Подсмотрено
Я кивнула. Маринка раздумывала буквально секунду, потом сказала: - Не стесняйся, Ник. Я тогда тоже босиком пойду. Я так часто делаю, хотя папка и ругается. - Да ты что? Брось, - только и успела сказать я. И вот потом, представьте, я увидела впервые такое. Маринка лёгоньким движением сбросила сначала один сланец, потом другой и: встала своими обеими босыми ножками прямо на голую землю, прямо в свежую грязь. Это для меня был шок, я и стояла как громом поражённая. Маринка нагнулась и подняла сланцы, взяв их в руку за те штуки, которые продеваются через палец. - Разувайся, Ника! - подбодрила Маринка. Я не решалась, хотя уже понимала, что по-другому никак и что уже нельзя отступать, и туфли было жалко. Прошли, переговариваясь, какие-то ребята постарше нас, в спортивной одежде и в заляпанных грязью кроссовках, с тренировки или ещё откуда-то (уже был вечер) . Один мельком глянул на босые Маринкины ноги, на меня, чему-то усмехнулся, а потом они пошли дальше. Я оглянулась. Вокруг вроде никого не было, ребята удалялись
Промчалось первый месяц лета. Мы с мамой вернулись домой из пансионата, где она работала медиком а я отдыхал с другими ребятами. Нас встретил пыльный и суетный город. Я бесцельно бродил с друзьями по городу. Иногда срываясь на какие ни будь шалости. Мне часто вспоминались, те дни проведенные в детском пансионате, где за месяц я узнал и увидел столько нового. В том числе, мамин секс с водителем директора пансионата. О-о-о, что это были за мгновения. В сауне, в её домике, ночью в саду... . Эти воспоминания бередили мне душу (и не только) . В городе, мне этого сильно не хватало. Я хотел это видеть ещё и ещё. Но где? У мамы были ночные дежурства. Она приходила утром, когда отчим, был уже на работе и шла в душ. Подглядеть было невозможно, дверь плотно закрывалась. После душа она шла спать, а я тихонько разглядывал её трусы. Пару раз обнаружил следы, как мне показалось спермы. Однажды утром, когда она спала после душа, я заглянул сквозь щель между дверью. Она спала на животе, подогнув одну ногу так, что её мохнатая
- Ну, долго еще? Давай считай! - Раз... ээ, два... эээ, три: четыре... - медленно считал Антон. Я слышала участившееся дыхание подростков. Наконец он сказал -: эээ десять, - и я, просто легла на спину. Мои ноги еще стояли, и я посмотрела на мальчишек. Они так и стояли двое без трусов, уже даже не обращая внимания на то, что я смотрю на них. Павел обхватил свой торчащий вверх ствол и медленно, больше автоматически, водил по нему рукой. Антон просто зажал свою головку ладонью. Член Гены Белкина торчал из под футболки, и он пытался это скрыть. Члены у мальчишек не были большими, но были и не маленькими, на них было приятно смотреть. Молоденькие: А мальчишки тупо пялились у меня между ног. Я перевела туда взгляд. Ну, так и есть, как я и предполагала, прикрыт только клитор, а левая половинка киски полностью открылась, да еще левая большая губа выскочила и поблескивает от влаги: Я протянула руку, подцепив пальцем трусики, оттянула их, и прошла вдоль всей щелке, вынимая оттуда ткань. При этом вся моя киска на нескол
Глава 1. Фокусы без трусиковПосле окончания института и года стажировки, я сразу стала классным руководителем 5-Бкласса. Мне тогда было еще 23 года. Это был мой дебют, но я считаю, мне очень повезло. Класс не доставлял мне особых проблем, и выдался на редкость дружным. Мальчишки и девочки не сторонились друг дружку, на переменах они вместе играли или беседовали, часто слышался общий смех или визги девочек. Я легко нашла общий язык и с мальчишками и с девочками. В течении 5 - 6 классов, я посещала с ними музеи, выставки и кинотеатры. Мы вместе ходили в ботанический сад и несколько раз выезжали на природу. А один из моих учеников, мальчишка Антон, жил в моем подъезде на два этажа ниже. Просто, его мама Зинаида, узнав, что я учительница, записала его когда-то в школу, так сказать пососедски, в мой класс. Для них хорошо, ребенок под полным контролем. А потом мы с Зинкой и подружились. А вот в конце Антошкиного шестого класса, тогда ему было 12 лет, Зинаида решила сделать у себя в квартире капитальный ремонт. Они
"Наверно во мне есть что-то от эксгибиционистки. Интересно" : Я медленно сняла и лифчик, а затем набросила легкий халатик. "Ух:" Я так возбудилась: , аж внизу затомило, поэтому я быстро ушла в ванную. Мы покушали, и Антон убежал на тренировку. Вечером, он опять поглядывал на мои ножки, и мне было очень приятно от этого. А перед сном, он неожиданно вошел в комнату намного раньше, чем я ожидала. Я уже была только в ночнушке, но еще застилала постель. И его взору, возможно, открылась моя круглая голая попка или часть ее, не важно. Я смутилась и быстро присела на кровати. Он опять сделал вид, что не смотрит, и я со словами "спокойной ночи малыш" залезла под одеяло и демонстративно положила чистые трусики под свою подушку. А утром смотрю, снова их нет на месте: - мои трусики зажаты в его руке. "Какой-то фетишизм получается" , но вообще-то, мне все равно приятно и настроение поднялось. Я, можно так сказать, этого внутренне даже хотела, ожидала. Я не стала их забирать, а пошла делать утренние процедуры. Закончив все
Он находился передо мною и не сводил от меня глаз. Я делала круговые движения, затем наклоны вбок, вперед - назад. При этом моя киска могла на секунду чуточку показываться перед ним. А когда я делала приседания, то хотя и старалась не раздвигать коленки. Но: "Ну, все, получилось, - вон какой шатер". Антон застеснялся и ушел в ванную, а я еще сделала вис, чуть подкачала пресс и приготовила завтрак. А потом, после завтрака, уже в комнате я продолжила эксперимент: Стоя возле шкафа, к нему спиной, я сняла полотенце и какую-то минуту была опять совсем голенькой. Не знаю, но внутри хотелось нарушить чуть-чуть табу. Я надела трусики и не поворачиваясь, попросила его застегнуть лифчик. Он подошел и долго копался, видать первый раз, пока сообразил, что да как. Все это вносило приятный эротизм: Мои щеки покраснели, но я понимала, что надо было срочно прекращать это безобразие. В школе все нормально. Но Пашка явно все знает - весь извелся, и отводит глаза. Сегодня пятница. Вечером пришел Андрей. Я открыла дверь, он прит
В детстве я каждое лето приезжал на каникулы к бабушке в небольшой поселок. Бабушкин дом стоял крайним в переулке, метрах в ста от асфальтированной дороги. В ряд, параллельно дороге, стояло еще три дома. Все дома были на двух хозяев со входом с противоположных сторон. За домами был луг, на котором я с моими друзьями играл в футбол. Потом через этот луг поставили забор из бетонных плит, причем, примерно одна треть оказалась за забором, играть в футбол стало нельзя и старшие ребята перестали сюда ходить. За забором, однако, ничего не построили. Через наш переулок, через луг рано утором проходило несколько человек. Они работали на каком то предприятии, которое находилось дальше почти в километре. Потом, в течение дня, мимо нас никто не проходил. А в конце дня эти люди возвращались с работы и снова проходили мимо нас. Я с двумя своими одногодками (нам было в то лето по 12) Мишкой и Родькой продолжали играть на этом лугу, потому что нам не разрешали уходить далеко. В одном из домов жили пенсионеры Орловы. Тем лето
- Ну да. Но если ты меня заставишь голой по улице бегать об этом же мать узнает. - Не переживай, если будем играть по честному и исполнять все желания то никто ни о чём не узнает. Ну если сама не захочешь рассказать. Я даю слово что если ты не захочешь я никому не расскажу об этой игре. - Ладно. - Буркнула Инна. - Но я тебе припомню когда ты будешь исполнять желания. - Договорились, припоминай. А теперь на улицу. Инна вышла за дверь, я последовал следом. Закрыл дверь и снова приказал девочке стать возле неё. - А теперь спусти трусики до колен. - Снова скомандовал я когда будущая фотомодель заняла указанное место. - Чегоо-о-о? - Опешила Инна. - Говорю трусики до колен спусти. Давай исполняй пока на улице никого нет и никто не видит. - Ты же обещал. - Девочка предприняла ещё одну попытку вразумить меня. - Обещал, что никто не узнает. - А ты видишь здесь кого-то, кто мог бы рассказать твоей маме? - Ответил я. - Давай выполняй. Мой невольный джин вздохнула и через мгновение стояла передо мной со спущенными на кол