Экзекуция

После этих слов, она включила телевизор, уселась на диван и подтащив меня за поводок, вытянула ко мне свою стройную ножку и сказала - Я люблю, когда мне лижут ступни и пальчики. Приступай шлюха, не теряй времени. Я никогда не лизала чужих ног, это было на мой взгляд мерзко и противно. Заметив то, что я не начинаю ласк, она размахнулась и со всей силой хлестнула меня по спине поводком. Боль была такая сильная и не проходящая, что у меня потемнело в глазах. Охнув я высунула язык и стала лизать ногу. Но этого Александре было мало, она развернула меня так, что бы я могла одну ногу лизать, а другую можно было положить на меня так, как кладут на стул или какую подставку. С непривычки, довольно быстро язык стал уставать, но стоило мне начать халявить, как я получала удар по спине поводком. Удары были для острастки, не сильные. Но повторения того первого я не хотела, поэтому водила из стороны в сторону всей головой, языком и любым другим способом пыталась не останавливаться. Через некоторое время сил совсем не остало

Но Дима расценил мое молчание иначе: - Молчишь, сучка? Да ты небось ничего не чувствуешь, мне говорили какая ты холодная! (Говорили? Кто? Уж не Марина ли?) Ничего, сейчас ты запоешь... но для начала... И тут я почувствовала, как что-то лезет мне в рот, что-то мерзкое и круглое. От неожиданности я глубоко вдохнула, и Дмитрий этим воспользовался, засунув мне в рот какой-то шарик. Похоже, это был ляп, потому как после того как он завязал крепления шарика мне на затылке, я могла только мычать! - Теперь мы усилим напор на твою киску! Похоже, она все еще сухая? (Он придурок, что-ли, если не видит как я теку?!) Тогда получай! Это доставит тебе наслаждение! С этими словами он снова-что то нажал, и импульсы в моей вагине стали еще чаще... я не выдержала и тихонько застонала сквозь кляп. - Это особая программа, направленная на твое возбуждение. Сейчас воздействие импульсов вырастет, а частота возрастет многократно... твои подруги обходились без кляпа, и это страшно их возбуждало...

Скорчившись, я лежу всего в паре метров от них, но, в отличие от них, испытываю лишь страдания. Пластик продолжает нещадно сдавливать мой возбуждённый член, испещрённую рубцами кожу на спине жутко саднит, крепкая сталь на шее и руках довершает моё унижение. Мне остаётся надеяться лишь на то, что это будут худшие из моих предстоящих мучений. Тем временем оргазм настигает и Ирину - она со стонами тискает и мнёт крохотные грудки своей подруги, замедляя движения лобком по её разгорячённому бедру. Лёжа в объятиях друг друга, они нежно целуются, и вскоре обращают своё внимание на меня. - Смотри, что я придумала, - улыбается Наталья и выбирается из-под Ирины, поцеловав её напоследок. Пошатываясь, она подходит ко мне и бесцеремонно толкает меня ногой в плечо, переворачивая на спину. После этого садится на корточки прямо над моим лицом. Её резкий запах переполняет мои ноздри, складки её мокрых губок нависают в каких-то сантиметрах от моего лица. - Лижи, - приказывает она. - Как следует лижи, дочиста. Я повинуюсь и ста

— Нa сeгoдня лeкция зaкoнчeнa, — Нaстя Кoвaлeвa сeлa зa стoл, улыбaясь aудитoрии — удaчнoгo всeм уик-эндa, нo нe зaбывaйтe прo дeeпричaстныe oбoрoты — нa слeдующeй нeдeлe зaчeт. Всeгo дoбрoгo.Aудитoрия зaшумeлa, зaгoвoрилa мнoжeствoм гoлoсoв. Пaрни быстрo зaпихивaли вeщи в сумки и выскaкивaли зa двeрь, брoсив нeбрeжнoe «Бaй!». Дeвушки бoлтaли пo мoбильным тeлeфoнaм, пoпрaвляли причёски, oбсуждaли друг другoм пaрнeй и других пoдружeк. Нaстрoeниe у всeх былo припoднятoe — дo лeтa oстaвaлoсь всeгo ничeгo и мoлoдeжь вoвсю oтрывaлaсь нa выхoдныe, выeзжaя нa пикники.«Всe кaк дoмa» — нeвoльнo пoдумaлa Aнaстaсия Кoвaлeвa, нaбивaя в нoутбукe учeбный плaн нa слeдующую нeдeлю. Oнa рaбoтaлa тут чуть бoльшe гoдa — с тeх пoр кaк студeнткa чeтвeртoгo курсa фaкультeтa рoмaнo-гeрмaнскoй филoлoгии приeхaлa пo oбмeну в СШA. Eй прeдлoжили нa выбoр нeскoлькo учeбных зaвeдeний и Нaстя выбрaлa кoллeдж в Южнoй Кaрoлинe, гдe oнa читaлa курс русскoгo языкa и литeрaтуры. Eй здeсь нрaвилoсь всe: и кoмнaтa в мeстнoм oбщeжитии и oкeaн в п

Тамара успешно проваливалась в грезы. Закрытые маской глаза помогали в этом. Ей уже было не очень важно, было ли в реальности хоть что-то из того, что она представляла. Её фантазии освободились и давали ей силы испытывать один оргазм за другим. Её воспоминания переплетались с этими фантазиями и придавали им реалистичности, вещественности. А еще большую вещественность придавал им вибратор в киске и пробка в попке. Ей уже было не очень важна боль от связанных рук и ног. Ей было неважно, включен вибратор или выключен, или вообще там уже не вибратор, а что-то другое. Главное - чтобы в её дырочках было что-то, обо что можно потереть жаждущую плоть. На волне этих фантазий Тамара не замечала, как пролетает время. Все шло именно так, как хотел Сергей. Он сам с удовольствием наблюдал за происходящим на нескольких мониторах, сигнал на которые шел с видеокамер по периметру комнаты. Это позволяло ему не упускать ни одной детали. А посмотреть было на что. Красивая связанная девушка в максимально открытом белье получала ор

Торжественный обед затянулся, и Гриша поздно пришел во флигель серебряных колечек. Голенькая шоферка лежала, уткнувшись носом в подушку, и тихонько всхлипывала. - Ну что ты, маленькая? - Я подумала, что вы уже не придете - ответила ему девушка, не поднимая головы. Первоначально Гриша намеривался действовать по принципу "всунул, вынул и ушел". Но жалобный вид шоферки-невесты, ее молодое тело изменили намерения. Он нежно провел по ее спине, погладил попку и ляжки. Девушка дрогнула, приподняла зад и раздвинула ножки. Молодой хозяин провел пальцем по влажной щелке и вставил его во влагалище. Ощущение было необычайно приятным. Другую руку подсунул под ее тело и ухватил за титю. Девушка ойкнула и громко задышала. - Я хотела бы поцеловать хозяина - прошептала она тихонько. - Встань и раздень меня - ответил Гриша. Девушка поднялась и неумело начала возиться с его одеждой. Правда, Гриша ей сильно мешал - то раздвигал руками ее ягодицы, то ловил губами розовые соски. Наконец, раздевание закончилось, и девушка уселась к

— Барыня едет! — кричали крепостные, снимая шапки и кланяясь до земли вслед удаляющейся карете. Молодая барыня 17 лет от роду возвращалась к себе в родовое поместье после учёбы за границей. — Ну и где ты остановился, дурень! — звонко прокричала кучеру барыня, — куда мне, прямо в грязь ступать прикажешь? Давай, Егор, слезай-ка с облучка и сам ложись в эту грязь! — Слушаюсь, барыня! 50-ти летний кучер Егор покорно исполнил приказ своей молодой хозяйки. — Ну-с, кто тут меня встречает? — вопрошала молодая барыня, аккуратно ступая по мощной спине своего крепостного кучера, смиренно лежащего по её приказу в луже грязи. — Ах, Настюша, ты? ну, здравствуй, здравствуй, бон жур, впрочем, хи-хи, ты ведь по-французски не парле? — Отнюдь, барыня, — покорно опустив глаза молвила Настюша, ровесница молодой госпожи и дочка крепостного кучера, с удивлением и жалостью смотря на своего папеньку, распластвашегося в грязи под ножками своей молодой повелительницы.

— Мужчин заковать, сцепить меж собой по пять крепостных в едину цепь, на шею рогатины. Так будут перемещаться, дабы не осмелились бежать дорогой. Да, перед походом выпороть всех мужиков как след. — молвила приказным тоном своему приказчику юная княжна Ирина. — Помилуйте, госпожа, эдаким образом и половина в Херсонские края не дойдёт, не сдюжают, помрут, барыня, нельзя им так идтить. — склонив покорно голову, ответствовал её крепостной раб, пятидесятилетний Прохор, назначенный княжной ответственным за всё затеянное ей мероприятие по переезду со всей её крепостной армией в купленное недавно именьеце в Херсонской губернии. — Две тыщи вёрст, хозяйка, шутка ли? Половину крестьян так потеряете. — А иначе сбегут, столько же сбегут, так лучше пущай исдохнут! — грозно прикрикнула на Прохора молодая княжна. — На кой мне надобны хилые али беглые? Помрут — значит так тому и быть, Богу стало быть угодно, а за то, что осмелился мне перечить ступай на конюшню, скотина, 50 плетей тебе на дорожку не помешают. — Слушаюсь, го