Подсмотрено
Потом они обедали, а Миша, не в силах больше сдерживаться, вытащил свой "горящий" член из штанов и так и сидел весь обед, то держа в руке ложку, а то опуская руку под стол и массируя агрегат. Сидящая напротив Марья Алексеевна, естественно, ни о чем не догадывалась. Она относилась к нему почти как к ребенку, пусть он уже и был ростом с нее. А то, что этот "ребенок" ворует из бельевой корзины ее грязные трусы и самозабвенно их облизывает по ночам, надевая на голову, она, конечно, и подумать не могла. Вот и сейчас он стоял у кровати спящей родственницы своего лучшего друга и медленно поглаживал свой пульсирующий от напряжения половой орган. Надвинув сорочку обратно поверх груди, он подошел с торца кровати и приподнял одеяло. Большие белые ляжки спокойно лежали на чистых белых простынях. И было в этом спокойствии что-то невероятно волнующее! У Миши даже дыхание перехватило от такого вида! Он не выдержал, нагнулся и лизнул языком расплывшуюся белую плоть. Хозяйка этой самой плоти даже не пошевелилась. И тогда он о
Миша зашел в комнату и огляделся. В комнате был полумрак от задвинутых штор. У стена стояла кровать, и на ней спала женщина. Этой женщиной была петина бабушка. Больше в комнате никого не было. Миша подошел к кровати и нагнулся к самому лицу пожилой женщины. Ее дыхание было ровным и спокойным. Миша высунул язык и лизнул женщине щеку. она не шевельнулась. Тогда он осторожно стащил одеяло немного вниз и посмотрел на ее груди. Груди были прикрыты полупрозрачной сорочкой. Но это не могло скрыть тот факт, что груди у пожилой женщины были обвисшими. Петиной бабушке было 62 года. Но Мишу это нисколько не смущало. Наоборот, это было для него очень важным фактором - её возраст. Мише нравилось наблюдать за ней, когда он приходил к Пете в гости. Когда в комнате никого не было, он подбегал к стулу, с которого только что встала эта немолодая женщина, падал на колени и начинал нюхать то место, где только что покоилось седалище взрослой женщины. Он нюхал стул, и ему казалось, что это занятие само-собой разумеющееся для очаро
Фло устроился работать сисадмином в больницу и казалось бы, работа в двадцати минутах от дома, зарплата устраивающая прихотям молодого человека, но кое что сильно мешало а именно кругом снующие молоденькие медсестры в коротеньких халатах которые едва закрывали их ляжки и хорошо выставляли трусики, но некоторые медсестры и трусиков не носили это можно было увидеть когда они наклонялись. Вся эта картина вызывала у Фло сильнейшее возбуждение и это мягко говоря, да мало того что девушки то выставляли случайно свое белье из под халатов или вовсе его не носили так еще по мимо этого у них имелся еще один козырь чтоб Фло не мог быть спокоен на работе, их длинные, сексуальные ноги в белых туфлях на шпильках а вот титьками девицы похвастаться не могли, молодки еще для больших бюстгальтеров. И от такой картины каждый рабочий день у Фло учащался пульс, поджилки тряслись а его достоинство в трусах становилось очень твердым и начинало подбивать его на мысли связанные с сексом и фетишем. Ммм глянь какая клубничка идет.
Весь год я живу ради этого дня. Ради него я цепляюсь за должность оформителя-осветителя сцены городского летнего театра, ради него трачу всю свою мизерную зарплату на видеокамеры, карты памяти и жесткие диски. Мне 46, и я живу ожиданием этого дня уже восемь лет, с каждым годом встречая его всё радостнее и желая его всё больше. Разбуди меня сейчас среди ночи и спроси - я уверенно отвечу, что осталось ждать всего 27 дней. Этот день - День города. Самый главный городской праздник, за три недели до которого меня начнут таскать на все чиновничьи собрания подряд, тыкая носом в требования к сцене и выспрашивая, какое оборудование у меня есть. От собраний перейдут к оформлению, а затем к репетициям, не давая мне покоя ни днём, ни ночью. Другой бы взвыл от такого отношения, но не я. В ночь перед праздником я почти не сплю. Когда отгремит последняя генеральная репетиция, я начинаю свою, куда более важную подготовку. Проверяю каждую видеокамеру и карту памяти, тестирую проводки питания, настраиваю точное время и самое в
Много лет назад, пока я не вышла замуж, мы жили вдвоём с мамой, отца я не помню, он создал другую семью и естественно не показывался, хоть и платил алименты. Когда я перешла в 11-й класс и встал вопрос о выборе ВУЗа для дальнейшего обучения, мама сдала комнату квартирантам в нашей квартире для получения дополнительной материальной выгоды. Квартирантами оказались молодая семья с Северного Кавказа - Курбан и Райсад. Они прожили вместе месяца 3-4 и приехали на заработки. Курбан работал вроде бы как водителем, Рая (так она нам представилась) нигде не работала, ждала мужа с работы. Сначала мы почти не общались, лишь изредка обменивались дежурными улыбками на кухне. Однажды я вышла из своей комнаты и увидела Курбана, возле двери ванной, он подсматривал как моя мама моётся в ванной через щели в двери, я моментально вернулась в комнату. У меня возникло смешанное чувство гнева и возбуждения, мою маму голой видел чужой мужчина, мысли кружились в голове- ведья тоже 2 раза в день принимаю душ и это может видеть посторонн
Расскажу вам свою историю. С Аленой мы познакомились на свадьбе у одного моего знакомого. Я был свидетелем у жениха, она была свидетельницей у невесты. Она невысокого роста (где то 160 см) с большой грудью и очень милым лицом. Я влюбился с первого взгляда. Сам я 170 см худощавый с редкими волосами и уже очень заметной лысиной в 30 лет, плюс еще оттопыренные уши, как видите далеко не красавец. Ну вот, сказал я себе, это лучшая девочка которую ты можешь заполучить в этой жизни. Алене было приятно мое бурное выражение чувств, плюс она была в хорошем настроении. Мы начали встречаться. Алена понимала, что я далеко не лучшая для нее пара и деликатно попыталась от меня отделаться: - Дима, сказала она, ты хороший парень, а я плохая девочка, боюсь, что я тебе не пара. - Я люблю плохих девочек. - сразу выпалил я, в ужасе боясь ее потерять. - Я в том смысле, что у тебя рога будут большие. - раскрыла все карты Алена. - Меня это не напрягает, я не ревнивый. - ответил я взяв ее за руку и нежно глядя в глаза. Красавица, заг
- Так то теплее, правда? Одетой-то! - Да уж: И маской нос закрыт, а то что-то он у меня первый подмораживается, после всех этих: фото-сессий: - Так: Сейчас как раз день, светло: Ложись тут под вот этот огромный снежный сугроб. Смотри как намело, почти твой рост! Легла: Вытягивай руки вверх: Так, я тут кое что расправлю: Так, Леха давай, присыпаем ее всю, толстым слоем, только на лицо не сыплем: - А что это за веревки ты таскаешь: И зачем прицепил за ремень штанов карабины и за низ куртки? Ничего не понимаю: Наверное чтобы меня из-под снега тащить, да? - Да: Почти догадалась: ***- Готово! Как ты себя чувствуешь? - Снег то тяжелый! Давит на грудь! Дышать тяжеловато даже! ... - Зато одетая и тепло: Кстати, не забывай, ты сможешь удвоить сумму: Только вот как мы это заснимем: Ну что-нибудь придумаем по ходу: Леха камеры включены? Давай поближе вот эту - и микрофон главное... Маринка - готова? - К чему, блин? Я вроде уже на позиции, только я слабо понимаю: чего тут эротичного?? - Самый эротичный тут будет: звук! -
Мне было тогда 16 лет и я как всякий 16 - летний пацан хотел трахать все что движется, независимо от возраста, телосложения и т. д. Были конечно редкие перепихоны с местными блядьми, но морального удовлетворения это не приносило - сложно гордиться тем, что выебал телку в которой до тебя уже побывал не один десяток, а то и сотня хуев. Справляться со своей гиперсексуальностью приходились банальным народным методом, а именно дрочить, дрочить по 5-6 раз на день смотря порно или фантазируя о понравившейся телочке. Жил я один со своей любимой мамочкой, ей тогда было 44 года, несмотря на ее далеко не модельные формы - она у меня из тех кого принято называть "пышками", мужики на нее западали пачками и многим из них она помогала избавиться от острого спермотоксикоза. Случай переломивший мою жизнь произошел 1 мая. Маман разбудила меня с утра и сказала, что уезжает с коллегами по работе на шашлыки, вернется поздно и чтобы я ее не ждал. Такой шанс упускать было нельзя и я сказал, что могу переночевать у Валеры (это мой д