылизывать, вылизывать ее маленькие девственные органы. Писяла Голубка обычно в рот Джона, уложив его под собой, она не любила, когда из женского рта плохо пахнет, а вот щелку и задок после этого ей вылизывали мать с дочерью. Поэтому Голубка всегда была чистой и ей даже не надо было часто купаться...
А Дух Облака, как и прежде, широко улыбался людям Нес-Пэйв...
Но прошла еще неделя и пришло время снять кожу с новых сисек и пришить ее на одеяло... И повесить новые скальпы на шесты вигвамов... И поймать на шоссе новых лошадок... И вновь спросить совета у Духа Облака...